Падение вверх - Татьяна Владимировна Кадуцкая

— Лучше зелья накапай, — прохрипел Брий.

— Так попроси нашего зельевара, — съязвила Марута, кивнув на побледневшего Милорада.

Тот так жалостливо глянул, что у девушки язык не повернулся отчитать любимого. Она только вздохнула:

— Будет тебе наука на будущее.

И пока Дамаскинская готовила зелье, гладила ведьмака по светловолосой голове.

Спустя два часа друзья отправились в школу. И вот надо же было им по дороге встретить Карицкого! Директор вид студентов оценил, хотя те яро пыталась выглядеть бодрыми и адекватными. Пронзительный светлый взгляд замер на Лилее, требуя объяснений.

— Гуляем вот… На свежем воздухе, — Дамаскинская попыталась грудью закрыть парней, но учитывая размеры оной, получалось так себе.

— Обычно от прогулок люди становятся румяными, а уважаемые студенты, наоборот, белее простыни.

— Это у них мысли очень светлые, — ляпнула ведьма.

Парни скептически глянули на неё, а Карицкий весело хмыкнул:

— Ну-ну!

И шагнул по тротуару дальше. Студенты перевели дух, но как оказалось, рано.

— Лилея, похмелье после пива «Молот Морадина» обычным зельем не снимается. Тут только многокомпонентное поможет... Это так, на будущее.

Ведьмаки растерянно смотрели вслед директору.

— И что это было? — поинтересовался Эрмин, на время забыв о головной боли.

Дамаскинская пожала плечами.

— Отмазывала вас как могла.

— Угу, мы оценили.

— Зелье вари… многокомпонентное, — шикнул Брий, которому было хуже всех.

Спустя пару дней девушка с опаской шла на занятие к Карицкому, однако тот даже не вспомнил о встрече в Барангане. Более того, по всей видимости, он не рассказал и деканам, иначе парни получили бы за непотребный вид, от Дания Вранеша — точно!

После отработки новых заклинаний директор поднял другую тему, и Дамаскинская забыла обо всём на свете.

— Лилея, ты сильна… Очень сильна! Занятия сделали своё дело, к тому же ты прилежная ученица.

— К чему вы ведёте?

— Я предлагаю тебе подать прошение в Баранганский ковен и пройти испытание на третий круг силы.

Девушка нахмурилась:

— Но как? У меня теперь только пятый!

— Лили, будь моя воля, я отправил бы тебя сразу на второй круг, а может, и на первый.

— Ещё очень рано! Я думала, что на последнем курсе пройду на четвёртый круг, а уже там…

— Собираешься ждать до тридцати? — фыркнул Гордей.

Лилея непонимающе посмотрела на него. Мужчина, заложив руки за спину, прошёлся по кабинету.

— Это общепринятое заблуждение. Нигде не указано, что круги надо проходить по порядку, и возраст для испытаний значения не имеет. Просто обычно ведьмаки и ведьмы вступают в полную силу к тридцати годам. Инициация не всегда раскрывает наш потенциал полностью.

Девушка помолчала немного. Конечно, соблазн был велик. Третий круг силы, а в идеале и второй — это отличные перспективы на будущее. Но Дамаскинская уже давно не была той наивной девочкой, как пять лет назад. Перехватив взгляд Карицкого, она грустно усмехнулась.

— Ничего не выйдет. Моё прошение отклонят. Вы же знаете, чья я дочь?

Мужчина довольно хмыкнул:

— Молодец! Мыслишь правильно! — и добавил. — Поэтому нам надо оправдать твоего отца.

— Что?!!

— …И тем самым обелить фамилию Дамаскинских, — закончил свою мысль Карицкий.

От нервного напряжения девушка вскочила.

— И как это сделать?

— Это уже делают, — удивил ведьмак.

— Поясните.

— Лили, я больше чем уверен, что дело твоего отца сфабриковано. Лаурин Дамаскинский не так глуп, чтобы подставляться запрещённой магией, — мужчина повернулся к притихшей ведьме. — А вот его разработки уникальны. Такие зельевары, как твой отец, рождаются раз в тысячелетие. Его пытались сманить к себе многие торговые дома, но он упрямо отказывался.

— И в итоге потерял всё!

— Твоего отца подставили, — сказал Гордей. — Ведьминские зелья считаются самыми лучшими на Гебе, мы продаём их всем народам и живём припеваючи. Рынок зелий в нашем королевстве на самом деле очень жёсткий. Ведущие позиции занимают торговые дома, имеющие многовековую историю за спиной. Сюда новичкам так просто не попасть. Вклиниться со своими зельями, заявить о себе и занять тёплое местечко практически невозможно. Твой отец это смог, но не оценил все риски. Рано расслабился. Старожилы избавились от талантливого конкурента, а его патенты прибрали к рукам. Вот и вся история!

Лилея посмотрела на мужчину.

— Это «Купоньи зелья»? Именно они за бесценок после суда выкупили папину лабораторию и лавку.

Гордей пожал плечами.

— Возможно.

Девушка опустила голову. Торговый дом «Купоньи зелья» находился в Галингане и был хорошо известен в южной части королевства. Она помнила, как удивился Цимон Полянский, когда узнал, кому досталось имущество зельевара.

— И как с ними бороться? — Лилея посмотрела на Карицкого.

— Исключительно законными способами… подмазывая наше правосудие деньгами.

Ведьма прищурилась и вдруг фыркнула:

— Вы знаете о наследстве!

— Если ты о миллионах Иляны, то да, — спокойно отреагировал мужчина. — Мы вместе составляли завещание. Это я посоветовал ей уменьшить твою долю, иначе Бартос Нагу сжил бы тебя со свету.

Дамаскинская хмыкнула и посмотрела на него. Конечно, освободить отца хотелось, и называть свою фамилию смело — тоже. Но какое-то подозрение неясно шевелилось внутри.

— Я заплачу по факту, когда отец будет на свободе, — наконец сказала она.

Карицкий засмеялся.

— Молодец! Поступай так всегда: думай головой, а не иди на поводу у сердца. На мой счёт не волнуйся, у меня нет цели обокрасть тебя.

— А какая у вас цель? — тут же спросила девушка.

— Тебе понравится! — заверил ведьмак.

…Цезерина сразу поняла, что случилось что-то серьёзное.

— Лили?

Дамаскинская привычно оперлась на подругу.

— Карицкий говорил сегодня об отце.

— Что именно? — Беспрозванная успокаивающе поглаживала её по спине.

— Говорил, что его подставили.

— Разве ты думаешь иначе?

— Он предлагает освободить Лаурина Дамаскинского, за определённую плату, разумеется.

Подруга помолчала немного.

— Я уверена, ты согласилась.

— Это мой отец... Конечно!

Цезерина наблюдала за взволнованной девушкой. Лилея металась по комнате, не находя себе места. Говорила больше сама с собой, чем с подругой.

— Я много думала о нём… Раньше. Жалела, что так вышло. Порой злилась, но мама объяснила… Тот период слишком тяжёлый для меня. Я пошла дальше, старалась меньше оглядываться назад. Может, это неправильно? — она подняла глаза на Беспрозванную. — Я плохая дочь, да?

Подруга пожала плечами.

— Ты сама знаешь, у ведьмаков слабые родственные связи,