Эскорт для ведьмы - Вероника Гроссман

– Ты делаешь это весьма искусно.

– Годы практики! – весело рассмеялся Сорэн и пересыпал кристаллики из своей руки в ладонь девушки. Льдинки мгновенно начали таять, оставляя после себя лишь прохладную влагу.

– Годы практики и невероятный талант! А что еще ты умеешь? – спросила Сабрина, стряхивая воду.

– Я могу сделать все, что взбредет в голову с любым куском льда или… Смотри! – альбинос быстро подошел к стеклянной двери, ведущей в библиотеку, присел около нее на корточки, вытянул руки вперед и повернул ладони вверх. Через мгновение из его ладоней вырвался поток чистого белого снега, который, извиваясь и кружась, мгновенно затвердевал и принимал замысловатые формы. Сабрина, широко раскрыв глаза от удивления, смотрела на то, как лед превращается в изящную арку, щедро украшенную замысловатым узором. Закончив свое творение, Сорэн убрал руку, оставив ледяную арку украшать вход в библиотеку.

– Ну как? – спросил он и хлопнул в ладоши, из которых тут же посыпались снежинки.

– Я могу понизить температуру и вызвать снег, но о таком я даже подумать не могла! – девушка еще раз оглядела сад и посмотрела на альбиноса. – Это все, конечно, очень круто, но я так и не поняла, какого черта ты делаешь у Мари? Ты что, что-то вроде ее садовника?

– Нет, – молодой человек нахмурился и присел на скамью рядом с Сабриной. – Когда я жил в Париже, она часто посещала наш приход. Именно там-то она меня и заприметила. Зима тогда стояла снежная, и я мог делать со снегом все, что хотел, не боясь быть замеченным. И буквально все прихожане восхищались фигурами, которые украшали церковный двор. Слухи о снежных чудесах с молниеносной скоростью разнеслись по всему городу, зачастую сильно приукрашивая мои заслуги. Люди со всех концов Парижа стали специально приезжать, чтобы полюбоваться моими творениями, и, само собой, Мари тоже не стала исключением.

Она долго восторгалась моими фигурками и прямо-таки сияла от восторга, и щедро осыпала меня лестными комплиментами. В конце концов, однажды она пригласила меня поработать над садом в ее загородном поместье в Иль-де-Франс, за что обещала щедрое вознаграждение. Однако, каким бы соблазнительным не был куш, эта женщина никогда не вызывала у меня доверия. В Париже ходили страшные слухи о замке де Маншанд. Говорили, что это место скрывает зло и опасность. Я же, как человек верующий, чувствовал, что эти сплетни имеют под собой вполне реальную почву. Поэтому учтиво отказался. Но Мари не отступала. Мой отказ лишь раззадорил ее. Если бы ты только слышала ее трогательные речи о том, как она ждет приезда своей маленькой внучки! И о том, как она хочет удивить девочку и закатить ей настоящий праздник! Показать, какой прекрасной может быть зима, и устроить поистине волшебное Рождество! Со стороны ее мечтательная болтовня казалась очень милой и безобидной. Я же оставался непреклонен и раз за разом отказывал Мари в своих услугах. И вот однажды она сообщила, что ей очень жаль и, видимо, придется подыскать кого-то другого, чтобы привести сад в порядок. После чего она оставила меня в покое и исчезла из города. Однако радость моя длилась недолго. В один прекрасный день ко мне явился Паскаль. Думаю, о том, что произошло дальше, ты догадываешься.

Девушка печально посмотрела на сидевшего рядом молодого человека и понимающе покачала головой.

– Почему ты не сбежал?

Сорэн громко усмехнулся.

– Если бы все было так просто. Как думаешь, почему Мари уверена, что ты не сбежишь? Оглянись! Ведь кругом никакой охраны. Только собаки Рэни, но и они нас не тронут.

Сабрина замялась и сильнее закуталась в плед, ожидая дальнейших объяснений.

– Она наложила на замок чары d étenues[12]. Мы в тюрьме. Нам не выйти за пределы ее владений.

– Как действуют эти чары? – тихо спросила Сабрина, с трудом сдерживая слезы.

– Замок и прилегающая к нему территория охраняются невидимым щитом. Можно войти, но не выйти. Только с позволения твоей безумной бабушки. Кстати, именно эти чары и создают ощущение полного покоя и безмятежности. Поэтому, собственно, и уходить отсюда не хочется. Так что, если рассуждать с этой точки зрения, то в какой-то степени мы сами себя здесь держим.

Сабрина шмыгнула носом и подняла влажные от слез глаза к темному, усыпанному сверкающими звездами небу. И что же теперь делать? Бороться с Мари в одиночку она не сможет. У нее нет такой силы. Даже если Сорэн согласится помочь, кто знает, какие еще сюрпризы их ждут? Даже если они попытаются бежать, Паскаль вернет их обратно.

– Когда я была в столовой, там была девушка. Лаура. Кто она?– поинтересовалась Сабрина и заметила, как снова нахмурился Сорэн.

– Это телохранитель Мари. Они с Паскалем ее охраняют.

– Я знаю, как действует Паскаль.

– Нет, не знаешь! И не дай Бог тебе с ним столкнуться, когда он будет не в настроении! Он самый настоящий мясник. Лучше не вставай у него на пути. В пределах замка его сила возрастает в несколько раз. А Лаура… Так ее нужно вообще избегать всевозможными способами.Максимально неприятная особа.

– Это я уже поняла. Но что в ней такого особенного? – не унималась Сабрина.

– Лаура Гермишь. Любимица Мари. Ты видела, как появляется лед из моих рук? – девушка утвердительно кивнула. – Так вот, Лаура действует примерно так же. Только ее кожа выделяет не безобидные кристаллики льда, а самый настоящий, чертовки опасный яд. Насколько я знаю из опытов Мари, противоядия к нему не существует. А если и есть, то об этом никто не знает. На моей памяти все, кто случайно или нет нарвались на Лауру или оскорбили ее хозяйку, умирали в страшных муках. Заметила, как блестит ее кожа? – Сабрина молча кивнула, воскрешая в памяти самодовольное лицо девушки. – Этот яд выделяется через поры на ее коже. Одно прикосновение – и все. Она как ядовитая змея! Не зря она их коллекционирует.

– Кого их?

– Змей. Малайские крайты[13]–ее любимые, – альбинос брезгливо поморщился. – А Мари собирает одаренных людей. Еще один коллекционер из ада. Извини, конечно, но с семьей тебе конкретно не повезло.

Сабрина нервно прикусила нижнюю губу и проглотила ком, подкативший к горлу. Нужно немедленно