Стерва для ботана - Юлианна Клермон

Хмыкаю про себя.

Кто бы мне взял путёвку. Хоть куда-нибудь. Я бы не кривилась и не выпендривалась. Кроме своего Задрипинска и этого регионального города нигде не была.

Ладно. Скоро и на моей улице будет праздник. Только бы с Самерским выгорело.

— Элин, ну что?

Ускоряю шаг, подпускаю в голос холод и зло выплёвываю:

— Ты же знаешь, что я не могу. Если не буду приезжать домой по выходным, мать лишит обеспечения.

Ага… Моей маме самой бы кто это «обеспечение» предоставил. И защиту.

— Ой, ну мать у тебя хуже моей, — вздыхает Алеся. — Моя хоть и контролирует, но не до такой же степени. И квартиру не даёт снять, чтобы там притон не развели… Думает, в общаге я у коменды под надзором.

Подружайки хохочут.

А вообще, их родичи не так уж и не правы. ЕГЭ классная была, своя в доску, а у Авы за две недели вся общага научилась почти строем на кухню ходить и в туалет чуть ли не по расписанию. Гайки закрутила так, что жесть просто.

Сначала требовала, чтобы все ей стучали. Но стучат ей только перваки. И то друг на друга. Мы же своих не сдаём.

Обозлилась, гадина. Камер кругом понавесила и следит.

Заняться ей нечем, что ли?

Подходим к общаге. Тяну на себя тяжёлую дверь… и в тот же миг она резко распахивается.

Бам!

— Ай! — коротко взвизгиваю и лечу назад.

Не успеваю даже сообразить, что происходит, как меня резко перехватывают за локоть и куда-то дёргают. Мир стремительно вращается, и через секунду я уже стою, уткнувшись носом в чью-то грудь.

Знакомо пахнет.

Поднимаю глаза.

Конечно.

Ботан.

Держит меня и смотрит сверху вниз.

— Ты в порядке?

Мозг запаздывает. В голове гудит, в ушах стучит собственное сердце, где-то рядом истерично пищат подружайки.

— Что?.. — растерянно трясу головой.

— Сильно ударил? Извини. Я спешил, — взгляд быстро и тревожно скользит по лицу. — Больно? Нужно приложить холод.

Тянет руку ко мне, пальцами мягко проводит между бровей.

Моргаю.

Э-э…

Пихаю его в грудь и резко отскакиваю.

— Ты что делаешь? Не видишь, написано: «Руками не трогать»? — огрызаюсь, откидывая хвост назад и морщась от тупой, расползающейся по голове боли.

— Извини, — он хмурится, по-прежнему пытаясь что-то вычитать на моём лице. — Я выходил. Ты открыла дверь одновременно. И… я не трогал. У тебя будет шишка. Нужен лёд.

— Спасибо, доктор. Запишу в блокнот, — фыркаю и машинально касаюсь лба. — Охренеть…

Вот как он это делает? Каждый день перед глазами маячит. Утром по лестнице прямо позади меня спускается, днём в коридорах мимо проходит или вообще внезапно путает аудитории и вваливается в нашу, а по вечерам просто сидит на лавочке у крыльца общаги.

И всё время смотрит.

Всё время одно и то же — нечитаемый взгляд из-под очков, на лице ни одной эмоции и спокойное:

«Доброе утро, Элина. Тебе сегодня тоже к первой паре?»

«Добрый день, Элина. Не подскажешь, где аудитория сто семнадцать «А»?»

«Добрый вечер, Элина. Хочешь получить в лоб дверью?»

Какой, к чёрту, он добрый?

У меня вообще-то была цель, мальчик. А ты только что изуродовал мне лицо.

— Ой, Элин, у тебя такая шишка на лбу! Вот это он тебя приложил! — подружайки тут же облепляют меня со всех сторон. — Как ты с такой «красотой» ходить будешь?

Пока они вертят меня туда-сюда, разглядывая свежий трофей, ботан перепрыгивает через три ступеньки и исчезает за углом общаги.

Кидаю ему вслед прищуренный взгляд и усмехаюсь.

Ну да. Он же «спешит». Удобно. Врезал и пошёл дальше по своим делам.

В комнате первым делом лечу к зеркалу. Лоб красный, опухший, переливается всеми оттенками заката. И шишандра посередине как отдельная достопримечательность. Шик. Просто шик. Я так и знала.

Подружайки суетятся вокруг, охая и хватаясь за головы, будто это у них травма.

— Дайте что-нибудь холодное, — вспоминаю слова сбежавшего вредителя.

— Держи, — Алеся суёт мне бутылку йогурта и смотрит с жалостью.

— А может, тебе в травмпункт обратиться? — озабоченно хмурится Милка.

— Это просто шишка, — поджимаю губы. — Сотряса нет. Посмотрят и отправят обратно. Только зря с такой рожей туда-сюда носиться буду.

Сотряс у меня уже был. Симптомы знаю.

— Тогда, может, приляжешь? — бестолково мечется Алеся. — Хочешь, я сбегаю за чем-нибудь? Мороженое будешь? Ну, это, с кусочками фруктов?

Ну конечно. Именно мороженое мне сейчас и поможет. Съем, и шишка растворится, будто не было.

Помощи от моих подружаек никакой. Только бесполезная болтовня и суетливое мелькание перед глазами.

— Хочу суши и печёного угря на шпажках из «Мальтийской гусеницы», — цежу.

Специально называю кафе в центре, где нет доставки. Может, свалят хоть ненадолго? Полежу в тишине, а то от их воробьиного щебета голова гудит сильнее, чем от удара.

— Я съезжу, — тут же вызывается Снежана.

— Я с тобой. Помогу, — подхватывает Алеся.

— Езжайте уже все вместе. Я посплю, — отмахиваюсь от озабоченно взирающей на меня Милки.

— А если тебе плохо станет?

— Не станет. Отстаньте уже.

Подружайки исчезают моментально, а я ложусь на кровать и прижимаю ко лбу холодную бутылку.

Отлично. Просто идеально. Подарок судьбы. За какие прегрешения мне на голову свалился этот ботан? Причём, не только метафорически, но теперь и физически.

Телефон вибрирует.

Неохотно открываю глаза. Подношу экран ближе.

«Привет. Посидим через час в кафе?»

На аватарке наглая ленивая ухмылка Самерского.

Выдыхаю сквозь зубы.

Ну твою ж мать…

И как, интересно, я должна идти на свидание с таким украшением? Отличное начало охоты. Просто бомба.

Утыкаюсь лицом в подушку и закипаю.