Дьявольская любовь - Кейт Аддерли

Дверь с грохотом распахивается и ударяется о стену, часть плитки обрушивается на пол. Пульс набирает оборот и бешено отдает по всему телу. Дем вытаскивает ключ из брюк и запирает дверь уборной. Я опускаю глаза и обессиленно нагибаюсь над раковиной. Большой напор воды продолжает забрызгивать платье.

– Катрина. – Грубый голос мужчины разносится по пространству.

– Зачем ты закрыл дверь? – Собираю по частям последние остатки храбрости.

– Какого черта?

Я выключаю воду и поворачиваюсь к Каррасу. Чего он ждет? Гнев Демиена постепенно отступает. Пусть не думает, что я испугаюсь и стану извиняться за свои выходки.

– Сейчас же открой дверь. Это женский туалет.

– Ты назло делаешь это?

– Не понимаю, о чем ты. – Отмахиваюсь я.

Тяжелые шаги Демиена с грохотом отдаются в сердце. Он приближается ко мне и встает напротив.

– Детка, я…

– Да, детка. – Я тычу пальцем в грудь Карраса и расстегиваю верхние пуговицы его рубашки. – Ты не имеешь никакого права играть со мной. Работа на два фронта – это великолепный план. Хорошо придумал, когда под боком жена и любовница.

– Он тебя уже трахал? – Дем притягивает к себе за талию и обхватывает пальцами мой подбородок.

Я прикусываю губу. Решаю обескуражить его и издаю протяжный стон. Продолжаю расстегивать рубашку. А когда заканчиваю, провожу руками по предплечьям.

– Хочешь быть на его месте? – задаю вопрос я.

Мужчина сглатывает и усаживает меня на мраморный стол со встроенными раковинами.

– Тебя заждалась твоя дамочка. Уходи, Каррас.

– Не ревнуй меня, Хеймсон. Моя душа всегда будет верна только тебе.

Если бы у Демиена с Алисией все было хорошо, был бы он сейчас здесь?

Каррас в спешке касается меня. Внутри бушуют чувства, я никогда не смогу его оставить. Никогда не смогу сказать «нет». Демиен Каррас для меня все. Ни один человек на этой планете не способен касаться так, как он. Только Демиен пробуждает во мне подобные ощущения.

– Ты – хаос для моих мыслей. – Рычит мужчина, стискивая меня в объятиях.

Горячие ладони Карраса касаются щек, он бегло целует меня в губы. Я провожу ногтем по его голому торсу. Ему так идет быть с расстегнутой рубашкой. Снова мимолетная страсть между нами берет свое. Мы не можем насытиться друг другом. Любовные забвения не прекращаются.

– Держи себя в руках. – Произношу я, когда он хитро заглядывает в глаза и задирает платье.

Мужчина усмехается и отводит голову в сторону. Дем опускает ладони на стол и наклоняется к моей шее, проводит языком по ключицам.

– Мне нужно снять стресс, детка. Прямо сейчас. Ты и этот мужик… Знаю, что ты делаешь это назло мне.

– Демиен, – пытаюсь остановить его, но он будто не слышит. Не хочет слышать. – Оставь тайные желания для другой. Я не встречаюсь с Джаредом назло тебе. Я люблю его.

Наша жизнь соткана из множества нитей, которые включают в себя огромный спектр побед и поражений, разочарований и счастья, любви и ненависти к чему или кому-либо.

Я даю слабину, когда Каррас появляется рядом. Мне сносит башню. Но иначе не могу… Подумайте сами, мне еще выполнять уговор Хартли. А, для того чтобы сохранить наш с Демиеном секрет, мужчина должен поверить в сказку, которую я рассказываю.

Глава 25

Демиен

Что за хуйню несет Хеймсон? Какая еще любовь? Минуту назад она раскрывала губки для меня, расстегивала рубашку и водила пальцем по прессу с тяжелым вздохом. Катрина любит этого чудика? Тогда какого черта она только что делала все эти вещи со мной, а не с ним?

– Любишь его? – задаю вопрос и, приближаясь к губам, целую.

Сначала сахарок не сопротивляется и лишь спустя время отталкивает от себя. Опухшие от жадных поцелуев губы и размазанная помада – моих губ дело.

– Отпусти! Ненавижу!

– Серьезно? Уж не думал, что реакцию твоего тела на меня, называют ненавистью.

Я отхожу на полшага и принимаюсь вслух рассуждать, желая вывести Хеймсон на чистую воду.

– Кажется, это называют влечением. Страстью, любовь, прелюдией, которая перерастает в безумный секс. Заметь, слова «ненависть» нет в этом списке.

– Я люблю Джареда. – Повторяет Катрина, слезая со стола.

Она глядит на отражение в зеркале и вытирает бумажной салфеткой размазанную помаду.

– Дем, твое лицо… – Девушка замолкает.

Встаю позади Хеймсон, опускаю ладони на талию. Оказываюсь на полголовы выше, смотримся шикарно. След от ее красной помады красуется на моих губах и правой щеке.

– Ты действительно любишь его? – вновь спрашиваю, надеясь услышать правду.

Катрина не отвечает, а поворачивается ко мне. Девушка с особым трепетом касается моего лица салфеткой, помогает стереть алые пятна. Я смотрю на нее и не могу оторваться. Растрепанные волосы и испорченный макияж делают ее такой милой. Невзначай улыбаюсь и целую детку в макушку. Хеймсон поднимает глаза и ошарашенно смотрит. Она не ожидает такого жеста, верно?

– Ты ведь не любишь его. Зачем обманываешь себя?

– Откуда тебе знать? Хочешь сказать, что я люблю тебя?

Я ничего не хочу сказать. Между нами определенно есть какие-то чувства. Но я не заставляю ее говорить что-то. Когда время придет, каждый сам признается в этом. Насильно любить не заставишь.

– А ты любишь?

Усмешка. Она смотрит на меня, как на дурочка, сморозившего несусветную дрянь.

– С ума сошел? – произносит она, продолжая поправлять макияж. – Только не говори, что влюбился. Этого дерьма нам еще не хватает.

У меня срабатывает защитная реакция – я усмехаюсь в ответ. Не уверен в том, что Катрина сейчас врет мне. Слова слетают так быстро и уверенно, что я вообще начинаю сомневаться в искренности девушки.

– Что за хуйню ты морозишь? Я люблю тебя? Если бы любил, ни за что бы не оставил.

– Ты прав. – Соглашается со мной Катрина и улыбается.

Опускаю в пол глаза. Неужели то, что между нами происходило, всего лишь игра? Уловка, на которую я идиот, повелся? Мне становится не по себе от мыслей, залезших без спроса в голову. Может, стоит придумать какой-то план?

Ну и дурак же! Хотел отказаться от всего, что есть в моей жизни, ради какой-то там Хеймсон…

– Демиен…

Я поднимаю голову и сталкиваюсь с пылающими карими глазами. Внутри все обрывается.

– Почему ты замолчал?

– Да, так. – Небрежно отвечаю я. – Твои игры зашли далеко.

Я подхожу и прижимаю девчонку к стене. Мне все понятно по ее губам, которые она постоянно прикусывает, когда я нахожусь рядом. Ее взволнованное дыхание доходит до меня.

Раз все было глупым издевательством, то пора проверить одну из догадок. Хеймсон не отрицает того, что я ее