Развод. Пошел вон! - Елена Владимировна Попова

— Идем! — Слава берет меня за ледяную руку.

Открывает дверь в клинику, я иду по коридору, совсем не чувствуя пола под ногами.

Боже, какой волнительный момент.

— Он наш, — шепчу, скрестив пальцы. — Он наш сын.

— Добрый день! — улыбается девушка в белом халате, подает мне конверт, но я его даже взять не могу. Рука словно онемела. Даже поднять ее не могу.

— Слав, возьми, — хрипло изрекаю.

Он берет конверт, набирает полную грудь воздуха, распечатывает, достает листок с результатом, а мы с Антоном, не дыша, наблюдаем за его реакцией.

Слава несколько секунд смотрит в одну точку, скорее всего на цифры, у него начинают дрожать уголки губ, глаза резко краснеют и становятся мокрыми.

«Что это значит? — глядя на него, прикладываю руку к сердцу, которое перестало биться. — Умоляю, не молчи. Скажи, что он наш сын. Прошу тебя», — молюсь мысленно.

Антон подходит к нему, не моргая смотрит в листок.

Он переводит на меня взгляд, приоткрывает губы, начинает быстро дышать.

— Да… — глядя на меня во все глаза, запускает пальцы в волосы, словно не может поверить цифрам, которые только что увидел. — Ты… моя мать, — шепчет он, и устремляет взгляд на Славу. — А ты мой отец.

Не могу передать словами, что испытываю сейчас.

Как будто я очень долго шла босиком по снегу в лютый мороз, продрогла до костей, мое сердце превратились в кусок льда, и я думала, что меня уже ничто не спасет, но… вдруг внезапно провалилась в термальный источник, который согрел мое тело, заставил сердце биться с новой силой, пустил по венам горячую кровь, и вернул меня к жизни.

Я даже говорить сейчас не могу.

Сквозь слезы смотрю на Антона, на Славу, который тоже едва держится из-за нахлынувших эмоций, и благодарю вселенную за то, что передо мной действительно стоит мой сын.

Тот самый сын, которого я носила под сердцем. Которого мы так долго искали.

Это наш мальчик.

Теперь я уверена в этом на сто процентов.

— Идите сюда, — Антон обнимает нас со Славой, я плачу от счастья в его плечо, и сквозь слезу вижу, как, глядя на нас, плачет девушка в белом халате.

— Поздравляю вас, — всхлипывает она. — Это… — вытирает слезы, — это всегда так трогательно.

Глава 55. Приговор

Сергей

Стою в зале суда, и, пока судья зачитывает приговор, пристально смотрю на Ольгу. Она — на меня. В ее взгляде читается: «Получай то, что заслужил. Сам во всем виноват».

Да, я сам виноват в том, что произошло. И в том, что сейчас я нахожусь не в своем кабинете, а здесь — в зале суда, в качестве обвиняемого.

Я не поеду вечером домой, не поужинаю с женой и дочкой, мы не отправимся все вместе на выходные за город.

Этого больше никогда не будет.

Я все потерял.

Не понимаю, что мне не хватало? Сам себе поражаюсь: как Кира смогла затуманить мне голову? Я словно ослеп, когда впервые увидел ее. Ради нее готов был на все: отказаться от семьи, лишиться половины бизнеса, жить в съемных квартирах какое-то время — лишь бы быть рядом с ней.

Слишком поздно понял, что яблочко оказалось с гнильцой. Что она не та, за кого себя выдавала. Действовала как прожженная сука. Вспомнить только, как она, смеясь, рассказывала своей соседке о том, что специально рассказала Вике про удочерение. И сделала это, чтобы насолить Ольге.

Потом ревела, уткнувшись в мое плечо, давясь слезами говорила, что хотела помочь Вике.

Актриса чертова!

Всю жизнь мне сломала.

Ненавижу ее. Пусть гниет в тюрьме. Я знаю, что ей не дадут большой срок, но учителем точно не сможет работать. Да и жить ей будет не на что.

Но даже этого ей мало.

Мой адвокат давно знаком с моей семьей, и из своих источников узнал, что Ольга нашла своего сына.

Сына, который к тому же является депутатом.

Если верить словам адвоката, то Ольга сейчас с ним, и с Вячеславом. У нее походу новая семья появилась…

От меня она избавится, упрячет за решетку, а сама станет владелицей нескольких фитнес-центров. Круто она меня сделала, ничего не скажешь.

Стоит, гордо смотрит на меня. Во ее глазах ни жалости, ни сочувствия. Таким взглядом, какой сейчас у Ольги, можно запросто расплавить олово. Меня аж в жар от него бросает. Она всем своим видом показывает, что с ней шутки плохи, и что мне не стоило с ней так поступать.

Я знаю, что меня посадят. Адвокат не раз пытался поговорить и с Ольгой, и с ее тетей, чтобы та забрала заявление, но все попытки были бесполезными. Они до конца стояли на своем. И плевать они хотели на то, что меня упрячут за решетку.

У Вячеслава есть связи в органах, и он очень постарался, чтобы мне дали максимальный срок. Об этом меня тоже уже предупредили.

Стою, жду приговор, а внутри все переворачивается.

«Как я вообще мог докатиться до колонии? Как, черт возьми?!»

Перевожу взгляд на судью и чувствую, как каменеют все мышцы.

— …Признать подсудимого Баринова Сергея Эдуардовича виновным в совершении преступления, предусмотренного частью второй статьи сто шестьдесят седьмой, и назначить ему наказание в виде пяти лет лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Меня разрывает на части.

Пять лет! Пять, мать твою, лет!

Поднимаю голову к потолку и плотно сжимаю челюсти.

«Сука…»

— Мы обжалуем приговор, — словно отдаленно слышу голос адвоката.

Перевожу взгляд на Ольгу, которая стоит с победным выражением лица, затем — на ее тетю.

Вижу, что они довольны приговором. Добились своего…

Эпилог

Пять лет спустя

Ольга

— Слав, еще взгляни на эти документы, — поправив очки, подаю ему папку, — я уже запуталась.

— Угу, — с задумчивым видом изучает документ, — так, тут тоже все хорошо. Держи, подписывай, — через пару минут возвращает мне папку.

— Ольга Алексеевна, — заглядывает в кабинет секретарь, — поставщик приехал. Пригласить?

— Я им займусь, — говорит Слава. — А ты езжай домой.

— Спасибо, родной, — посылаю ему воздушный поцелуй. — В общем, по тренажерам как мы с тобой и решили, да? Возьмем те, которые вчера отметили в каталоге галочкой.

— Да, хорошо.

Оставляю Славу дальше решать наши рабочие вопросы, сама еду в супермаркет за продуктами, а затем сразу домой.

Паркуюсь во дворе нашего дома, в