Не будите во мне... некромантку - Ника Калиновская

Однако стоило мне заглянуть глубже, ощутить истинное состояние той силы, что бурлила в её теле, я сразу же понял: стабилизировать — удалось, удержать — тоже, но сам источник… он будто ломался изнутри. Не просто бушевал, не просто вырывался — он отторгал часть магии, будто пытался освободиться от того, что ему навязали, и при этом разрывал хрупкую оболочку, которой сейчас была Мирослава.

Если я ничего не предприму, если не найду способ укрепить её связь с силой или изменить ход ритуала… девушка не выживет.

От осознания этого внутри что-то сжалось так резко, что мне пришлось несколько секунд буквально заставлять себя дышать. Я отнял руки, стараясь не выдать ни дрожи, ни паники, и поднялся, чтобы посмотреть на Гроги — он стоял рядом, немного ссутулившись, будто знал то, что мне ещё предстоит узнать.

Я всмотрелся в него внимательнее, вслушиваясь в собственные отголоски силы, и наконец произнёс ровно, но с той сталью, которую уже невозможно было спрятать:

— Что ты ей сказал, Гроги? Что именно — раз она сдалась так быстро?

Помощник вздрогнул, почти незаметно, но я уловил это движение. Для существа, что веками ходило будто в полудрёме, такая реакция означала куда больше, чем простая растерянность. Он не сразу поднял взгляд, словно пытался решить, стоит ли отвечать, но затем всё же заговорил с осторожностью, напоминающей человека, который боится, что каждое слово будет последним правильно выбранным:

— Я сказал… правду, господин. То, что… её жизнь убывает. Что госпожа Мирана всегда готовила замену, когда тело начинало увядать. Что… обмен можно повторить, если есть сила. Но цена…

Он запнулся, будто слова вдруг стали слишком тяжёлыми, и на мгновение отвёл взгляд в сторону, словно надеялся спрятать от меня то, что всё равно уже прозвучало.

Но мне этого было достаточно, чтобы почувствовать, как внутри закипает холодный и яростный протест, направленный на ту проклятую систему, из-за которой Мирослава оказалась втянута в чужой ритуал и чужую судьбу, а теперь расплачивалась за решения женщины, умершей сотни лет назад.

Или не умершей..?

А я снова посмотрел на Мирославу. Девушка лежала неподвижно, но под моими пальцами всё ещё чувствовался её пульс — слабый и неровный. А значит, у меня оставался шанс. Пусть маленький, но он был.

Я осторожно убрал с лица своей напарницы выбившуюся прядь, и в мыслях впервые прозвучало то, что я до сих пор отказывался формулировать: Если я не найду решение — она умрёт. Но я этого не допущу.

Глава 24. Мой план

Я заметил это не сразу — слишком был сосредоточен на дыхании Мирославы, на том, чтобы её сила не вырвалась из-под контроля. Но стоило магии вокруг немного улечься и принять новую форму, как я наконец увидел главное: от девушки тянулась тончайшая, едва серебристая ниточка, соединяющая её с высохшим источником под могилой Мираны. Связь была слабой, настолько хрупкой, что её мог бы оборвать резкий порыв ветра, но она существовала. И этого оказалось достаточно, чтобы внутри у меня что-то отпустило.

Пусть это лишь временное решение, пусть я действовал почти вслепую, полагаясь на выводы, которые любой маг назвал бы безумием, всё же связь установилась. А вместе с этим появилось и то, чего мне так отчаянно не хватало последние дни — время. Ненадолго, возможно всего на несколько суток, но именно столько нам было нужно, чтобы понять, как окончательно стабилизировать её силу… или как вырвать Мирославу из ловушки, куда загнала её настоящая владелица этого тела.

Но, наблюдая, как серебристая нить дрожит, словно отдалённый зов, я понял ещё кое-что, куда более важное, чем временная стабилизация. Любой некромант почувствует, когда его связь с источником переключили на другое звено. А уж Мирана Морийская — тем более.

Она не могла не заметить, что кто-то прикоснулся к её силе, повернул поток в иную сторону, оборвал доступ к тому, чем она пользовалась веками. Значит, если мои расчёты верны — и судя по связи, так и есть — она почувствует нарушение совсем скоро. Любопытство или ярость, но что-то точно подтолкнёт её прийти проверить, кто посмел вмешаться в её старые схемы.

И именно этого я и добивался.

Я медленно выдохнул, посмотрев на неподвижную Мирославу, и уверенность вернулась ко мне так же тихо, как возвращается тепло после долгого холода. Всё складывалось в нужном направлении. Слишком рискованно, слишком дерзко, но другого пути у нас не было.

— Что ж, Мирана… — пробормотал я почти беззвучно, поднимаясь на ноги. — Приходи. Я тебя жду.

Теперь нужно было подготовиться к встрече. И не только морально — стоило продумать ловушки, расставить артефакты, укрепить границы. Уверен, что когда некромантка явится, разговор получится коротким, но весьма «жарким». По крайней мере, одну часть плана я уже выполнил. Впереди оставалась вторая — куда более опасная, но и куда более важная.

И я намерен был довести её до конца.

Так что сейчас я должен был позаботиться о своей напарнице. Я знал одно: оставлять Мирославу на кладбище — безумие. Связь установлена, сила стабилизирована настолько, насколько это было возможно без вмешательства настоящего некроманта, и теперь ей совершенно не обязательно находиться у источника. Гораздо важнее — спрятать ее там, куда Мирана точно не сунется. А таких мест в Залесье было раз-два и обчёлся.

Я осторожно подхватил девушку на руки. Лёгкая, бледная, словно выстуженная изнутри, и всё же живая. Тепло под пальцами ощущалось едва-едва, но оно было, и этого хватало, чтобы удерживать меня от паники. Я распределил магию, усиливая связь, проверяя, не дрогнула ли нить, и лишь после этого шагнул прочь с кладбища.

Дорога к дому Орлихи показалась мне на удивление короткой. Наверное, потому что я мысленно просчитывал каждую деталь предстоящего противостояния, а тело двигалось, будто само знало путь. Когда я подошёл к забору, свет в окошке уже горел, и это почему-то внушило странное спокойствие — будто старуха чувствовала, что я появлюсь.

Я постучал тихо, но уверенно. А через пару мгновений дверь приоткрылась, и в проёме возникла Орлиха — лохматая, слегка помятая, но бдительная, как старый лесной дух. Её взгляд сначала упал на меня, потом — на бесчувственную Мирославу у меня на руках, и в этом взгляде смешались удивление, понимание и… отсутствие лишних вопросов.

— Вот оно как… — протянула она, просто констатируя факт.

Женщина