Чумовой отпуск для Босса - Лана Светлая

мне в глаза бросилась яркая растяжка во всю стену: «Сорок — это только начало!». Молодежи в зале нет совсем, только средний и пожилой возраст. Все смотрят на нас с усмешкой.

Я бросаю убийственный взгляд на Иванову, которая как ни в чём не бывало улыбается мне. Но вот только дерзкий взгляд сдаёт её с потрохами.

— Ты специально издеваешься? — перехожу на «ты», так как тут разборки явно деревенского уровня.

— Даже не знаю о чём это вы, — и взмахнув юбкой своего голубого сарафана на тонких лямках, исчезает в полутенях и пятнах стробоскопа.

Кинула, значит, на произвол судьбы, коза! Да сдалась мне это дискотека восьмидесятых! Мы приехали на моей машине, так что вернуться назад мне не составит большого труда. А вот она уже пусть как хочет домой добирается.

Разворачиваюсь обратно к дверям, но выход перекрыт. На моём пути стоит четыре женщины, всем явно далеко за сорок. Даже косметика на их лицах не может скрыть, что там… пиздец как далеко.

И взгляд у них такой… Пугающий. Наверное, так маньяк смотрит на свою жертву перед нападением.

— Добрый вечер, дамы. А я спешу, — аккуратно намекаю, что меня надо пропустить.

— Ой, я не могу, — не выдерживает женщина, что самая крайняя слева. Шепчет это она «даме», что стоит рядом с ней, но только мне всё прекрасно слышно. — Он такой хорошенький!

— А какие мышцы, — вторит ей таким же «шёпотом» соседка, разглядывая мои руки.

Я надел только брюки и рубашку, рукава у которой закатал. Мария сказала, что с бриллиантовыми запонками на сельские гулянки не принято ходить.

— А какой голос, девоньки! — восхищается третья.

Да уж, к такой прямоте я точно не был готов. Интересно, а мне обязательно что-то отвечать на эти комплименты?

— Дамы, я вообще-то спешу, — повторяю им тоном, которым обычно разговариваю со своими подчиненными, когда те косячат.

Обычно, их после такого, уже сразу нет в моём кабинете. А этим «дамам»… хоть бы хны! Лишь ещё ослепительней начинают улыбаться.

Черт их побери! Ну серьёзно, не распихивать же их локтями, что пробиться на свободу.

— А ещё и воспитанный, городской, — поддерживает последняя, притом даже не думая понижать голос. Похоже она из всех самая смелая и самая… нуждающаяся в обустройстве своей личной жизни. — Я бы от такого не отказалась!

И вот тут мне становится не по себе.

— А я пришёл не один, — пытаюсь разобраться с проблемой.

— Ну, стоишь-то ты один. А таких мужчин опасно оставлять одних, — с придыханием шепчет крайняя слева, шагая вплотную ко мне. — Значит, не так уж она и дорожит тобой!

Матерь Божья, что с этими женщинами⁈ Она меня обнюхивает как самка своего кобеля.

Чувство, что они сейчас меня четвером схватят, свяжут и трахнут по очереди становится вполне себе осязаемым. Дикость-то какая!

— Дамы, мне, кажется…

— А кому кажется, тот у нас крестится, — перебивает меня первая справа. — Как насчёт того, чтобы выпить у бара какой-нибудь коктейль.

И это, мать вашу, вот вообще не вопрос! Тут в принципе этим «дамам» плевать на моё мнение.

— Мария, ты где? — бросаю призыв в воздух, оглядываясь по сторонам в лёгкой панике.

Они же не мужики, в морду им не дашь, вздумай они поволочь меня под ручки в этот самый бар. И что мне тогда делать?

Чёрт, ну где же Маша⁈Она привела, она же пусть и спасает.

Но так как моя спасительница где-то запропастилась, то я решаю начать отступление. Сам пячусь задом в сторону барной стойки. Там хотя бы многолюдно.

— Красавчик, а ты куда? — и одна из женщин хватает меня за руку, вот аккурат там, где у меня солнечный ожог.

— Ай, вашу мать! — рычу я и отдёргиваю руку.

Дамы вздрагивают, но никто от страха не разбегается. Вожделение в их глазах становится ещё больше.

— Ой, вы тут, — возникает рядом со мной Мария. — А я вас потеряла. Привет, дорогие соседи. Спасибо, что присмотрели за моим гостем.

— Маш, он с тобой что ли? — разочарованно произносит одна из бабенок. — А может дашь нам его на пару часиков, повальсировать по залу?

— Я не танцую! Совсем! — холодно рычу на них. — И вообще, нам пора, — крепко хватаю локоть Ивановой и тащу девушку за собой на выход.

Дальше я клоуном в местном цирке работать не собираюсь. Вот сейчас выйдем на улицу и я всё выскажу этой пигалице в сарафанчике.

Вот всё! Если успею…

Глава 6

Герман

Но едва оказываемся на улице, где кстати уже совсем стемнело, к нам подходят два мужика средних лет.

— Это, значит, ты тут на спортивке прикатил и наших баб щупаешь? — громко орёт один из незнакомцев, выдыхая мне в лицо пары алкоголя и адского табака.

Я практически не пью и совсем не курю, так что для меня это как вдохнуть угарный газ — того гляди в обморок грохнусь.

— Мужики, вы совсем ошалели? Кого я тут могу трогать? Ваши бабы, как вы их называете, уж извините, но немного не мой уровень.

— Ну, всё… вам трындец, Герман Степанович, — тихо стонет Мария, закрывая лицо рукой.

— Это какой такой уровень⁈ Мужики, он наших баб оскорбил что ли? — оживают местные супермены, но мне уже осточертело тут находиться.

Я шагаю в сторону, чтобы их обойти, но тот что справа бросается на меня.

Охренеть!

Отталкиваю Марию в сторону, чтобы её этот придурок, не дай бог, не зацепил и потому первый удар пропускаю.

— Да! Витёк, мочи его! — орёт его друган.

Отдать должное, Витёк бьёт хорошо, кулак как кувалда. Он в один раз снёс мне челюсть, разбив нижнюю губу. Второй раз я удар уже не пропускаю и ухожу в сторону, нанося одновременно серию ударов по корпусу моего противника.

Витёк падает на землю, а на меня кидается его друг, что в два раза больше меня по комплекции. Кулак его проходит по касательной, чуть задевая мою правую бровь. Вспышка боли, но это не мешает мне уложить громилу рядом с Витьком.

— Уходим, — сорвано рычу ошарашенной Марии.

Схватив её за руку, тащу в машину, пока эта парочка местных защитников не очухались.

— Герман Степанович, у вас кровь на лице, — тихо сообщает мне помощница, когда я вдавливаю педаль газа до самого пола. Нас бросает вперёд и несёт на всех парусах.

— А вы разве не этого добивались?

Ответа не следует.

До дома Ивановых добираемся в тишине: Мария сопит с мыслями в своей голове, а я просто веду тачку, дёргая разбитой губой. Боли в моём теле