Падение вверх - Татьяна Владимировна Кадуцкая

— Откуда? — вдруг огорошил тот. — Я вам в голову заглянуть не могу. А вдруг вы действительно притворялись, чтобы подобраться ко мне? Я, знаете ли, довольно завидный жених!

— Распутница! — шипели незнакомки у входа. — Даже не постыдилась грудь оголить!

Из глаз Маришки брызнули слёзы.

— Я не сделала ничего плохого! Почему вы мне не верите?

— Потому что видели своими глазами, как вас обнимал посторонний мужчина! Разве воспитанная, приличная девушка такое позволит?

— Но порой всё не так, как кажется!

— Вы уверены?

— Да!

Незнакомые ведьмы вдруг перестали шипеть и пронзать её гневными взглядами. Хитро улыбнулись и отошли в сторону, а в дверях показалась Лилея Дамаскинская, громко аплодируя.

— Браво! — она повернулась к Маришке. — Теперь вы понимаете, как паршиво, когда говоришь правду, а тебе не верят?

Та лишь всхлипнула. В кабинет ворвался Душан Зеравица.

— Зачем меня вызвали?.. Маришка?!! Ты… А что, собственно, происходит? — он запнулся, разглядывая бывшую невесту.

— Ничего! — та нервно застёгивала блузку. — Или ты тоже думаешь, что я пришла соблазнить господина Извольского?

Ведьмак обвёл взглядом собравшихся, задержавшись на Лилее, потом вновь посмотрел на заплаканную Маришку и присел рядом.

— Нет, не думаю. Я тебе верю, — он сделал глубокий вдох и поднял глаза на Дамаскинскую. — Лилея, ты ничего не хочешь объяснить?

Ведьма повернулась к Артуру и двум провинциальным актрискам.

— Будьте добры, оставьте нас.

Когда они вышли, женщина набросила защитный полог и только потом заговорила:

— Год назад, во время отдыха на Таэльском море, нас с Душаном подставили.

— Так это вы?! — ахнула девушка.

А Зеравицу заинтересовало другое.

— Что? Как подставили?

— Артефакт Atshan. Он притягивает людей друг к другу. Помнишь? — Лилея показала ведьмаку латуневую ветку. — У тебя в номере была вторая половина. Этот артефакт парный, он заряжается на конкретных людей и способствует их сближению.

Зеравица задумчиво покрутил металл. Потом просканировал его:

— Тьма! Похоже, здесь был сильный заряд.

— Верно. Не мы заряжали — колдуны.

— Откуда он у тебя? — Душан посмотрел на женщину.

— Ты думал, я так просто всё оставлю и забуду? — она едко усмехнулась. — Я с самого начала не верила во вспыхнувшую страсть. Ты, конечно, мужчина обаятельный, но даже близко не мой тип. Извини, Маришка.

Та лишь махнула рукой, ещё до конца не придя в себя. Дамаскинская продолжила:

— Даже если списать всё на твои низменные инстинкты… — она на несколько минут замолчала. — На тот момент я любила совершенно другого человека и ждала предложения руки и сердца. Остальные мужчины меня не интересовали абсолютно! Не могла я прыгнуть в чужую постель, любя другого и мечтая о ребёнке от него! Поэтому — да! — я разбиралась, искала ответы. И нашла, как видишь.

Лилея перевела взгляд на притихшую девушку.

— Если вы действительно любите Душана, то простите его. Потому что измены как таковой не было. Мы находились под магическим воздействием и не отдавали отчёт в своих действиях. Поверьте, ни у него, ни у меня даже в мыслях не было предавать.

— Но кто-то же предал? Я права? — Маришка не сводила с неё внимательных глаз.

Дамаскинская сглотнула, но выдержала этот взгляд.

— МЕНЯ предали.

— Кто? — это уже спросил Зеравица.

Она отрицательно покачала головой:

— А вот это уже мой бой. Вам туда лучше не лезть.

— Почему? — ведьмак прищурился, догадавшись, о ком говорит ведьма. — Этот подлец мне жизнь поломал... Мне! Маришке! Тебе!

— И что ты сделаешь? Вызовешь его на дуэль? — Лилея иронично выгнула бровь. — Не тебе с ним тягаться, Душан.

— А что, тебе?

И Дамаскинская кивнула:

— Именно.

В дверях она обернулась. Душан и Маришка сидели на разных концах дивана, но былого напряжения и неприятия уже не чувствовалось. Скорее, появились нерешительность и робкая надежда. Лилея грустно улыбнулась:

— Не отказывайтесь друга от друга. К сожалению, настоящая любовь встречается всё реже и реже. Берегите её.

Уходила Дамаскинская с чувством выполненного долга. Что могла, она сделала. Дальше ведьмаки пусть выгребают сами. А вечером ей позвонил Жюст.

— Я кое-что нашёл.

Рабочий день заканчивался, и ведьма отправилась в Лунгаг. Сосед уже ждал на пороге, с любопытством оглядел её и попросил:

— Потом расскажешь, как прошло.

— А что, Артур не поделился впечатлениями?

— Поделился, но твоя версия всяко будет веселее.

Женщина только головой покачала и открыла дверь своим ключом. Цезерина в этот день дежурила в лечебнице, поэтому дома больше никого не было. Лилея гостеприимно предложила чаю и какое-то время хлопотала на кухне. Наконец сервиз был расставлен, над чашками поднимался лёгкий парок. Но Атталь не спешил садиться. Он положил перед женщиной тонкую папку.

— Пока вы с Извольским лицедейничали, я тут кое-что кое с кем перетёр.

— Ты забыл добавить «кое-где», — усмехнулась ведьма, пряча за шуткой нервозность.

Когда она протянула руку, мужчина придержал папку.

— Подумай. Сейчас у вас с Гордеем ещё есть крохотный шанс остаться вместе. Потом не будет.

— Издеваешься?

Жюст хмыкнул:

— Порой незнание во благо, Лили. Я уверен, Карицкий любит тебя. Любит так, как он умеет. Ведь каждый человек делает это по-разному и не его вина, что ты представляешь любовь иначе. Ты так не думаешь?

— Я думаю, что, любя, не отправишь свою женщину к другому мужчине.

— Гордей не хотел этого. Артефакт Atshan притягивает людей, но не вызывает страсть. Расчёт был на крепкую дружбу, если хочешь братско-сестринскую привязанность, но не любовь. Подозреваю, что тут или колдуны с зарядом перемудрили, или где-то вам с Зеравицей перепало ещё и любовной магии. А вкупе с артефактом даже капли хватит, чтобы снесло мозги.

— Жюст, это всё очень интересно, но не отменяет одного: Гордей проворачивал свои делишки за моей спиной, перекраивал мою жизнь без моего ведома и согласия. Так с любимыми не поступают.

— Как хочешь, — мужчина пожал плечами и отступил.

Лилея решительно притянула к себе папку и погрузилась в чтение. Она даже не заметила, когда ушёл ведьмак.

Цезерина Беспрозванная вернулась с дежурства утром и удивилась, увидев лучшую подругу.

— Почему ты не предупредила, что придёшь?

— Я и не собиралась. Всё получилось спонтанно.

Светловолосая женщина пригляделась:

— Лили, милая моя!