Развод с Альфой. Трактир для брошенных волчат - Диана Фурсова

зачем вставать с постели.

Сайвера вернулась в выбранную комнату.

Сняла обувь.

Села на край деревянной кровати.

И только тогда позволила себе вспомнить Торвейна.

Не собрание.

Его.

Мужчину, которого сегодня потеряла.

От этого было гораздо больнее.

Сайвера уткнулась лбом в ладони.

Плакать она не собиралась.

Не из гордости.

Просто слёзы казались слишком простым ответом на происходящее.

Ей хотелось злиться, но злость смешивалась с непониманием. Хотелось ненавидеть Торвейна, но память услужливо подсовывала совершенно другого мужчину.

Того, который однажды три часа сидел возле кухни, ожидая, пока она закончит спор с поставщиком.

Того, который приносил ей горячую лепёшку с мёдом после ночных заседаний.

Того, который никогда не смеялся над её привычкой дважды проверять счета.

Наверное, именно это было самым страшным.

Торвейн не был чудовищем.

Он просто не поверил ей.

Иногда одной человеческой ошибки достаточно, чтобы разрушить то, что строилось годами.

Сайвера подняла голову.

— Хорошо.

Голос прозвучал хрипловато.

Она посмотрела в тёмное окно.

— Значит, будем жить дальше.

Ответа, разумеется, не последовало.

Она легла.

Кровать оказалась жёсткой.

Одеяло — тонким.

Ветер посвистывал в щели возле рамы.

Сайвера закрыла глаза.

Завтра нужно расчистить кухню.

Потом проверить колодец.

Найти мастера для крыши.

Решить, где покупать продукты.

Разобрать кладовую.

Подумать о вывеске.

Если дорога почти не используется, придётся придумать, зачем путникам сворачивать именно сюда.

Может быть...

Тук.

Сайвера открыла глаза.

Несколько секунд лежала неподвижно.

Наверное, ветка.

Тук.

Нет.

Звук пришёл не с улицы.

Он раздался где-то в коридоре.

Сайвера села.

Прислушалась.

Тишина.

— Старый дом, — пробормотала она. — Дерево играет.

Она снова легла.

Тук-тук.

На этот раз ошибиться было невозможно.

Кто-то стучал.

Сайвера медленно поднялась.

Натянула обувь.

Взяла фонарь.

Дверь комнаты открыла осторожно.

Коридор был пуст.

Огонёк фонаря едва доставал до дальнего конца. На стенах лежали длинные тени, половицы под ногами тихо поскрипывали.

Сайвера сделала шаг.

Потом ещё один.

Тук.

Звук раздался впереди.

Слева.

Она остановилась.

Шесть дверей слева.

Сайвера точно помнила.

Сегодня вечером она считала их дважды.

Первая.

Вторая.

Третья.

Она медленно шла по коридору, поднимая фонарь.

Четвёртая.

Пятая.

Шестая.

И дальше...

Сайвера замерла.

За шестой дверью раньше была голая стена.

Теперь там находилась ещё одна.

Узкая.

Тёмная.

Дерево выглядело почти чёрным, хотя остальные двери были выцветшими от времени. На ней не было ни номера, ни ручки снаружи — только круглая железная пластина посередине.

Сайвера уставилась на дверь.

Потом перевела взгляд назад.

Шесть дверей справа.

Шесть слева.

И эта.

Тринадцатая.

Нет.

Так не бывает.

Она могла ошибиться.

Сайвера подошла к стене и провела ладонью по косяку.

Дерево было настоящим.

Холодным.

Старая штукатурка вокруг него не осыпалась и не треснула, словно дверь стояла здесь столько же лет, сколько сам трактир.

Тук.

Сайвера резко отдёрнула руку.

Стук пришёл с другой стороны.

Она подняла фонарь выше.

— Кто там?

Ничего.

Сайвера сглотнула.

— Если это какая-то шутка...

Глупость.

Кто мог шутить?

Она одна в трактире.

До ближайших домов несколько часов дороги.

Тук.

На этот раз удар был слабее.

Потом донёсся голос.

Детский.

— Пожалуйста...

Сайвера перестала дышать.

Голос был совсем тихим.

Будто ребёнок стоял далеко от двери.

Или очень устал.

— Кто ты?

Ответ пришёл не сразу.

— Не закрывайте.

Сайвера нахмурилась.

— Я не закрываю.

За дверью что-то зашуршало.

— Она сейчас исчезнет.

— Какая она?

— Дверь.

Сайвера посмотрела на тёмное дерево перед собой.

— Где ты находишься?

Ребёнок снова замолчал.

Потом тихо ответил:

— В лесу.

У Сайверы по спине прошёл холод.

Она подняла железную пластину.

Под ней обнаружилось небольшое углубление.

Ручка.

С внутренней стороны, видимо, тоже была.

Сайвера взялась за металл.

Остановилась.

Разум настойчиво предлагал не открывать неизвестную дверь, которая возникла ночью в доме, где её не существовало несколько часов назад.

Но за ней был ребёнок.

И он попросил не закрывать.

Сайвера повернула ручку.

Дверь открылась без скрипа.

В лицо ударил ледяной ночной воздух.

Она не сразу поняла, что видит.

За порогом не было комнаты.

Не было стены.

Не было даже второго этажа трактира.

Там стоял лес.

Настоящий.

Тёмные ели поднимались к ночному небу. Между ветвями блестели незнакомые звёзды. Землю покрывал тонкий серебристый иней, а дальше между деревьев тянулась едва заметная тропа.

На ней стоял мальчик.

Лет девяти, не больше.

Тонкая рубаха была порвана у плеча. Штаны перепачканы землёй. Светлые волосы прилипли ко лбу.

Он смотрел на Сайверу огромными серыми глазами.

И только когда мальчик сделал шаг к свету, Сайвера заметила маленькие волчьи уши, прижатые к голове.

Волчонок.

Он крепко держал обеими руками небольшой полотняный узелок.

— Это трактир? — спросил он.

Сайвера не сразу нашла голос.

— Да.

Мальчик оглянулся на тёмный лес.

Оттуда донёсся далёкий треск веток.

Волчонок вздрогнул.

— А меня отсюда выгонят?

Сайвера посмотрела на него.

На босые ноги.

На узелок.

На тёмную тропу за его спиной.

На дверь, которой не должно было существовать.

Сегодня утром её саму лишили дома перед десятками свидетелей.

Вечером она получила разваленный трактир, в котором никто не мог приказать ей уйти.

А теперь на его пороге стоял ребёнок и спрашивал разрешения войти.

Сайвера отступила в сторону.

— Нет.

Мальчик не двинулся.

— Что — нет?

Она распахнула дверь шире.

Тёплый свет фонаря лёг на деревянный пол между ними.

— Здесь тебя не выгонят.

Волчонок шагнул через порог.

И в ту же секунду лес за его спиной исчез.

Глава 2. Тринадцатая дверь

Глава 2. Тринадцатая дверь

Сайвера успела схватить мальчика за плечо прежде, чем он от неожиданности отступил назад.

Отступать было уже некуда.

За его спиной больше не шумели ели, не серебрился иней и не тянулась между деревьями тёмная тропа. Вместо чужого леса в нескольких шагах от них находилась небольшая комната с голыми стенами, низким потолком и деревянным полом. Пустая настолько, что свет фонаря беспрепятственно достигал противоположной стены.

Мальчик обернулся и уставился туда, где секунду назад был лес.

Потом быстро шагнул к стене и прижал к ней ладонь.

— Нет.

Он ощупал доски, словно рассчитывал найти спрятанную щель.

— Где она?

— Если ты спрашиваешь меня, то у нас проблема, — сказала Сайвера, всё ещё не отпуская его плечо. — Я собиралась задать тебе тот же вопрос.

Волчьи уши мальчика дрогнули и окончательно прижались к светлым волосам. Он несколько раз провёл руками по стене, потом повернулся к двери в коридор.