Фиктивные. Моя по контракту (1 книга) - Юлия Четвергова

Но так ли это на самом деле? Действительно ли Егор мне никто?

Имею ли я право поступать с ним так же, как Катя поступила со мной?

Нет.

Но это всё сейчас неважно. Для начала нужно успокоить Савину и предложить ей денежную помощь.

С вопросами морали разберусь позже.

За своими мыслями, пропускаю часть причитаний Кати:

— … но сегодня пришло письмо из благотворительного фонда, — она хлюпает носом и смахивает очередную слезу, скатившуюся по щеке. — Сашеньку поставили в лист ожидания на инъекцию в лучшей немецкой клинике. К нам был приставлен координатор. Ещё и консультации невролога теперь бесплатные. А когда я увидела оповещение из банка, что долг Вани был полностью погашен, поняла, что это не чудо и не везение.

Подруга, наконец, поднимает голову и встречается со мной взглядом. В её голубых глазах целый клубок смешанных эмоций.

— Сонь, это Морозов. Он — основатель благотворительного фонда.

Глава 26

Аид

Боль в плече ощущается, словно второй пульс — тупой, ноющий ритм, под который теперь живёт моё тело. И каждое движение руля невольно возвращает меня в день погони.

В ушах раздаётся фантомный выстрел. Я снова вижу дуло пистолета в тачке напротив. Вижу, как пуля летит в сраном слоу-мо*. Как я закрываю Соню собой. Как хрупкое девичье тело вжимается в меня.

Инстинкт?

Хрена с два!

Это был чистейший, животный ужас от одной только мысли, что моей Луны вдруг не станет. Что я больше не смогу заглянуть в её глаза, похожие на два айсберга. Что больше не увижу, как её радужка меняет цвет в зависимости от освещения и настроения. Что больше не смогу сжать в руках её худенькое тело с выпирающими косточками. Не смогу откормить её, наконец, до здоровых женских форм. И больше никогда не услышу тонкий голосок, полный невысказанного упрёка.

Пора себе в этом признаться.

Враньё и самообман не моё амплуа. Но с Соней только так и происходит.

Эта девчонка…

Она вытаскивает наружу ту часть меня, о существовании которой я бы предпочёл забыть.

Откинув голову на подголовник, прикрываю веки. Чувствую призрак её веса на мне. Слышу прерывистое дыхание у своего уха. Ощущаю ноготки, впивающиеся в мою кожу так, будто я — всё, что ей нужно.

Интерес.

Всего лишь интерес к необычной игрушке, — бросаю самому себе, как кость голодной собаке.

Но «собака» не унимается. Ей всё мало. Она оголодала и больше не хочет питаться пустышкой.

Обманом.

Раздражённо выдохнув сквозь зубы, открываю глаза и утыкаюсь взглядом в экран планшета на панели. Там — четыре ракурса с камер видеонаблюдения.

Мой личный грёбанный сериал.

Слабость, возведённая в абсолют.

Пальцы девушки, сидящей на кровати, касаются бархатных лепестков. Так осторожно, словно она может пораниться или, наоборот, причинить вред цветку. Видит записку. Читает. На её личике такое забавно растерянное выражение, что это невольно вызывает хищную ухмылку.

Что-то ищет в телефоне. Тратит время, усердно изучая найденное. Вчитывается в каждую строчку, закусив ноготь на большом пальце.

Что натолкнуло Соню на поиски? Цветок?

О, да. Я знаю эту историю. Мама обожала сказки, мифы и легенды. Но больше всего она любила рассказывать их на ночь сыну.

— Амариллис. Символ безответной любви, — хмыкаю. — Думаешь, ответ лежит на поверхности, Луна?

Я разговариваю сам с собой, следя за каждой, даже мельчайшей переменой в выражении её лица. Это доставляет мне некое извращённое удовольствие — наблюдать исподтишка, видеть её настоящую, гадать, о чём она может думать, и разговаривать с ней так, будто она может меня слышать.

— Глупая. Эта легенда о том, что любовь прекрасна. Что она стоит любой боли. Даже если придётся проткнуть себе сердце золотой стрелой.

Ответив на звонок, Соня сушит волосы. Ставит цветок в стакан, и одевается, чтобы уйти.

Снова сбегает от меня к своей подружке.

Я знаю.

Я знаю всё о своей прекрасной Луне. Даже то, о чём она ещё не подозревает.

Телефон, лежащий на подставке, вибрирует. Я принимаю вызов, не отрывая взгляда от Софии, которая обувает свои старые кроссовки вместо новых, заказанных мною лично.

— Слушаю.

И почему она такая гордячка?

— Клиника одобрила заявку на лечение. Документы подписаны. Координатор уведомлён. Вылет в следующую среду. Все медицинские протоколы уже согласовали.

Юра немногословен. Всё чётко и по делу. За что я его и ценю, как специалиста и доверенное лицо.

Новость будоражит меня так же, как стриппинг аут* тачки перед важной гонкой.

— Отлично.

В груди расползается тёмное, мрачное удовлетворение, сравнимое разве что с жёстким сексом, от которого кайфуют оба. Когда вся власть сосредоточена в твоих руках, и только ты решаешь, что будет дальше, полностью контролируя процесс. Доминируя.

Игра набирает обороты.

Пора вскрыть часть карт. Противник должен быть уверен, что уже победил.

— Проследи, чтобы на всех этапах с семейством Савиных был персональный ассистент. И мне нужны ежедневные отчёты.

— Будет сделано.

Связь обрывается. Камера у ворот показывает, как София выходит из дома и уезжает к Кате.

Иди, маленький котёнок, — подталкиваю её мысленно. — Иди и узнай, что тот, кого ты считаешь дьяволом и кукловодом, на самом деле жалкий шантажист, чью паутину я могу порвать одним движением.

Но это знание не пройдёт для наших отношений даром. Соня начнёт задаваться вопросом, откуда мне известно о Кате и её проблемах. Начнёт догадываться, кто на самом деле держит её жизнь в своих руках.

К сожалению, если ставишь перед собой грандиозные цели, всегда приходится чем-то жертвовать. В моём случае — статусом-кво.

Впрочем, не велика потеря. Соне уже давно пора открыть глаза на происходящее. Постепенно, чтобы не шокировать. Пусть знает, что это я был инициатором звонка, который стал для неё неожиданностью. Пусть строит теории, как я в этом замешан.

Правда, когда на стол будут выложены все карты, София будет в ужасе. Но сбежать ей уже не удастся. К тому времени, она будет моей.

И душой и телом.

* * *

София

В особняке стоит гробовая тишина, но это совсем не то, что мне сейчас нужно.

Мне нужны ответы.

Внутри меня царит самый настоящий хаос, а слова Кати до сих пор звучат в ушах надоедливым эхом:

«Сонь, это Морозов. Он — основатель благотворительного фонда».

Как?

Откуда?

Зачем?

Эти вопросы крутятся в голове, сводя с ума.

Словно частица пыли в воздухе, я беспорядочно мечусь по пустым комнатам и залам, ища Егора. Вот только его нигде нет. В любое другое время эта новость бы обрадовала. Но после того, что