Падение вверх - Татьяна Владимировна Кадуцкая

— Сиди тихо, Гордей. И помни: я наблюдаю за тобой!

У главного выхода Верховную ждала Цезерина Беспрозванная.

— Я не стала вам мешать.

— Правильно сделала, — кивнула Лилея. — Нам надо было поговорить и прояснить некоторые моменты. Как бы там ни было, я многим обязана Карицкому, но не позволю вырастить новую марионетку.

— Что будешь делать с ним?

— Ничего. Мальчик действительно силён, Цези. Пусть учиться. А потом я заберу его к себе.

— Вообще-то я о Гордее.

Дамаскинская не сдержала смешка:

— А что говорить о нём?.. Не будет лезть в мои дела, будет жить. Карицкий знает меня. И знает, что предупреждаю я один раз, потом пощады не будет. Сам же и научил.

Беспрозванная удручённо слушала язвительный, дерзкий голос подруги. Перехватив внимательный карий взгляд, пояснила:

— Мне до сих пор жаль, что у вас всё так закончилось. Ты, как никто, достойна любви… Почему же не везёт?

Лилея, пожав плечами, задумчиво оглядела школьный двор:

— Сама не знаю. Но я помню своих отца и мать, Милорада и Маруту, тебя и Якова. Это вселяет надежду. То, что мне не повезло, не значит, что любви нет.

Цезерина, на то она и Светлая ведьма, ободряюще сжала ладонь подруги.

— Ты просто ещё не встретила её. Не ко всем любовь приходит сразу и явно.

Почувствовав некий дискомфорт, Беспрозванная обернулась и заметила в окне фигуру бывшего директора. Она вздохнула, вспоминая тяжёлый разрыв Лилеи и Гордея.

Дамаскинская сыграла свою роль великолепно, хотя Цезерина изначально была против.

— Если решила уходить от ведьмака, уходи!

— Рано! — ядовито усмехнулась подруга.

— Но как ты можешь жить с ним, если не любишь?

— Молча, — отрезала Лилея. — Мой быт идеально налажен. Замуж Гордей меня не позовёт, да я и не хочу больше. А для здоровья иногда нужен мужчина. Карицкий — неплохая кандидатура: он знает, что мне нравится, к тому же не надо бояться слухов, болезней, скандалов с жёнами или невестами.

Беспрозванная в сердцах топнула ногой.

— Ты понимаешь, что так можешь пропустить достойного мужчину?

Дамаскинская серьёзно посмотрела на неё:

— Не переживай за меня, Цези! Если я встречу того, кто полюбит меня по-настоящему, я брошу всё и буду с ним.

Долгие годы Светлая ведьма наблюдала за жизнью подруги и не понимала: неужели Гордей не видит изменений? Ему всё равно или так ослепила главная цель?.. За это время их друзья обзавелись семьями, растили детей. Теперь они редко собирались вместе, да и отношения неуловимо изменились, охладели что ли? Особенно после того, как Дамаскинскую выбрали Верховной. Мужская часть компании возмущалась её уходом от Карицкого, называла расчётливой стервой. Но Лилея запретила рассказывать им истинные причины разрыва.

— Лучше пусть ругают, чем жалеют.

И только Жюст Атталь посмеивался, слушая, как Дамаскинская с экрана телевизора с идеально сыгранной грустью в голосе вещает:

— Верховные не могут вступать в брак. Их семья — все ведьмы и ведьмаки. Мы не можем кого-то выделять и обделять других своим вниманием, любовью и заботой… Я благодарю господина Карицкого за годы, проведённые вместе. Но с моей стороны было бы жестоко лишать его права на семейное счастье и радость отцовства.

— …Цези, мы торопимся! — позвала Лилея, уже отойдя от школы на несколько шагов.

— Да, я помню, — Беспрозванная быстро догнала её.

Верховная ведьма подмигнула ей:

— Заключение мирного договора между Светлой стражей Земли и демонами Междумирья — не то событие, которое мы можем пропустить.