Офицер строгого режима - Ольга Тимофеева

- Ну, приехал я сюда на машине.

Пыхтит и злится.

- Забрать тебя?

- Да на такси доеду.

- Угу, чтобы потом кто-то тебя сфотографировал и выложил. Говори, где ты, я сейчас приеду и отвезу тебя домой, чтобы ты своей жене….

- Бывшей, - поправляю Василису.

- Бывшей и дочери тоже провел разговор. Это не шутки. И я… если бы мне плевать было на Любу, я бы слова тебе не сказала. Но я потом за тебя переживать буду, за нее…

- Правда будешь за меня переживать?

- Только переживать, Муромов, не надо себе придумывать того, чего нет.

Да я могу и такси вызвать, Тихонова своего могу вызвать, да кого угодно могу вызвать и безопасно доехать.

Если единственный способ побыть с ней - прикинуться пьяным, значит, прикинусь.

Муромов, ещё немного - и станешь настоящим подкаблучником.

Набираю Любу. Не отвечает.

Потом Ирину.

- Муромов, я занята.

- Ира, где Люба?

- Со мной.

- Ты что на лед ее вывела?

- Ей надо вспоминать.

- На лед она сегодня не выходит. Ты меня слышишь?

- Да не волнуйся ты, не буду я ее выпускать на лед. Мы просто посмотрим на лед. Пока, Муромов.

Отключается. Я иду к ребятам.

- Мне пора, оставлю вас.

- Помощь нужна?

- Если я бывшую убью, обеспечите мне алиби? Скажете, что я весь вечер был с вами. Пока, ребят.

Жму руки и выхожу.

Вот же! Явилась.

Оставил. Ну-ну.

Ой, ты дурак, Муромов. И женщины вокруг тебя тоже…

Не меняются женщины. С дочкой время провести приехала. А она ее снова в спорт, чтобы скорее миллионную медаль завоевала.

Может, ну его вообще, этот спорт? Пусть хоть пироги печет, лишь бы живая и здоровая.

 Глава 52

Муромов садится в машину так, будто не я приехала забрать его из бара, а жизнь наконец-то одумалась и превратила строптивую женщину в послушную.

- Добрый вечер, Илья Романович.

- Ты приехала за мной, - садится рядом.

- Я приехала, чтобы ты поговорил с дочерью и бывшей женой, пока она там не наделали дел. И чтобы ты не сел ещё сгоряча за руль.

Смотрит на меня, улыбаясь довольно.

- Муромов, ты вообще понимаешь, о чем я говорю? У тебя дочка в опасности, а ты тут пьешь.

- Я встретился с друзьями, мы немного выпили.

- Ага, я вижу.

- Мне так нравится, когда ты меня ругаешь.

- Муромов, соберись, ты должен их от тренировки остановить.

- Я уже остановил. Ира сказала, что они только посмотреть, - вальяжно тянет.

Да? Не похоже было. Ну ладно.

- И ты красивая такая, Вась.

- Муромов… - сжимаю руль. - Ты перешел к протоколу “комплименты без запроса”? Я серьезно с тобой говорю. Или ты сейчас уже не можешь серьезно?

- Даже когда злишься, красивая.

- Пристегнись лучше.

- Я начальник полиции, мне можно.

Медленно поворачиваю к нему голову. Что?!

- Шутка.

- Тебе, может, и можно, а штраф мне будет. Ты что забыл про правила дорожного движения?

- Я всегда про них помню. Просто иногда рядом с тобой система дает сбой.

Торможу на красный.

- Скучная ты, Василиса…

- Муромов, я тебя не узнаю.

Проверяю светофор и не успеваю сообразить, как тянет меня за шею к себе. Горячо и нахально целует в шею.

И я всё ещё злюсь на него, но несколько секунд ловлю мурашку.

- Илья, - упираюсь ладонью ему в грудь, - перестань. Ты не о том думаешь.

- Все нормально, Вась. Приедем и проверим.

Сзади кто-то сигналит.

И я резко отстраняюсь.

Зеленый.

- Пристегнись сейчас же, Муромов.

Нажимаю на газ и трогаюсь.

- Слушаюсь, - усмехается Илья, пристегивается и смотрит на меня с таким довольным выражением, что хочется вернуться и высадить его.

Зачем я вообще за ним поехала?

Сам бы добрался на такси.

- Я не за этим приехала, Илья, и не думай, что я забыла, - делаю голос серьезным.

- Знаю.

- И я приехала не целоваться на каждом светофоре.

- На каждом не обещаю.

- Муромов.

- Хорошо. Через один, - улыбается так по-мальчишески. Чуть пьяно. Нагло.

Как будто даже влюбленно.

А у меня от этого внутри все сбивается с ритма.

Нельзя.

Нельзя сейчас таять.

У него дочь, бывшая жена, пусть с ними разберется сначала.

На очередном светофоре протягивает руку и кладет мне на колено.

- Илья, - кладу свою ладонь на его, чтобы убрать.

Но он сжимает раньше. Прикосновение мгновенно напоминает о нашей последней близости.

Последний вопиющий случай так вообще это было что-то.

- Илья, ты как никто, - убираю усилием воли его руку, - должен быть в курсе, что есть границы личной жизни.

- Я в курсе.

- Почему тогда сам нарушаешь?

- Когда ты не отвечаешь - тогда нарушаю, - откидывается на дверцу и смотрит на меня.

- Если ты не отвечаешь, я тебя ищу.

- А если я просто не хочу отвечать? Я взрослая женщина. У меня есть право не отвечать на телефонный звонок. Выключить телефон, если я хочу, чтобы меня не трогали. Я могу быть занята на работе. Давай ты мне ещё охрану предоставь.

- Это могу. Я за тебя переживал.

- Не так переживают.

- А как?

- Не знаю. Нормально.

- Ну, я, значит, ненормальный, я вот так переживаю.

Я открываю рот.

И закрываю.

- Если бы Денис не отвечал, через сколько времени ты позвонила бы мне? А? Через сколько часов? Ждала бы положенные три дня?

- Денис - это сын. И он ребенок. Как и твоя дочь. Ее тоже можно искать. Но я не маленькая, Илья. Я не хочу, чтобы ты отслеживал каждый мой шаг.

Тормозим на очередном красном светофоре.

Я сразу выставляю ладонь между нами.

- Нет, даже не думай.

- Я и не думаю, - но все равно тянется ко мне.

- Илья, - отворачиваюсь к окну. - Если мы не выясним этот момент, то он будет повторяться раз за разом. Я не хочу.

- Хорошо.

- Что хорошо?

Снова целует. Это невозможно.

- Когда ты пьян, то никакого диалога с тобой выстроить нельзя.

Снова зеленый,