Я не твоя невеста - Ника Лебедева

рыжие волосы уложили в сложную, замысловатую прическу с аккуратными локонами. Лицо, обычно украшенное лишь веснушками, теперь было белым и матовым от пудры, щеки тронуты румянами, а губы украшены коралловой помадой. Синее бархатное платье с серебряной вышивкой поблескивало шелковой тканью и тонкими нитями, узором напоминающими пургу за окном.

— А по какому поводу вдруг такая… торжественность? — все же решилась осведомиться я.

— Его Светлость возвращается в замок, — торопливо пояснила Селия, подбегая с целым набором украшений в руках. — Он пожелал пообедать с вами сегодня, потому что другой возможности не будет, скоро снова придется отбывать на границу…

— Погоди… Что?!

Я испуганно выпрямилась, едва не задев баночку с румянами локтем. Какой еще обед?! В смысле — обед?!

Нет уж. Нет-нет-нет. Мы так не договаривались! Я планировала просто тихо отсиживаться в покоях и библиотеке! Никаких обедов с тираном! Да и разве он не должен был оставаться где-нибудь там, на северной границе, на долгие-долгие дни? Как делал все это время до этого? Чтобы мы друг друга не то что не видели — чтобы даже не дышали одним воздухом!

А если он вдруг решит расспросить меня о чем-нибудь?! О королевских садах, о любимых блюдах “папули”, о лучших салонах юга? Что-нибудь, что может знать только настоящая Летиция! Я и на балах-то никогда не была! Что уж там, я едва помнила, как танцуют леди!

Обед с герцогом! Ни в коем случае!

— С-Стойте! — пискнула я. Что же делать?!

В голову пришла самый логичный и очевидный способ.

Я стала кашлять, прижимая ладонь ко лбу с видом театральной страдалицы. Летиция так всегда делала, когда ее заставляли делать что-то против воли. У меня ведь тоже могло получиться, правда? Чем я хуже Летиции!

Для достоверности я еще и громко, выразительно чихнула.

— О нет, я, кхе-кхе, кажется, заболела…

Горничные ахнули.

— Ой, как горло болит! И голова… голова раскалывается, у меня, наверное, жар… Апчхи! Нет, я не могу идти к герцогу в таком состоянии, вдруг заражу, а ему скоро на границу… это будет просто ужасно!

Селия, расправляющая подол платья на вешалке, обеспокоенно взглянула на меня через зеркало. Но она не растерялась:

— Позвольте я позову лекаря, он поставит вас на ноги!..

…В общем, как уже стало ясно, мой судорожный план не удался.

Хотя попытка была хорошей. Могло бы сработать, если бы в герцогстве не было целого подразделения военных лекарей, которое вернулось вместе со своим господином и частью северного вооружения. Постоянно забываю, что это не мирный юг, а вооруженный до зубов север — вооруженный, в том числе, профессиональными целителями.

Пришлось покориться судьбе.

Меня, на ватных от страха ногах, привели в полный порядок и проводили в большую столовую. Проводили — и сразу скрылись, оставив наедине с тираном.

Столовая оказалась не такой мрачной, как я ожидала. Просторное помещение с большим пейзажем леса во всю стену, гигантскими окнами и тяжелой позолоченной люстрой под потолком. Небольшой камин потрескивал поленьями, а в центре стоял длинный стол, накрытый на двоих.

Я испуганно сглотнула при виде фигуры герцога у окна.

Хессенгард стоял неподвижно и смотрел на улицу. На нем был темный камзол, вышитый такими же узорами, как и мое платье. Огонь в камине бросал на его лицо янтарные отблески, которые резкими мазками очерчивали четкую линию челюсти.

Хессенгард обернулся, услышав мои шаги. Его взгляд медленно скользнул от подола платья до самой макушки, поочередно задерживаясь сначала на непривычно открытых плечах и ключицах, потом на тщательно уложенных волосах и лишь после этого — на моем лице.

Тишина затянулась. Атмосфера была тяжелой — у меня сбилось дыхание от волнения, руки похолодели.

Герцог не поклонился, лишь слегка кивнул в сторону стола.

— Прошу, Ваше Высочество.

Его голос был низким, спокойным, почти отстраненным. Ни тени подобострастия или желания произвести впечатление.

Я подошла к своему стулу, стараясь не споткнуться о собственные заплетающиеся ноги. Хессенгард бесшумно отодвинул его для меня, и я, смущенно поблагодарив, села на самый край.

Когда герцог занял свое место, слуги внесли блюда: запеченную утку с овощами, тушеную рыбу, баранину в медовой глазури, густую похлебку, черный хлеб, несколько салатов на закуску. Еда пахла дымом и специями. Совсем не так изысканно, как на южных обедах, но аппетитно. Все происходило в абсолютной тишине, которую прерывало только тихое шарканье обуви слуг. В груди засело тягостное ощущение, словно потолок вот-вот свалится на меня, настолько гнетущим было давление этого густого, томительного молчания.

И вдруг:

— Надеюсь, дорога из столицы не слишком вас утомила.

Я практически подпрыгнула на стуле, когда герцог неожиданно заговорил. Он налил нам красное вино. Я, сжавшись на самом краю стула, пыталась загипнотизировать взглядом темный напиток в своем бокале.

— Н-нет. — Я мысленно заставила себя совладать с голосом. — Все было в порядке.

Герцог немногословно хмыкнул.

— И холод не беспокоит Ваше Высочество? Я слышал, южане не переносят морозов. — Его глаза сверкнули в мою сторону. — Как нежные тепличные цветы.

Теперь в голосе отчетливо слышалась ирония. Настоящая Летиция вспыхнула бы от возмущения — она никогда не позволяла никаких выпадов в свой адрес, даже самых безобидных вроде этого сравнения с цветком. Но я-то была не Летиция. У меня не было столько храбрости, чтобы устроить скандал на пустом месте прямо перед северным тираном. Я не могла даже заставить себя посмотреть Хессенгарду в лицо.

Поэтому я только потупила взгляд и принялась нервно перебирать руками ткань платья, чувствуя себя полной дурой в этом вычурном платье. И правда похожа на бесполезный бутон.

— Я стараюсь привыкнуть к местной погоде, — просто отозвалась я.

Герцог снова хмыкнул и больше ничего не спросил.

Я воспользовалась моментом и сосредоточилась на еде, чтобы отвлечься от повисшего в воздухе напряжения. Сегодня мне не предложили завтрак, поэтому я проголодалась и ела с аппетитом — блюда были сытными, но довольно пресноватыми на мой южный вкус. Впрочем, в остальном это — обычная еда, к которой я привыкла. На севере было туго со всем, что не касалось мяса и рыбы, поэтому я и не ожидала ничего лучше.

Зато Хессенгард, который без стеснения наблюдал за мной, явно удивился:

— Вам по вкусу обед?

Я прожевала кусочек баранины в медовой глазури и кивнула.

— Все прекрасно, большое спасибо.