Контракт с монстром - Анастасия Ригерман

Эта же человеческая девчонка от одного моего поцелуя в несознанку ушла. Неужели было так противно? И здесь ведь точно не врала, я отчетливо слышал каждое биение ее сердца, как и изменившийся запах, насквозь пропитанный ужасом. Такую реакцию тела не подделаешь.

А ведь в прошлый раз, когда заявилась на порог этого дома и предложила себя в найм в качестве спеца, только что в штаны мне не залезла. Не было в ней ни робости, ни сомнений. Вела себя так уверенно, будто выросла среди оборотней. У той чертовки в моем присутствии и пульс не поднимался.

— Ого, какие гости и без предупреждения! — появился за спиной зевающий Тим.

— И тебе доброе утро, — поднялся я из кресла, уступив место хозяину.

— Чем обязан столь раннему визиту?

— Да так. Один пазл никак не складывается.

— Новая задачка, — усмехнулся парень, пройдясь пятерней по своей вихрастой голове. — Это я люблю. Выкладывай все исходные данные.

— Они уже перед твоими глазами, — кивнул я в сторону монитора, ненароком вспоминая, какой все-таки сладкой была девчонка на вкус. — Открой запись с ее прошлым визитом.

Ловкие пальцы забегали по клавиатуре, и на экране ожило видео месячной давности.

«Хороша, зараза», — невольно закусил я губу, наблюдая за тем, как смело она держалась рядом со мной, и как сексуально выглядела: кукольное личико, туфли на шпильках, брюки, аппетитно облегающие попку, высокая грудь, прикрытая спортивным топом, распущенные по плечам светлые волосы.

Яркая, дерзкая. И ее запах… Он ударил первым, буквально обезоружил меня, сбил с ног — не просто аромат духов, а смесь телесного и эмоционального следа, который оборотень замечает прежде, чем мозг успевает обработать остальную информацию.

Теплые, молочно-пряные ноты кожи и волос, чистота и женственность, невесомая сладость. Это был запах самой жизни, запах желанной близости. Он говорил о тепле тела, о клеточных сигналах, которые для зверя значат гораздо больше, чем для человека. В нем слышались намеки на страсть и возбуждение — едва уловимые, но понятные: ускоренное дыхание, дрожь, мимолетное волнение. Для меня это было как долгожданный подарок судьбы с приглашением оставить метку.

— Это вы ищите спеца, способного проникнуть в логово Белых Стражей? — прозвенел колокольчиками ее голос на записи, такой знакомый и слишком самоуверенный для перепуганной девчонки, запертой в комнате на втором этаже. Теперь я в этом нисколько не сомневался, хоть и запах от нее исходил тот же самый: редкий, изысканный, с яркими нотами сердца. — Я именно та, кто за достойную плату сумеет вам помочь.

— Так в чем задача? — не понимал Тим. — Разве не ее Назар доставил еще вчера вечером?

— А вот это нам и предстоит выяснить. Видишь ли, в чем дело: запах точно ее, я бы его ни с чем не спутал, и по документам все сходится — Юлия Евгеньевна Смирнова. Подпись свою на контракте она тоже признала. Только все равно упирается, что сама документ в глаза не видела, и что здесь никогда не была, и вообще, стены Светоча за всю жизнь не покидала. Я сначала решил, что завралась человечка, аванс взяла и нас кинула. Думала, в городе людей не достанем. Но ведет она себя действительно очень странно, и проверку мою вчерашнюю не прошла, — выложил я все карты на стол.

— Что за проверка?

Сам не знаю почему, но признаваться мелкому в том, что от моего поцелуя девчонка в обморок грохнулась, будто я какое-то чудовище, язык не поворачивался. Или просто не хотелось терять заслуженную репутацию Альфы в его глазах.

— Да так, оценил реакцию ее тела, и оно меня не признало.

— Ясно, — расплылась кривоватая улыбка на физиономии Тима. — Что, по морде зарядила? — заржал парень, вконец осмелев.

— Я сейчас сам тебе заряжу.

— Эй, ты чего? — никак не успокаивался мелкий засранец, подняв руки, будто сдается. — С кем не бывает? Девчонка видная. И не из наших, чтобы с порога твои феромоны учуять. К человеческим самкам нужен другой подход.

— Еще поучи меня, — потрепал я Тима по голове. — И вообще, она меня в этом смысле не интересует, — пытался заверить я то ли его, то ли самого себя. — Здесь эта человечка по одной причине — отработать контракт. Только я стал сомневаться, что та, которую мы привезли, на это способна.

— Вот теперь, кажется, я начал понимать, к чему ты клонишь.

Ловкие пальцы снова забегали по клавиатуре, поднимая всю имеющуюся информацию на Юлию. На мониторе появилось фото ее родителей с датами рождения и смерти, затем фото бабушки, которая ее воспитала после войны, и год назад отошла в мир иной.

— Из живых родственников по официальным данным никого не числится.

— А по неофициальным? Может у нее быть сестра-близняшка?

— Гипотетически все возможно, — задумался Тим, продолжая искать в сети все новую и новую информацию, поднимая старые архивные данные. — Она родилась еще до войны, если были близняшки, по каким-то причинам могли и не зафиксировать. Попробуем запустить поиск по биометрии. Если вторая засветилась где-то на камерах нашего мира, рано или поздно мы об этом узнаем.

— Она еще что-то говорила о брате. Может, не родной. О нем тоже инфы нарой.

— Ок, — принялся выполнять поставленную задачу Тим. — А сейчас-то с ней что делать будешь? — задал парень главный вопрос, на который я и сам пока не знал ответа.

Я снова перевел взгляд на монитор. Ее длинные светлые волосы волнами раскинулись по подушке, придавая лицу почти ангельское выражение. Девчонка выглядела настолько хрупкой и беззащитной, что мое сердце дрогнуло. Но и мысль о том, что она просто отменная актриса, и разводит меня, как какого-то безмозглого щенка, тоже не оставляла.

— Устроим ей проверку на полигоне, — озвучил я свое решение. — Посмотрим, соответствует ли она хотя бы части пунктов контракта, там все и решим. Если это с самого начала была она, то навыки и реакции ее выдадут.

— А если нет, и аванс взяла условная сестра, о которой ей ничего неизвестно?

В ожидании ответа, Тим поднял на меня свои ясные глаза, глядя так, как смотрел когда-то на моего отца, словно я не имею права на ошибку, или на несправедливое решение. Вот только, что именно он ожидал услышать?

Обещание, что, если она окажется случайной жертвой обстоятельств, я потреплю девчонку по волосам, шепну извинения и отправлю восвояси. Конечно, будь обстоятельства иными, поступил бы именно так. Потерянный аванс на три миллиона интересовал меня сейчас меньше всего. С другой стороны, если они