Мажор и заноза. Нам нельзя - Ника Княжина

Наверное, это было ещё раньше, но я себя тогда пыталась сдерживать. А потом уже пустила всё на самотёк. Согласилась с его предложением идти вместе на дно. И это было самое шикарное погружение в мир хаоса и распутства, которое я могла себе предположить.

– Что он сделал? Как запудрил тебе мозги? Чем, блядь?!

Лёша снова начинает заводиться. Он не поймёт. Конечно, не поймёт ничего. Да и я не понимаю, как так вышло. Но разве можно приказать сердцу не чувствовать? Ерунда. Я пыталась. Не работает это так.

– Лёш… Послушай, – я вздыхаю, провожу грязной рукой по волосам. – Так получилось… Я не знала, что буду учиться в одной группе с Тормасовыми. И да, наше общение с ними началось с контров…

– Угрожали тебе? – перебивает.

И мне даже смотреть на брата не надо, чтобы понять, как он со злостью стискивает сейчас челюсти. И я даже знаю, что он собирается сказать. Хочет наехать на меня, что я его в известность не поставила.

– Припугнули немного. Но я не сказала тебе, я знаю. Я… не хотела я, Лёш, вот этого. Разборок, драк… Я уже не маленькая девочка и думала, что смогу разобраться со всем сама.

Смешок брата. Горький, который бьёт по моим натянутым нервам.

– Вот уж, блядь, наразбиралась. Наверное, как раз я застал картинку, как ты противостоишь этому уёбку.

– Наши чувства с Ярославом – это случайность, – морщусь и стараюсь не обращать внимания на его язвительный тон. – Так получилась, что мы постоянно сталкивались и злость… ненависть друг к другу… трансформировалась…

– В любовь?

Я поворачиваюсь к брату и встречаю его ледяной взгляд. Кажется, на северном полюсе и то теплее, чем в этой машине.

Но самое противное в его вопросе, что я не могу утверждать это с полной уверенностью. Ведь сегодняшнее утро в очередной раз доказало, что мои чувства… он не разделяет. Я для Тормасова просто его… собственность. Приятная кукла, с которой он весело проводит время.

И сказать сейчас брату, что у нас всё взаимно – это будет обман. А он увидит. Он же меня так хорошо знает. Лучше всех.

Я неуверенно пожимаю плечами.

– То есть ты его любишь, а этот придурок тебя пользует? – выгибает бровь, и его слова звучат так цинично, так мерзко, так… правдиво.

Бьют прямиком в солнечное сплетение, заставляя меня задыхаться. Я пыталась не открывать неприятную истину, а он сам всё понял. Потому что, блин, брат уже взрослый мужчина, а я его мелкая, глупая сестра.

– Мне хочется вернуться назад и добить его. Алён, понимаешь, я едва смог сдержать свою силу, чтобы не вырубить этого урода. Но сейчас я жалею, что не стал. Плевать. Надо было уничтожить того, кто тебя обижает.

– Нет, – вспыхиваю я. – Ты вообще не должен был…

– А что, блядь?! Я должен был смотреть, как мою сестру прямо перед общагой на виду у всех собирается трахнуть парень? И не просто парень, а Тормасов! Думаешь, его выбор пал на тебя просто так? Это месть. Низкая, подлая месть, чтобы плюнуть в очередной раз в нашу семью.

Я вздрагиваю. Месть?

Нет, нет. Этого точно не может быть! Яр не стал бы. Он ведь и сам не хотел во всё это ввязываться. Мы оба сопротивлялись этому притяжению. Да, он не любит меня, но то, что между нами происходит – это не месть.

Я качаю головой.

– Нет, Лёш… Всё не так!

– А как, блядь, как?! Ты говоришь, что любишь его, а он? Он ведь просто…

Брат замолкает. Наверное, сейчас на моём лице видна мука. Я не плачу. Потому что мой мозг сейчас просто вопит о том, что у меня идёт перегрузка. Отключиться. Выкинуть все эти безумные предположения из головы.

Но… семечка уже попала в землю. И даёт скоростные плоды.

Я думала, что мы с ним сопротивляемся. Мне казалось, что это притяжение с двух сторон. Но его поведение всегда было противоречивым. Он то отталкивал, то притягивал. Говорил одно, а делал другое. И как я вообще могу быть хоть в чём-то уверена?

Только в одном. Яр меня хотел. Уж такое-то не скрыть. Но на этом всё.

А что, если это был его коварный план? Влюбить в себя, а потом жестоко растоптать мои чувства? Достаточно ли для того, чтобы отомстить за маму? Мой отец не погнушался использовать силу против женщины, а Яр? Его ведь так задевала эта ситуация… Насколько далеко он мог зайти?

Чёрт.

– Лёш…