Как зомби из трущоб вернула свой кайф - Диана Роулэнд

напряжения, чтобы выдать хотя бы дежурное урчание. Я исподтишка бросила быстрый взгляд на Кайла. Не то чтобы он выглядел как-то угрожающе, но от него совершенно точно исходила аура опасности. Он убивал людей. И судя по всему, немало. Черт, у человека, чей коронный прием называется «удавка, затянутая двойной петлей», стопудово должен быть внушительный список жертв.

Но делал он это не ради кайфа. В нем это вообще не читалось. Убийство для него было просто частью работы, задачей, которую необходимо выполнить ради достижения цели.

Вот только на чью именно цель он работал сейчас?

— Что-то не так? — спросил он со своей неизменной мягкой интонацией. Но мне было предельно ясно: он заметил или почувствовал каждый из моих вороватых взглядов.

Я мысленно простонала.

— Э-э, нет. Всё путем. — Святые угодники, ну и дебильный же это был план. Да это, блядь, даже планом назвать нельзя, потому что настоящий план требует хоть какого-то шевеления извилин.

Он свернул в узкий боковой переулок и зашагал вперед, пока мы не оказались в полумракe, в нескольких футах за пределами досягаемости уличных фонарей. Там он остановился и выжидающе посмотрел на меня.

Отличная работа, Энджел. Пойти на прогулку в чужом городе с супер-высококлассным оперативником, которого ты подозреваешь в предательстве. А чтобы заработать дополнительные очки, обязательно сделай это в полном одиночестве, без остальных ребят, и до кучи заверни вслед за ним в безлюдную подворотню с хреновым освещением.

— Наверное, мне лучше вернуться в отель, — предположила я, косясь глазами в сторону оживленной улицы. — Наоми была права. Мне тут делать нечего.

— У тебя ко мне какие-то претензии, — произнес он мягко, но отчетливо.

Это был не вопрос. В моей голове лихорадочно завертелись варианты, как пойти на попятную, как соврать — сделать что угодно, лишь бы вернуть относительный комфорт, который был минуту назад. Но всё казалось фальшивым. Всё, кроме правды, потому что я знала: он мгновенно раскусит любую ложь.

— Я видела твою фотографию в квартире Эндрю, — выложила я, пытаясь игнорировать тошнотворные кульбиты собственного желудка. — Кадровое фото сотрудника «Сабертона».

Он просто кивнул — едва заметное движение, глаза устремлены на меня, а лицо абсолютно непроницаемо. Тени, в которых мы стояли, казалось, стали еще темнее, а воздух — гуще.

— Как… — Я судорожно сглотнула и попробовала снова: — Как мне знать, что крот — это не ты?

Он оставался неподвижным и безмолвным в течение нескольких долгих секунд. Какое-то насекомое зашуршало по тротуару у него за спиной. Где-то вдалеке просигналила машина, а следом донесся чей-то выкрикнутый мат. Ветерок сменил направление, унося аппетитный запах жареного мяса и принося взамен амбре старой мочи и гниющего мусора.

— Никак, — констатировал Кайл. Он слегка шевельнулся на фоне темноты, и я уже во всех красках вообразила, как он достает из кармана удавку.

Сердце колотилось о ребра с такой силой, что я была уверена — он слышит этот грохот. Перепугавшись до усрачки, я сделала супер-ненавязчивый шаг назад.

— Ладно, камон, ты должен выдать мне хоть что-то. — Я выдавила смешок, но он вышел дребезжащим и слишком писклявым. — Ты всё еще работаешь на «Сабертон»?

Кайл сделал супер-ненавязчивый полушаг вперед, который при его длинных ногах практически равнялся моему полноценному шагу.

— А ты сама как думаешь?

Заставив себя в этот раз удержаться на месте, я упрямо вздернула подбородок:

— Я думаю, что ты пугаешь меня до усрачки, и мне это, блядь, совсем не нравится. — Черт возьми, это прозвучало бы куда солиднее и жестче, если бы не этот дурацкий писк попавшей в капкан мыши в моем голосе. — Либо дай мне прямой ответ, либо… либо делай то, что собирался, и покончим с этим.

Я напряглась всем телом, готовая драться с чем угодно, с чем бы он на меня ни попер. Его глаза задержались на мне еще на мгновение, но затем он резко развернулся и отошел на несколько футов в сторону. Он остановился ко мне спиной — темный силуэт, едва различимый в тусклом отсвете уличных фонарей на дальнем конце квартала.

— Дорогу обратно найдешь? — спросил он; его голос звучат тихо и абсолютно бесстрастно.

Я уставилась на поглотившую его тень.

— И это всё? Серьезно? — Погодите. Я реально только что это вякнула? Борясь с непреодолимым желанием со всей дури шлепнуть себя ладонью по лбу, я сделала рваный вдох, пытаясь привести в порядок свои бурлящие мысли. Мне хотелось закричать: «Да я не хочу, чтобы ты был этим долбаным кротом!»

— Какого хера? — сказала я вместо этого. — Если ты даже защищаться не собираешься, что я, по-твоему, должна думать? Да камон, Кайл, ты мне, блядь, нравишься. Я считаю тебя крутым, милым и пугающим ровно в тех пропорциях, в каких надо. За исключением нынешнего момента, — поправилась я. — Помоги мне здесь.

— Здесь нет никого, кто мог бы тебе нравиться. — Никакой злости. Никакой грусти. Никакой обиды или чувства преданности. Ничего, кроме звенящей, абсолютной пустоты. — Возвращайся в отель, Энджел. — И с этими словами он зашагал прочь по улице.

Чувства завершенности не было и в помине, близко не пахло, но я не стала дергаться за ним или пытаться догнать. Ему не составило бы труда от меня оторваться. Я проводила его глазами, пока он не скрылся за углом, а затем с яростью пнула подвернувшуюся жестянку, и та с громким грохотом покатилась по мостовой. Сука! Если он невиновен, я только что жестко его взбесила своим недоверием — не то чтобы он потрудился хоть как-то оправдаться. Я застонала. Да и с какого хера он должен оправдываться? Я ведь должна быть его союзницей.

Но если он виновен…

Ледяной холод пополз по моему позвоночнику. Что он предпримет теперь, когда мы раскопали его связь с «Сабертоном»? Исчезнет? Приведет группу захвата, чтобы повязать нас прямо в отеле? Какого хера я не поговорила об этом с остальными сначала?!

Ссутулив плечи от пробирающей дрожи, я развернулась и со всех ног припустила обратно к гостинице.

Глава 17

Когда я вернулась в номер, Наоми нежилась на