Чарующая мелодия страны грёз. Книга 1 - Тан Ци

– Отвези ее домой.

Возница удивленно сказал:

– Ваше величество, это же…

Голос за занавеской усмехнулся:

– Кто знает, возможно, она именно та, о ком говорил шаман, – ниспосланная Небесами… лучшая убийца в мире.

Стук копыт затих в конце переулка, и все перед глазами мгновенно растаяло, будто ничего и не было. Мы оказались в просторной комнате, где мерцали свечи, а из каменной курильницы, что стояла на столе, поднимался тонкий аромат благовоний. На кровати лежала маленькая девочка. Мы сделали вывод, что это, должно быть, была та самая маленькая попрошайка, что в недавнем видении сидела на улице. Девочку уже привели в порядок, но лицо ее невозможно было разглядеть. У кровати стоял юноша в легком фиолетовом меховом одеянии, с нефритовым украшением в собранных волосах, стройный и статный. Он склонил голову:

– Как тебя зовут? У тебя есть еще кто-нибудь из родных дома?

Девочка использовала все свои силы, чтобы подняться, но служанка, стоявшая рядом, остановила ее. Из-под стопки парчовых одеял показалось личико размером с ладошку, смертельно бледное, но бесстрашное.

– Ингэ. Слугу зовут Ингэ. Два года назад в моих родных краях случилось наводнение. Мои родители погибли, осталась только бабушка и младшая сестричка.

Я подошла к ним немного ближе. На лице девочки действительно угадывались черты Ингэ. Так вот какой была в детстве та самая женщина в фиолетовом, всегда улыбающаяся, то ли насмешливо, то ли искренне. Посмотрев в ее темные глаза, я наконец испытала чувство, совсем не похожее на простое наблюдение со стороны. Жемчужина русалки в мгновение ока соединила наши сознания воедино. Из хороших новостей: я могла напрямую читать мысли Ингэ. Из плохих: это не приносило никакой пользы.

Я хотела объективно увидеть полную картину со стороны простого наблюдателя, но человеческие мысли и чувства – лишь множество предубеждений.

– Ингэ? – улыбнулся мальчик. – Тогда, может, твою младшую сестру зовут Яньу?[54]

Она широко раскрыла темные глаза и смотрела на него, не понимая, о чем это он. Юноша холодно взглянул на ее бледное лицо и, повернувшись к тусклому лунному свету в окне, равнодушно произнес:

– Имя Ингэ слишком изящное. Сегодня как раз тринадцатое число последнего лунного месяца, а на небе – полная луна. Давай тебя будут звать Ши Саньюэ[55] – тринадцатая луна. Раз я тебя нашел и приютил, отныне ты останешься со мной.

При свете свечей я разглядела правильные черты его лица, еще сохранявшие юношескую мягкость, подчеркнутую нефритовым поясом и фиолетовыми одеждами. Он улыбался, но выражение лица его было холодным, словно тающий снег. Это был… юный Пин-хоу[56] – Жун Сюнь.

Я посмотрела на свои руки. Оказывается, та Ши Саньюэ, которую я убила собственными руками полмесяца назад, была подменой?

* * *

После того как тени от огня свечи во флигеле рассеялись, картины перед глазами начали непрерывно сменять друг друга. Всевозможные цвета проносились словно водные потоки, в голове рождались разного рода непонятные мысли. Единственное, что можно было понять абсолютно точно, – хорошо, что меня не укачивает.

Спустя время картинка наконец-то устаканилась и перед глазами появилась тихая бамбуковая роща. В небе далеко-далеко висели предрассветные звезды, среди рощи горел неяркий костер. Пара сапог из мягкой бычьей кожи прошлась по пожелтевшим листьям и остановилась у костра. Если поднять взгляд выше, то без всяких сомнений можно было сказать: это был Жун Сюнь.

Он огляделся вокруг, и его холодные глаза тронула легкая улыбка, но он не подал виду и притворно наклонился, чтобы проверить костер на земле. В этот момент сверху внезапно послышался шелест листьев, словно на них подул ветер, и фиолетовая тень стремительно упала с высоты вниз. Он уклонился немного вправо, и острый короткий клинок, пролетев рядом с его головным убором, глубоко вонзился в бамбук толщиной с чашу позади него. Но он и не думал отступать, спокойно наблюдая, как фиолетовая тень свалилась с неба и подбиралась все ближе и ближе.

Затем все произошло слишком стремительно. Несколько толчков и захватов в тот миг, когда они сошлись лицом к лицу, словно завершились в одно мгновение. Еще до того, как я смогла все разглядеть и понять, что происходит, молодая девушка в фиолетовом уже крепко прижала Жун Сюня к земле. Этой девушкой оказалась Ингэ, только чуть моложе, чем она была сейчас.

Потрескивал костер, слабый свет огня отражал тусклые лунные блики. Грациозный молодой господин невозмутимо лежал на пожелтевшей и уже давно опавшей листве, а вокруг изгибались изящные стебли бамбука. Девушка в лиловом, стоя на коленях, оседлала его грудь; черные как смоль волосы спадали как струя шелка. Левой рукой она крепко прижимала его за ворот, а в правой сверкающий клинок уже наполовину вонзился в землю.

Ее щеки покраснели, однако она долгое время не решалась сделать что-то еще. Левая рука сжалась еще сильнее, сжимая ворот все жестче. Лежа под ней, он издал неразборчивый стон. Она раскрыла свои темно-черные глаза и уставилась на него.

– Мой клинок сегодня двигается быстрее, чем вчера?

Он положил руки под голову и с улыбкой посмотрел на нее.

– Госпожа Юэ, ты неплохо справилась, но можешь еще лучше.

По лицу девушки было видно, как она довольна этими словами. Рука, которой Ингэ сдерживала его, слегка ослабила хватку. В глазах Жун Сюня мелькнул холодный блеск, и в мгновение ока он схватил ее левую руку, ловким движением перевернув ситуацию и прижав девушку к земле. Теперь уже она была полностью под его контролем, и на лице ее проступил гнев. Он пристально уставился на нее, а во взгляде только и была видна яркая улыбка.

– Я тебе говорил об этом уже столько раз: если хочешь стать хорошей убийцей, нельзя расслабляться и относиться легкомысленно ни к одному этапу: ни к засаде, ни к убийству, ни к завершению своей миссии.

Она крепко закусила губу, на лице – позор, с которым она не собиралась мириться, руки все еще беспомощно сопротивлялись. Он высвободил одну руку, провел пальцами по ее губам и рассмеялся:

– Чего так сильно кусаешь? Уже утратила власть над собой и не можешь сдержаться?

Ее лицо вспыхнуло красным пуще прежнего, но она еще свирепее уставилась на него своим взглядом.

Стоявший рядом со мной Му Янь внезапно сказал:

– Судя по небу, скоро пойдет дождь.

Только он это сказал, как небо озарила вспышка молнии и прозвучал раскат грома, доносившийся словно из-под земли. Ингэ, которая еще мгновение назад