Мажор и заноза. Нам нельзя - Ника Княжина

Наверное, я заслужил это. Не надо было позволять себе даже мысли о том, что она может быть для меня. Затолкать подальше эту одержимость. Силой. Переключиться на что-то другое. На кого-то…

И кого я обманываю? Я ведь не смог. Как узнал её, будто отрезало всё. Только она одна моё наваждение. Только она.

– Пожалуйста… Яр…

Не знаю, что она хочет сказать, но я слышу её визг. Слежу взглядом за тем, как Тенин закидывает её на плечо и несёт к своей машине. А я, блядь, даже встать не могу, чтобы вырвать её.

– Тихон! Пожалуйста! – кричит Алёна с надрывом. – В больницу его отвези!

– Валите уже отсюда, блядь, – ворчит брат, даже не планируя отходить от меня. – Натворили дел. Ну как, герой, – это уже мне, – стоило оно того?

Я из последних сил выдавливаю улыбку. Сплёвываю кровь в сторону.

– А то. Полез бы я, если бы не стоило…

И всё. Вот и признание, сука. Кажется, я реально долбанулся когда-то головой. Пусть весь мир будет против, пусть меня хоть каждый день избивают, но Тенёчек будет моей. Не отдам нахрен никому.

Вот подлатают меня, и снова в бой.

– Она стала моей чёртовой зависимостью, – выдыхаю я откровенно, глядя в небо на проплывающие мимо безмятежные облака.

– Пфф, – фыркает Тихон. – Никакая это, блядь, не зависимость. Ты просто влюбился.

Влюбился?..

Глава 37. Чудовище

– Сука…

Брат бьёт кулаком по рулю. Я в полном ауте пребываю. Смотрю на его разбитые костяшки, на ярко наливающийся синяк под глазом. Ну что ж… Ярослав до него тоже добрался. Смог зарядить, хотя по мне так это было вообще нечестное сражение.

Сердце болезненно сжимается. Не испугался. И, чёрт побери, какое же страшное зрелище это было. Кажется, я в жизни так сильно не переживала. Будто со мной всё было, так больно смотреть…

– Открой бардачок и возьми салфетки, – командует Лёша.

Я делаю, что он попросил. Боюсь его сейчас провоцировать. Я впервые за долгие годы видела брата таким. Обычно он весёлый, расслабленный, даже на ринге всё играючи будто делает, да и не матерится он так, в исключительных только случаях.

В общем, пока помалкиваю, понимая, что у него бурлит всё. И ещё мне ужасно неловко, что он увидел, как я страстно целуюсь с парнем. Да ещё с каким. Да ещё, когда Яр меня так активно жамкал, а я ещё и застонала.

Блин. Поворачиваю голову к брату, боясь увидеть его взгляд.

– Вытрись, блядь, от его слюней, – выплёвывает Лёша.

– Что?

– Ты слышала.

Дрожащими руками опускаю вниз солнцезащитный козырёк и открываю зеркальце. На меня смотрит жалкое подобие меня. Щёки пылают, на губах и щеке кровь. Его кровь. Я прикрываю глаза и всхлипываю.

Слёзы обрушиваются мощным потоком.

Как он там? Блин. Это я во всём виновата. Я знала же, что никто этого не одобрит. Особенно, Лёша. Особенно он. Я теперь в его глазах предательница, а Яр вообще… не знаю, что с ним. Как он там.

Перед глазами вспыхивает его лицо. И даже в таком ужасном состоянии он по-хозяйски притянул меня и поцеловал. Будто чтобы ещё раз доказать моему брату, что ему по барабану на его мнение и на то, что он с ним сделает. Потому что я теперь его.

Я прижимаю ладони к лицу, салфетки падают на колени. Я реву громко, в голос, с надрывом. Лёшка молчит.

И спустя время до меня доходит, что мы стоим. Припарковались где-то.

Судорожно вздыхаю и размазываю по щекам слёзы. Убираю руки и смотрю в лобовое стекло. Глаза невольно цепляются за собственное отражение в зеркале. Несчастная, разбитая, уничтоженная. Да, это всё я.

– Объяснись. Объяснись, Алёна, – тихо говорит брат.

Кусаю губу. Чувствую на языке металлический привкус. В голове пульсируют мысли. Много разрозненных эпизодов. Наши странные взаимоотношения с Яром. Его руки на мне. Моя капитуляция под его напором. Боль, унижение, радость, унижение, удовольствие…

Эмоциональные качели. Привязанность. Сумасшествие какое-то.

– Я… я люблю его, – выдыхаю едва слышно.

– Чего? Повтори ещё раз.

– Я влюбилась в Тормасова, – говорю твёрже, но на Лёшу не смотрю.

Не могу. Я впервые произношу эту мысль вслух. Конечно, я уже поняла, что случилось. Я не смогла бороться со своими чувствами. Я не смогла. Не знаю, когда это случилось, но в тот момент,