Невеста по контракту - Маргарита Александровна Гришаева

— Вы хотите сказать… — хрипло пробормотала я.

— Она ожидает в вашей гостиной, — резко поднялся он с места и сделал шаг к двери. — Так что мы прямо сейчас все решим.

— Нет, погодите, я не готова, — попыталась я остановить его и едва не подскочила на кровати, но раны заныли.

— Не переживайте, Линария. Жрица богини Любви не светская леди, ей все равно, как вы выглядите, — заверил Ксандр, совершенно не слушая меня.

Естественно, я не смогла его остановить. Сделав еще шаг, он приветственно распахнул дверь. Первым делом я увидела круглые, полные паники глаза Линарии. А вот сразу за ее плечом… я наткнулась на внимательный, чуть насмешливый взгляд зеленых глаз в разрезе белой газовой ткани, что окутывала голову незнакомки, пряча лицо и волосы. Высокая женщина в нежно-розовом летящем платье, легко шагнула в комнату, быстро миновав едва дернувшуюся заступить ей путь Линарию, после чего изобразила легкий поклон.

— Добрый вечер, ваше высочество, кронпринцесса Линария.

И почему в ее голосе мне почудилась та же насмешка, что и во взгляде?

— Приветствую вас, жрица Прекраснейшей, — пробормотала я в ответ и, сложив руки, изобразила положенный поклон. Вот только в ответ на него, жрица как-то тихо хмыкнула, а Линария и вовсе изобразила гримасы ужаса за плечом у императора. Да и сам Ксандр как-то нахмурился. Проклятые пески, тут-то я где ошиблась? Так, ладно, главное не паниковать и не подавать виду, что что-то не так. Вдруг все еще обойдется? Все же, дворец, это не сам храм, да и жрица, это еще не богиня, так что, возможно во мне и не почувствуют бывшую приверженицу Прекраснейшей. А улыбаться так жрица вполне могла и из-за плана императора. Не каждый день правитель просит ее солгать окружающим, чтобы выбрать нужную ему невесту. Интересно, правда, что он ей рассказал, чтобы она согласилась на подобное…

— Прошу прощения, что не могу встретить вас как полагается, — пробормотала я, отчаянно надеясь, что визит ограничится лишь вот этим кратким знакомством. Окружающим-то и этого хватит. Жрица была у меня в комнате вместе с императором? Была, значит конкурс состоялся. Но вот сама жрица была явно другого мнения.

— Ну что вы, ничего страшного, — мягко заметила женщина и обойдя императора, устроилась рядом со мной на кровати. — Кроме того, я же не какая-то там светская леди, а всего лишь глас моей богини. Мне все это не важно.

— Не преуменьшайте свой статус, Иркания, — покачал головой Ксандр. — Вы все же главная жрица Прекраснейшей в нашей империи.

Вот еще не хватало мне радостей в жизни. То есть, с этой дамой богиня скорее всего общается часто.

— Перед богиней мы все равны, — отмахнулась женщина, с интересом рассматривая меня. — Для нее среди нас нет ни главных, ни второстепенных. Просто меня она находит более полезной и интересной собеседницей. Линария, вы позволите? — неожиданно сменив тему протянула она ко мне узкую белоснежную ладонь.

— Что? — насторожилась я.

— Позвольте вашу руку.

Нет, нет, нет.

— Ах, простите, они забинтованы, — попыталась отказаться я.

Фух, не зря я и ладони поцарапала.

— Ничего страшного, — заверили меня, это не важно.

Дальше сопротивляться было бесполезно. Не вступать же мне в драку с жрицей на глазах у императора. Мое поведение и так уже предельно странное. Остается только покориться и надеяться, что богиню не волнуют такие мелочи, ка политические игры императора. Хотя, о чем это я… моего-то бога они почему-то волнуют.

Сделав глубокий вдох и понадеявшись, что, если что Линария придумает, как нам отболтаться, я все же вложила свою замотанную ладонь в прохладную руку жрицы. И… ничего не произошло.

— Не переживайте так, — с улыбкой в голосе заявила жрица и легко погладила меня по руке. — Мы просто поговорим.

— Я и не переживаю, — заверила без уверенности в себе.

— Ваше величество, это будет конфиденциальный разговор, — обернулась жрица к насторожившемуся императору. — Оставьте нас наедине. Ненадолго.

— Да, конечно, — кивнул он, не сводя с меня немного хмурого взгляда. Наверное, потому, что во взгляде у меня буквально читалась просьба, не оставлять меня наедине с этой женщиной. Правда, направленна она была в сторону Линарии, но та все равно ничего не могла поделать, отделенная от меня императором. Так что бросив на меня последний взгляд он вышел сам и принцессу увел, оставив меня наедине с пугающей жрицей.

Я готовилась, что сейчас последуют неудобные вопросы — по ее виду было понятно, что что-то она знает. Но не ожидала, какими они будут…

— Леди, скажите, вы любите императора Ксандра?

— Что? — опешила я.

Я-то думала, что меня будут спрашивать про предательство или начнут шантажировать, что я не принцесса. Но мои чувства к императору? Какое вообще это имеет значение?

— Он ведь сделал вам предложение, и вы собираетесь согласиться. Вы любите его? — продолжила допытываться жрица, не отпуская моей руки.

— Ну… я ведь согласилась, — выдавила я из себя улыбку. — Так что это очевидно.

— Правду леди, — голос женщины стал строже.

— Ну… возможно я еще не слишком хорошо его еще знаю, но я не исключаю…

— Леди! — прозвучало почти с угрозой.

— Нет, — пришлось признать мне. Это все же жрица, вполне возможно, что ей видна вся правда, по поводу таких чувств. Да и не сказать, чтобы это было страшное признание. Императору я об этом тоже честно говорила.

— Тогда что вы чувствуете по отношению к нему?

Здесь пришлось подумать.

— Уважение. В некотором роде восхищение…

Особенно его навыками, как воина. Все же, прежде всего он должен быть политиком, на право слово, навыки у него на уровне наших лучших наемников и это поразительно. Да и в общем, подозреваю, что как император он тоже вполне хорош — не просто же так Линария не желает смены правителя и даже опасается этого. Да и просто для меня поразительно, как можно управляться с целой империей, да еще и всяких покушений избегать.

— Скажите, вы согласились на этот брак из искренних целей и по своей воле? — продолжала допрос жрица, все более запутывая меня. К чему такие странные расспросы?

— А что? Какое это имеет значение?

— Если вас заставляют, я могу помочь вам отказаться, — со всей серьезностью заявила жрица. И как-то так внушительно она это проговорила, что я готова была ей поверить. Вот только…

— Я не берусь судить, насколько искренни мои цели, — медленно и тщательно подбирая слова, ответила я. — Но я согласилась по собственной воле. И я действительно хочу помочь.

Пожалуй, это правда. Пусть с точки зрения