Развод по-драконьи, или Хозяйка магического салона - Ксения Никонова

я, глядя драконице прямо в глаза. — Тетушка спасла нас обоих от верной гибели. Вам бы сказать за это спасибо! Но вы не способны чувствовать благодарность. Впрочем, все к лучшему. Обретя истинную связь, мы нашли счастье.

— Лиззи, — Пальцы Виктора легли мне на локоть, — пойдем. Не трать время на пустые объяснения. Нам еще предстоит разговор с гостями и жрецами. Мы должны публично подтвердить истинную связь.

Эпилог

Двадцать семь лет спустя

— Мадам Элизабет, к вам Корделия де Гроот, — дворецкий преувеличено почтительно поклонился и пропустил мою свекровь в приемную салона.

Я постаралась придать лицу радушное выражение. Давалось мне это нелегко. Столько лет прошло, а тот страшный месяц, который чуть не унес наши с Виктором жизни, позабыть было не просто. Ни мне, ни моему мужу.

Лишь Корделия вела себя, как ни в чем не бывало.

Удивительно, но после обряда в драконьем храме и подтверждения нашей с Виктором истинности, драконицу словно подменили. Злобная мегера чудесным образом превратилась в божий одуванчик и воспылала ко мне неземной любовью.

— Лиззи, доченька! Как я соскучилась!

Меня заключили в объятия и расцеловали в обе щеки. Я сумела даже не поморщиться и не вытереть лицо от неприятных касаний. Долгая жизнь в драконьем обществе научила мастерски скрывать истинные чувства. И столь же мастерски ставить крылатых снобов на место.

Так что последние лет двадцать никому из них даже не приходило в голову задевать всемогущую герцогиню да Гроот. То есть, меня.

Наобнимавшись вдоволь, Корделия грациозно опустилась в кресло для посетителей и с опаской покосилась на магический шар.

Годы ничуть не изменили матушку Виктора. Впрочем, меня они тоже почти не коснулись. Одним из плюсов истинной связи оказалась долгая-долгая жизнь. И столь же долгая молодость. Так что мне было не на что жаловаться.

Доротея почти беззвучно появилась рядом со столиком, принялась выгружать с подноса чашки, блюдца, кофейник, сливочник. Завершила картину корзиночкой с маленькими сладкими пирожками на два укуса. Я кивком отпустила экономку. Несмотря на почтенный возраст, она оставалась бодрой и незаменимой в хозяйственных делах.

Я дождалась, когда Доротея нас оставит, и спросила, не размениваясь на ненужные комплименты:

— Что привело тебя ко мне, Корделия?

Драконица не церемонясь, налила себе кофе, щедро добавила сахар и сливки, только потом ответила:

— Лиззи, я требую, чтобы ты повлияла на Виктора!

Хорошо, что я в этот момент ничего не жевала. Точно бы подавилась.

— Что, прости?

— Я хочу, чтобы ты повлияла на Виктора. Он запретил Андреасу и Кэролайн приехать погостить ко мне на новый год.

Виктор? Запретил? Я взяла чашку кофе и сделала большой глоток.

Так-то наши дети давно выросли. Андреасу осенью исполнилось двадцать шесть. Кэролайн была на два года младше. Кто бы им смог чего запретить? Точно не я и не Виктор.

— Это они тебе сказали? — поинтересовалась я, слегка успокоив чувства.

— Скажут они, — обижено фыркнула свекровь. — Разве ты не знаешь нынешную молодежь? Все, что от них дождешься, это «пока, ба» и «привет, ба». Никакого уважения.

Я решила закусить откровения драконицы пирожком. Потому что в принципе не знала, что сказать. Вот совсем.

«Любимая» свекровь сочла молчание хорошим знаком и продолжила:

— А ты знаешь, что у Андреаса появилась девушка?

Так, пирожок был явно лишним. Подавилась все-таки. Я закашлялась и покачала головой.

Не знала! В самом деле не знала. Интересно, как свекровь до этого докопалась?

— Человечка! — припечатала та и презрительно поджала губы.

Человечка? Сразу всплыло все, что было когда-то. И в душе поднялась холодная ярость. Голос мой зазвенел сталью:

— Не советую вмешиваться, — четко проговорила я. — И не подумай, что это просьба.

— Лиззи, — свекровь изумленно распахнула глаза, — ты мне угрожаешь?

— Именно так. А еще настоятельно советую вспомнить, как окончила свои дни Дебора де Флуа.

— Та дурочка, что наняла бандитов, чтобы тебе отмстить? А что с ней?

— Уже ничего, — оповестила я спокойно. — По решению суда она была лишена магии и всех сословных привилегий. А после отправлена на каторгу за покушение на убийство.

— Думаешь, она еще жива? — в голосе свекрови появился интерес. На лице мелькнула снисходительная улыбка.

— Не знаю, — я отзеркалила ее выражение. — Я не интересуюсь поверженными врагами. Поэтому искренне желаю тебе не оказаться среди них.

— Но я же хочу нашему мальчику добра! Эта девица — ему не пара…

Я решительно прервала пылкую речь:

— Корделия, не тебе решать, кто пара Андреасу, а кто нет. Один раз ты чуть не убила нас с Виктором. Хочешь повторить?

— Сколько можно вспоминать об этом, Лиззи, — поморщилась она. — В тот раз произошла ошибка. Я же не знала, что ты истинная пара моего сына. А здесь какая-то соплячка… Младшая дочка Эрика Флоке. Да они даже не аристократы! Пока ты будешь отчитывать меня, она приберет нашего мальчика к рукам!

Корделия вскочила с места и нервно забегала по комнате.

Я наблюдала за ней пару минут, потом рявкнула:

— Сядь!

И даже не удивилась, что драконица послушалась.

— Запомни, моя дорогая, — мне с трудом, но удалось взять себя в руки, — если ты попытаешься навредить моему сыну, я об этом обязательно узнаю.

Мой палец показательно постучал по холодной поверхности хрустального шара, вызывая там туманные завихрения.

— Узнаю и приму меры. И обещаю, что тебе они точно не понравятся.

Мне даже не пришлось врать. За все эти годы моя магия так и не сочла свекровь членом семьи. А поэтому я с легкостью могла наблюдать в хрустальном шаре все ее художества, как реальные, так и гипотетические.

И наблюдала, не страдая угрызениями совести, хоть и не находила объяснения этому явлению.

— Тебе показать, чем закончится твое желание «помочь»?

Я демонстративно придвинула к себе шар.

Корделия схватила сумочку, прижала ее к себе двумя руками.

— Не надо, — быстро проговорила она. — Я, пожалуй пойду, Лиззи. У меня еще столько дел…

И, не дожидаясь разрешения, сбежала в прихожую.

После ухода свекрови я придвинула к себе шар, чуть поразмыслила и задала вопрос:

— Покажи мне младшую дочь Эрика Флоке.

В шаре послушно закрутилась туманная дымка, из которой проступило совершенно очаровательное девичье личико.

Я суть полюбовалась на черные непослушные кудряшки, дерзко вздернутый нос и милые ямочки на щеках. На то, как тонкие пальцы переворачивают листы толстенной книги. С удивлением обнаружила, что в руках девицы не дамский роман, а учебник по математике.

Откровенно порадовалась за своего сына и закрыла окошко в чужую жизнь.

— Надо будет пригласить ее в гости на Новый год, — проговорила в слух. — Да, решено.

Я