Без ума от любви - Лора Павлов

Тревога сразу кольнула.

Он собирался сказать что-то, что изменит всё. Я видела это в его серых глазах — холодных, как сталь.

— Помнишь Пьера из отеля в Париже? — спросил он.

— Конечно.

— Он ведь говорил, что собирается открывать огромный отель в Нью-Йорке?

— Да, помню.

Он смотрел на меня, медленно доедая.

— Так вот, я поехал туда, чтобы договориться для тебя о месте. И он согласился на мои условия.

Я моргнула несколько раз, пытаясь осознать сказанное.

— Договориться о месте? О каком месте ты говоришь?

— Я показал ему фотографии ремонта в моем доме. Сказал, что у тебя колоссальный потенциал, и он согласился. Ему понравилось, что ты сделала.

Я покачала головой — мысли путались.

— И при чем тут Пьер?

— Он предлагает тебе должность, ангел. Ты станешь ведущим дизайнером вместе с его штатным специалистом. Будете работать над проектом год, а если все пойдет хорошо — он откроет еще несколько отелей в Нью-Йорке. — Он взял бокал вина, будто речь шла не о моей жизни, а о погоде.

— Я не живу в Нью-Йорке, — напомнила я, холодно, без эмоций.

— Это детали. Я нашел тебе квартиру. Если она тебе понравится, я оплачу аренду на год. Это твой шанс исполнить мечту.

У меня отвисла челюсть, и когда он потянулся, чтобы закрыть мне рот, я с силой шлепнула его по руке.

— Не трогай меня, Бриджер.

Я вскочила и начала ходить по комнате, пытаясь переварить всё это.

— Почему ты злишься? Я сделал это ради тебя, — сказал он неуверенно, как будто сам не верил в свои слова.

Я ткнула в него пальцем:

— Нет. Ты сделал это ради себя. Ты — трус.

И по выражению его лица я поняла: он это знает.

37

Бриджер

Ее слова резанули — наверное, потому что в них была доля правды.

Но в конечном счете это был бы невероятный шанс для Эмилии.

Я хотел для неё лучшего.

Она этого заслуживала.

— Я трус? Потому что хочу для тебя лучшего? Ты перегибаешь. Разве это не мечта? Твоё имя свяжут с одним из самых роскошных отелей в мире. Ты будешь жить в Нью-Йорке, а потом сможешь открыть там свою компанию, когда сделаешь себе имя.

— Я не занимаюсь отельным дизайном, Бриджер. И никогда не хотела жить в Нью-Йорке, — выкрикнула она, потирая виски кончиками пальцев. — У меня здесь цветочный магазин, и я здесь же начала свой дизайнерский бизнес. У меня здесь дом. И, как я думала, здесь же у меня есть парень.

Я — бизнесмен. Это моё ремесло. Я решаю проблемы.

— Я встретился с твоим братом, пока был там. Мы считаем, что Беатрис справится с руководством магазина. Но Бреннер параллельно проведёт собеседования и найдёт ей помощника. Джейкоби также поговорит с твоей матерью, чтобы отдать тебе половину своей доли — тогда у вас будет по десять процентов. Я ещё попросил моего риелтора пробить рынок аренды: твой дом легко сдастся. Ты будешь в плюсе по деньгам.

Её лицо побледнело, и я мгновенно пожалел, что вообще открыл рот.

Потому что увидел опустошение. Я ранил её и даже толком не понимал, чем.

— Ты встретился с моим братом, чтобы обсудить, кем меня заменить, и как поделиться его долей. Нашел мне квартиру. Договорился с Пьером о работе. И связался с риелтором насчет сдачи моего дома? — она покачала головой, не веря. — Ничего себе. Ты поговорил со всеми, кроме меня.

— Я хотел сделать тебе сюрприз, — я шагнул ближе, пытаясь сократить расстояние. Это ведь должна была быть хорошая новость.

Но хорошей она не была.

Она подняла ладони, останавливая меня.

— Не подходи, Бриджер. Я знаю, что это.

— Это хорошее дело, Эмилия. Это будет большим шагом для тебя.

Она выдохнула и долго изучала меня взглядом, будто пытаясь сложить пазл.

— Нет. Для меня это не хорошо. И вообще — это не обо мне. Боже. Это о том, что я сказала тебе, что люблю тебя, и ты не выдержал. Ты до смерти боишься, что тебя будут любить, и потому пытаешься меня оттолкнуть!

Я поджал губы.

— Это нелепо.

— Нелепо? С той минуты, как я сказала, что люблю тебя, между нами появилась дистанция. Ты не выдерживаешь того, что происходит, потому что тебя парализует страх. Вот ты и решил принять за меня все решения о моем будущем и моей жизни — не обсуждая их со мной. Потому что знал: я не соглашусь, и просто сделал всё сам. До какой же степени ты хочешь избавиться от меня? — на последних словах у неё сорвался голос.

Она выглядела вымотанной и сломанной.

Грудь сжало так, как никогда раньше, я провёл ладонью по лицу. Что я творю? Я отталкивал женщину, которую люблю.

Я и правда думал, что она будет счастлива?

Честно — не знал. Я был в таком раздрае, что ничего уже не понимал.

— Я никогда тебе не врал, Эмилия. Я всегда говорил, что ты заслуживаешь лучшего, чем я.

— Впервые с тех пор, как ты это твердил, я согласна, — сказала она. — Потому что мужчина, который любит меня так, как я люблю его, знал бы: я не хочу ехать в Нью-Йорк. Я не хочу заниматься дизайном пафосного отеля — я люблю дома. Дома, которым можно вернуть характер. В городе, который я люблю. Среди людей, которых люблю. — По ее прекрасному лицу катились слезы, а мне сдавило грудь так, будто ее стянуло обручем. Я попытался что-то сказать, но она остановила. Ей нужно было договорить, каким мудаком я был.

— Мне плевать на дом, полный цветов, на твои чертовы навороченные унитазы и все такое. Все, чего я хотела… — она судорожно вдохнула, ударив кулаком себя в грудь. — Все, чего я хотела — это тебя. Я люблю тебя и была готова принять, что мы хотим разного, потому что рядом с тобой это не имело значения. Потому что ты для меня — навсегда. Но ты так боишься своих чувств, Бриджер. Ты не выдерживаешь любви и дал мне это понять.

— Я думал, делаю правильную вещь, — слова лжи сами слетели с языка. Она была права. Я отталкивал ее, потому что был трусом. Меня до ужаса пугала мысль ее разочаровать, и легче было дать ей возможность уйти самой. Любить Эмилию Тейлор — пугало меня до чертиков.

— Нет, ты так не думал, — она шагнула ближе, глаза покраснели и распухли, слезы оставили дорожки на