Любовный смайлик - Мира Форст

взгляд у моей крошки такой затуманенный, что мои предохранители не выдерживают, вхожу в нее, присваиваю, зацеловываю, верчу по-всякому. Она гибкая, чувствительная, послушная, но и о себе не забывает, показывает мне, как ей нравится и, естественно, получает от меня все, чего ей хочется.

Это так запредельно, именно с ней запредельно, что, испытав один оргазм, второй, мы идем за третьим. Мира идеально мне подходит, будто кто-то свыше создал ее для меня. Вообще не хочу выпускать из своих рук. Так и засыпаю, крепко прижав девушку к своему торсу.

А утром меня поджидает сюрприз. Открываю глаза, стоит Мире пошевелиться. Все мои настройки теперь на нее настроены. Смотрю на нее ласково. И что же Кошечкина?

— Вы мной воспользовались, Игорь Владимирович? Воспользовались моим неадекватным состоянием? — приподнимается она на локте, придерживая одеяло, чтоб не сползло с груди.

— Я? Воспользовался? — опрокидываю ее на спину, расставляю локти над ее плечами. — Кошечкина, да ты сама согласна была. Так и ластилась ко мне.

— Я? Ластилась? — пытается отпихнуть она меня. — Вы зачем спиртное на корпоратив закупили? Чтобы меня в свою постель затащить?

— Ну знаешь ли…, Кошечкина. Какой корпоратив без спиртного? Да и не была ты в неадеквате. Не ври. Так страстно стонала и кусала губы, когда я трахал тебя.

— Трахал, значит? — полоснуло в незабудковых очах обидой от моей грубости.

— Вот именно, — разозлился и я на нее. — Трахал. И ты, Мира, отлично со мной развлеклась. И мне вот интересно, ты всегда с такой легкостью прыгаешь с члена на член?

Мою правую щеку обжигает звонкая пощечина. Полный оскорбления и сожаления взгляд кромсает меня на кусочки.

— Я все помню, Игорь, что произошло этой ночью, просто подшутить над тобой хотела, — признается она тихо, отворачиваясь от меня. — И я не шлюха, не прыгаю с члена на член. В моей жизни всего-то и было трое мужчин, считая тебя.

В эту минуту я ненавижу себя, ненавижу за то, что погорячился, обидел, обидел девушку, которую меньше всего на свете хочу обижать. Но предпринять чего-либо, загладить, исправить не успеваю, во входную дверь колотят с таким отчаяньем, что я сползаю с Миры, выхватываю из шкафа спортивные штаны и, надевая их практически на ходу, выбегаю в холл, щелкаю дверным замком.

На пороге главбух Лялина. Шуба распахнута, шапка съехала, лицо зареванно.

— Игорь Владимирович, родненький, помогите! — голосит она, продолжая рыдать.

— Женя, что случилось? — кожей ощущаю за своей спиной дыхание Миры, но Лялина в своем плачевном состоянии ее не замечает.

— Коленька. Внучок мой. Пропал.

ГЛАВА 7. МИРА

Когда Евгения Павловна сказала, что потерялся ее внук, я мигом позабыла думать о своей обиде на грубость Игоря. Пропал ребенок. Подобная фраза всегда сжимает горло горечью.

— Проснулась, а его нет, — плакала Лялина. — Думала, он в коридоре. Там уголок детский с игрушками. Во все комнаты постучалась, ни к кому Коленька не заходил. Тогда на улицу побежала. Понадеялась, с горочки ледяной катается, вчера так понравилось ему.

— Жень, а телефон у твоего внука есть? — пытался выяснить Добровольский детали.

Она закивала и заплакала пуще прежнего.

— Не взял. Как поставил с вечера на зарядку, так и лежит телефон на столе.

— А одежда верхняя на месте? — задавал Игорь правильные вопросы.

— Нет. Ни комбинезона, ни сапожек. И ведь как тихо оделся, ничего не слышала. Что же будет теперь, Игорь Владимирович? Как я доченьке-то с зятем признаюсь? Кровиночку нашу потеряла!? Не уследила… Они мне самое ценное доверили… А я проморгала. А если Коленька не найдется? — бессильно опустилась Евгения на диванный пуф.

— Найдется, — уверенно произнес Добровольский. — Вот что, Евгения Павловна, ты сейчас идешь на пост охраны и даешь там все вводные, пусть службу спасения подключают. А я пока возьму снегоход, по лесу покатаюсь, там поищу. Будем на связи. Все, иди Лялина. И реветь перестань. В таких ситуациях важно ясность мысли сохранять.

Главбух, получив установку, встряхнулась, взгляд приобрел осмысленность.

— Бегу, Игорь Владимирович, — смахнула она с лица слезы и побежала на пост охраны.

Мой шеф быстрым шагом вернулся в спальню, взял с прикроватной тумбы телефон. Я догадалась, он говорит с Захаром Дмитриевичем, кратко обрисовывает для него ситуацию и спрашивает, где можно взять ключи от снегохода, что стоит во дворе коттеджа.

Сняла с себя его рубашку, которую накинула, когда в дверь постучалась Лялина, и вытащила из своей сумки джинсы, свитер.

— Игорь, я с тобой поеду.

Он кивнул молча, проталкивая крепкие руки в рукава черной водолазки. Я сглотнула. Этот мужчина очень хорошо сложен.

Собравшись за пару минут, мы пошли к снегоходу. Работая на Добровольского и выполняя его бесконечные задания по тестированию и анализу закупаемых фирмой снегоходов, я хорошо разбиралась в их моделях. У Раевского была модель с крупной гусеницей и мощным двигателем для езды по глубокому снегу, с задней подвеской, не позволяющей зарываться в снег при движении задним ходом и позволяющей преодолевать неровности.

Вместе с ключами Игорь взял два шлема и теперь один надел мне на голову, сам застегнул ремешок.

— Держись за меня, — первым сел он на снегоход.

— Подожди, Игорь, — подняла я козырек шлема, кое-что вспомнив. — Мы вчера с ребятами из снабжения местность исследовали и наткнулись на заброшенную сторожку. Паша Рогов потом детей пугал, мол, в сторожке привидение живет. Я точно не помню, но вроде внук Лялиной тоже слышал. Может…?

— Говори, куда ехать, — был он сейчас очень собранным, но смотрел при этом на меня… Как? С нежностью? Не фантазируй, Мира…

К той сторожке добрались минут через двадцать, потому что я не сразу вспомнила, в какой она стороне, и мы немного поплутали, но все ж таки выехали к ней.

Коля выскочил на нас, замахиваясь палкой.

— Тише, тише, пацан, — отобрал Добровольский хилое орудие. — Спасать тебя приехали.

Коля плакал, икал, шумно сморкался. И тоже самое делала его бабушка, когда Игорь ей позвонил.

— Сейчас на джипе за тобой приедут, — посадил он мальчика на снегоход. — Замерз, наверное?

— Лицо замерзло, — поправил ребенок вязаную шапку-шлем.

— Так ты что, привидение пошел искать? — оказывается, умел ласково разговаривать с детьми Добровольский.

— Пошел, — всхлипнул мальчик. — Бабушка мне бы не разрешила. Я утром пораньше встал. Хотел по-быстрому сбегать и вернуться, пока она не проснулась. Но дорогу назад забыл.

— А привидение-то увидел? — улыбнулся ему Игорь.

— Никого не увидел, — разочарованно вздохнул ребенок. — Только вас. Думал, бандиты едут, вот палкой и замахнулся.

— Хочешь, фокус покажу? — неожиданно сказал мой шеф.

— А вы умеете?

— Смотри, — вынул Игорь из кармана куртки монетку. Зажал ее