Мой бывший. Mi Ex - Яна Ланская

— Кончай.

Он движется плавно, медленно, тягуче. Тела от такого плотного соприкосновения потные, горячие, слившиеся и перемешивающиеся воедино.

И хоть нет сейчас между нами необузданной страсти и включен как бы режим энергосбережения, этот поистине интимный процесс выжимает из меня всё.

Каждое его прикосновение — точное и правильное. Ощущение, что каждая фрикция — это разряд тока наслаждения.

— Люблю тебя, — шепчу, смотря в поплывшие шоколадные глаза, и чувствую, как этот самый ток концентрируется в точке нашего соединения и даёт множество новых зарядов, содрогая моё тело, а следом и его. Сокращаемся в синхронном оргазме, стонем и громко дышим, не разъединяясь.

Родриго выходит и перекатывается на спину, кладёт меня сверху.

Чувствую, как его густая сперма вытекает, но не обращаю внимания, всё ещё находясь в прострации.

Немного придя в себя, вспоминаю, что хотела сделать, и сползаю с него.

— Куда ты? Иди ко мне.

— Uno momento! — Тянусь к своей сумочке и достаю футляр. Понимаю, что это скорее перфоманс, но для меня всё взаправду. Возвращаюсь к Родриго и ложусь обратно ему на грудь. — Querido, ты же всё для меня сделаешь?

Я никогда не умела притворяться нежной и ласковой кошечкой. Никогда не умела просить, но сейчас готова поиграть.

— Ок, — считывает изменение во мне Родриго. — Babylove, что ты задумала? Что я должен сделать? — Смотрит на меня с вызовом и интересом.

— Ты станешь моим мужем, Родриго Гонзалес? — Достаю из-за спины футляр «Тиффани» и с ожиданием смотрю на него.

— Серьёзно? Ты делаешь мне предложение? Мы ведь помолвлены. Мэр нас распишет на следующей неделе.

— Да или нет?

— Покажи, что там, — смотрит на меня как на сумасшедшую Родриго.

— Там не бриллиант, — смеюсь и открываю футляр, — это кольцо фирменное с T. Хочу, чтобы моя буква была на тебе. Чтобы сразу было видно, что ты Тонин чико.

— Понял, — хохочет Родриго и протягивает мне палец, — надевай. Я согласен стать твоим мужем, маркиза Де Гранж.

— Иди к чёрту! — Смеюсь и натягиваю кольцо. Целую его красивые пальцы. — А помнишь, мы на мой день рождения видели колье за семьсот тысяч евро? Ты бы мне его купил?

— Я понял, — снова смеётся Родриго к моему облегчению. Он ни на секунду не напрягся, это хороший знак. — Ты хочешь то колье?

— Я просто хочу знать, подарил бы ты мне колье за такую стоимость. Не сейчас. А чисто в теории, — начинаю стесняться. Наверное, надо было всё-таки сразу инвестицию попросить, а не так заходить.

Родриго улыбается и сжимает меня крепче. Подтягивает к себе, чтобы мы были на одном уровне, и приближается губами к моим. Смеётся и целует меня.

— Что ты смеёшься?

— Просто счастлив, что могу себе это позволить. И могу своей любимой позволить вот эти фокусы. И, чёрт, это самое крутое чувство. Вот оно. Всё, ради чего я работал. Моя любимая хочет колье за семьсот, за миллион. Я могу! Ты именно его хочешь?

Тянусь за телефоном, снимаю блокировку и показываю видео.

— Я хочу этот дом, — тихо говорю, — видишь, какой красивый вид. Центральная улица города, который в перспективе может стать туристическим трендом. Даже я уверена, что станет.

— Да, очень красивый. Вид фантастический. Он стоит семьсот тысяч евро?

— Нет. Триста пятьдесят, но ещё нужна реставрация и ремонт. Я не знаю, сколько это стоит. На вскидку прикинула.

— Ты хочешь, чтобы мы там останавливались, когда приезжали?

— В том числе. Но я хочу бутик-отель концептуальный. Моё пространство, знаешь, как у Жульена может быть. А может просто сохранить наследие и дать ему вторую жизнь, как ты дал этому дому. Я бы вообще мечтала, чтобы ты в том числе занялся дизайном. Ну с кем-то в паре, потому что я хочу нео-русский стиль.

— Хорошо.

— Хорошо? Это значит «да»?

— Да, — гладит меня по волосам и улыбается. — Ты меня развела, детка. Я уже прошёл психологическую отметку в миллион и попрощался с ним, а тут триста пятьдесят, так что, конечно, да. Почему нет?

— Ты лучший! — Целую его и пишу маме, что дом наш. — У меня ещё один вопрос.

— Давай, — Родриго гладит меня по попе и смотрит на неё с интересом, будто уже не особо меня слушая. Чувствую, как его член набухает и твердеет у меня под ногами, готовясь ко второму раунду.

Может, он сейчас на всё согласится?

— В перспективе я бы хотела жить в России. Точнее, я бы хотела, чтобы мы жили. Чтобы дети росли там. Я понимаю, что у тебя бизнес, связи, друзья. Но у меня там семья и родина, и мне мало просто проводить в РФ несколько недель в год. Я понимаю, что об очень многом прошу, но ты рано покинул Маргариту, у тебя, к сожалению, никого не осталось, а у меня другая ситуация.

— Антониа, — опять начинает смеяться Родриго, — я понял, понял! Madre mia, да ты manipuladora! Просто не оставляешь мне шанса! Я ведь согласился стать твоим мужем.

Вижу, что он это всё в шутку говорит, и чувствую, что член стал ещё тверже, значит, он не разочарован и не расстроен.

Поднимаюсь с него, съезжаю по торсу вниз, обхватываю его член рукой, сжимаю и начинаю водить им у входа, нависая. Дразня обоих.

— Так что? — Хриплю. — Ты подумаешь?

Докатилась… Уже какие-то фокусы куртизанки использую. Он сто процентов на такое не поведётся, но кто не рискует?

— Я не подумаю, — говорит Родриго и резко дёргает меня, насаживая на себя, — Я что-нибудь обязательно придумаю, cariño!

— Tu es le meilleur. Je t'adore* — срывается с губ вместе со стоном.

*Ты лучший. Обожаю тебя (французский).

42-Comme ceux qui s'aiment

Comme ceux qui s'aiment NYV

Наверное, для меня лучше свадьбы, чем наша, нельзя было и придумать.

Ко мне прилетела Элеша, к Родриго прилетел Фернандо, в качестве свидетелей мы позвали Жульена и Кларисс и все вместе неспеша отправились в мэрию Сансера.

Я думала, что роспись будет проходить, как у нас, выйдет работница мэрии, прочтёт нам речь про корабль любви и наши отношения официально зарегистрируют, а вместо этого мэр устроил небольшой приём, на который созвал чуть ли не весь город.

Церемонию проводил лично мэр Лоран и начал с истории коммуны. Мы все уже наизусть её знали, но с удовольствием послушали, а потом он начал всем присутствующим рассказывать историю нашего знакомства и развития отношений с Родриго. Я не знала, что здесь так принято, и