Серебряные нити Шардена. Пепел и тис - Мари Ларина

Девушка вытянула из внутреннего кармана промокшей накидки несколько серебряных дариев и положила их на прилавок.

— Оставьте. — Я жестом отодвинула две монеты назад. — Студентам скидка, особенно в сезон надвигающихся экзаменов.

Она впервые улыбнулась — натянуто, но искренне, — и, спешно рассыпаясь в словах благодарности, прижимая флакон к груди, как самое дорогое — выскочила в дождь, натянув капюшон. Торш пробурчал что-то одобрительное с подоконника, оценив мой жест со скидкой, и вернулся к своему медоэлю, подхватывая кружку с листочками. Ловко отправил книгу на место — небольшой стеллаж рядом с подоконником, заваленным подушками — этот стеллаж принадлежал персонально Торшу — он всегда знал, какую книгу подсунуть мне или гостю, который не может определиться, чего ему хочется. Та еще акула бизнеса — просто методы у него свои, ненавязчивые и особенные.

Я кинула взгляд на настенные часы — старинные, серебряные, с ажурными стрелками — до заседания Совета внезапно оставалось меньше часа. Я спешно переоделась — в лавке всегда хранился сменный комплект одежды, более парадный — так как на заседание могли вызвать срочно: надела сухой тёмно-синий плащ с вышитыми серебром краями — цвет Тихого Круга, хоть сам Круг и перестал существовать — всё-таки, я его бывшая воспитанница. Волосы собрала в тугую косу, вплетя в неё шнур с обсидиановой бусиной — знаком, что я не просто ведьма, а Хранительница Тени. Серебрянные татуировки на руках и груди приятно обдало теплом от касания с обсидианом. Палец приятно охладил тяжелый металл— кольцо с печатью, дававшее мне право голоса в Совете, пусть пока временное и до сих пор — не совсем уверенное. Заседание собиралось по таинственному, но какому-то определенно очень важному поводу — раз вызвали даже меня. Раздав Торшу указания, я вышла из лавки — дождь уже стих и идти было намного приятнее — было прохладно, но тенлист мне не понадобился.

Совет собирался в Зале Семерых — высокой округлой комнате на вершине Временной Башни, в самом сердце Иль-де-Вирела. Я поднялась по винтовой лестнице, шагая в унисон с гулким звоном шагов других обитателей башни, невидимых в данный момент. Стража у Зала Совета услужливо кивнула мне, распахивая тяжелые, высоченные дубовые двери — каждый раз я чувствовала себя принцессой, проходя через них — древние двери закрылись за моей фигурой с величественным скрипом старинного дерева. Внутри зал был окутан свечным полумраком — несмотря на обеденное время, было немного сумрачно из-за отсутствия солнца — плящущими языками пламени на стенах и небольшим напряжением, прямо-таки царившим в воздухе. Стены покрывали старинные фрески: стилизованные изображения великих магов, богов и прообразов их магических откликов. Над всем — барельеф Ткани Снов — зачарованный, магический, похожий на звездноё небо — его нити тянулись по потолку, переплетаясь над головами присутствующих.

Во главе круглого стола — элериарх Шардена, Примарх Иль-де-Вирела, Председательница Совета Семерых, Первый Лик Совета, госпожа Ауриэль Тенцзар. Женщина неопределенного возраста с лицом, отточенным, как клинок, и серыми, сухими глазами, в которых плескалась уверенная власть, опыт прожитых лет и боги знают что еще. Я боялась эту женщину — она могла быть добра и мила с человеком, а через секунду — всадить ему клинок в сердце. На ней — неизменный темно-красный плащ Совета, и строгое серое платье — без излишеств, но с идеальной посадкой — от лучших швейных мастериц Шардена. Светлые волосы убраны в высокий, идеальный пучок, кричащий о высокой должности, чопорности и безупречности своей обладательницы. И — разумеется, ожерелье из магической стали, заключавшее в себе печать Совета — она не привлекала внимания своей яркостью, не требовала ни хвастливого величия, ни тяжелой золочёности. Это было нечто гораздо более изысканное — неформальная, почти невидимая власть, скрытая за символом, который ощущался не через внешние детали, а через внутреннее восприятие. Глаз, выгравированный на металле, казался живым — его зрачок, словно бездонное зеркало, поглощал всё вокруг, но не показывал ничего. Он смотрел не только на меня, но и в меня, проникал через оболочку, открывая то, что скрыто. Этот глаз был мудр, но и опасен, как всякая сила, что видит истину.

Его окружал круг — тонкий, почти незаметный, но строгий и целостный, как сама магия. Это был символ завершённости, олицетворение единства и невидимой защиты. Он не стеснялся своей простоты, в этой минималистичной форме заключалась сила. Круг — как та невидимая сеть, что пронизывает мир, соединяя все его части в единую ткань, и в то же время способная в нужный момент удержать хаос, прежде чем он разорвёт всё вокруг. Вдоль контура глаза в серебристом свете проступали тонкие линии, как магические потоки, невидимые, но ощутимые, тихо свернувшиеся в круге, как светлая нить, что переплетает судьбы. Он не был зловещим, но в его присутствии ощущалась некая тяжесть, тень, что висела на воздухе. Ведь, как известно, глаза видят не только то, что есть, но и то, что скрыто за пеленой.

— Госпожа Мирст, — кивнула она, когда двери за мной затворились. — присаживайтесь. Остальные уже собрались.

Я окинула взглядом Зал Совета — пространство было залито мягким, рассеянным, сумрачным светом пасмурного дня, исходящим от огромных витражных окон, устремляющихся к небу. Эти окна не просто пропускают свет, они впускают в зал жизнь города: из них видна Туманная площадь, всегда полная людей, шумящих и переживающих судьбы, что решаются здесь. Основной элемент зала — огромный круглый стол, вырезанный из тёмного дуба, обрамлённый серебристо-золотыми вставками. Это место для Семи и Асессоров, места для каждого члена Совета — Хранителя Законов, Покровителя Здравия, Стража Казны, Магистра Торговли, Мастера Образования, Рихтаржа Иль-де-Вирела и — куда же без него — Магистра Теней. Каждое кресло с высокой спинкой, украшено сложной резьбой. В центре зала — камин, разжигаемый исключительно в холодные месяцы, его жар согревает пространство и добавляет мягкости в тени, которые так часто ластятся по этим стенам. Сегодня камин разожгли и он уютно потрескивал, поедая брёвна — это определенно добавляло камерности происходящему. Всё внутри зала — от его убранства до хрупкой, почти невидимой энергии, витавшей в воздухе — пронизано величием. Здесь не стоит спешить. Время словно растягивается в ожидании решений, каждое слово звучит как грозовая туча, нависшая над будущим.

Я окинула взглядом красные плащи за круглым столом:

По правую руку от Ауриэль, с идеально прямой спиной, восседал Лаэрк Рейлтан — Хранитель Законов и Войны, префект Карал Вельторна, Второй Лик Совета. Лицо Лаэрка словно вырезано из