Драконий цветок - Анна Шнайдер

ощупать все наросты на голове и когти на руках и ногах, а потом ещё снимет камзол и рубашку, чтобы показать, как выглядит его тело под одеждой. Штаны Кассандра милостиво разрешила оставить.

— Без одежды ты больше похож на человека, — заявила моя дочь, рассматривая костяной гребень на спине Рейгарда. Он шёл от затылка, нырял под пояс брюк и, подозреваю, продолжался до кончика хвоста.

— Разве? — удивился наследник, но я была согласна с Кассандрой. Как ни странно, но плечи и руки, да и живот Рейгарда казались мне абсолютно человеческими, если не считать змеиной кожи.

— Ага. А тебе хвост не мешает? — поинтересовалась Касси, бесцеремонно хватая собеседника за кончик этого самого хвоста. Рейгард дёрнулся, выдохнул сквозь зубы, и я подумала, что ему, наверное, не слишком приятно, когда прикасаются к хвосту.

— Мне всё мешает, — ответил он тем не менее дружелюбно. — И хвост, и когти, и зубы. Но хвост, пожалуй, больше всего, ты права. Хотя я к нему уже привык. Поначалу ходить почти не мог — всё сносил, каждый угол сшибал, спотыкался. А потом ничего, приноровился.

— Я тебе очень сочувствую, — вздохнула Касси, отпуская хвост. — И как снять проклятье? Неужели и правда отбор поможет?

— Я в это не верю. Но другого выхода всё равно нет. Могу я рассказать тебе секрет?

— Конечно! — почти воскликнула моя дочь и тут вспомнила про меня. Огляделась, заметила, что я сижу в кресле, улыбнулась и спросила: — Мам, можно его высочество поделится со мной секретом? Наверное, нужно, чтобы мама закрыла ушки? — обратилась Касси уже к Рейгарду, но он покачал головой.

— Нет. Лина, и ты подойди сюда, к нам, тоже послушаешь. Будет ваш общий секрет. Вы же меня не выдадите?

— Не выдадим, — ответила я негромко, поднимаясь с кресла. — Только, может, ты встанешь? У тебя колени заболят.

— Не заболят. Но можно сделать вот так, — Рейгард сел на пол, изогнув хвост так, чтобы он свернулся буквой «о», и махнул на него когтистой ладонью. — Садись, Касси. И ты, Лина, тоже.

— Ух ты! — восхитилась моя дочь, и не думая отказываться. Тут же плюхнулась в центр круга, слегка подвинулась и сказала, поглядев на меня: — Мам, иди сюда! Тут так тепло!

Рейгард тоже смотрел на меня, и я могла бы поклясться — если бы он был способен улыбаться, непременно улыбнулся бы сейчас, потешаясь над восторженностью Касси и моим обескураженным видом.

Я не знала, как себя вести. Делать независимый вид и говорить, что всё это — без меня? Я осознавала, что легко могу испортить отношения Рейгарда и Кассандры прямо сейчас. Если я демонстративно отстранюсь от них, покажу дочери, что у нас с принцем не всё ладно, она вмиг примет мою сторону.

Был ли соблазн сделать нечто подобное? Нет. Я просто осознавала, что могу, но не хотела так поступать ни с Касси, ни с Рейгардом. Она оба не заслужили этого.

— Иду, — вздохнула я и пошла к дочери.

Рейгард

Наследник прекрасно понимал, что сейчас многое зависит от поведения Лины. Если она захочет поддержать его в стремлении сблизиться с Кассандрой, если не скажет, что её отношения с ним — это отдельная история и лучше не смешивать, у Рейгарда будет шанс завоевать расположение дочери. Но если нет…

Хотя в глубине души принц знал, что Лина ни за что не станет так делать. Она добрая девушка, да и хочет, чтобы Кассандра с успехом прошла первый оборот. Интересы дочери для неё на первом месте, ради Касси можно и потерпеть.

Да, Рейгард понимал, что Лина пошла на сближение только из-за Кассандры, но всё равно обрадовался. Ему нравилось находиться рядом. И чем ближе к нему была Лина — тем больше нравилось.

Наследник глазам не поверил, когда она опустилась рядом с Касси на его подставленный хвост, приобняла дочь, погладив её по почти белым волосам, заплетённым в толстую косичку, и произнесла:

— Что там за секрет? Мы с Касси готовы слушать.

Рейгард нервно и рвано выдохнул, в последний момент погасив вырывающийся из него взволнованный огонь, чуть расслабил хвост, чтобы его девочкам было удобнее сидеть, и начал рассказывать.

— Это не простой секрет, а настоящая тайна королевской семьи. Поэтому, Касси, не обсуждай то, что услышала от меня, ни с кем, хорошо? В том числе с его высочеством Себастьяном. Я не уверен, но, возможно, он будет недоволен, что я выдал эту тайну.

— Тогда, может, не надо? — забеспокоилась Лина. Она явно побаивалась Себастьяна.

— А мне интересно! — возразила Касси и пообещала: — Я никому не скажу, обещаю! Рот на замок — и молчок.

Девочка воодушевлённо подпрыгнула у него на хвосте, и у Рейгарда заболела челюсть от желания улыбнуться. Но нельзя, нельзя — испугает ребёнка своим оскалом.

— У каждой правящей семьи есть особенный дар, — проговорил наследник негромко, постаравшись придать голосу нотки торжественности. — Причём какой дар у других семей, мы не знаем. Наш же, дар аль Эрдерио, — умение создавать особенные артефакты.

— Что? — не выдержала Лина, изменившись в лице. — Какие ещё — особенные?

— А какие хочешь. Мы умеем закреплять в артефактах уникальные свойства, невозможные для официальной науки.

— Тогда почему ты учился на боевом факультете? — недоумевала Лина. — Логичнее было бы пойти на артефакторику.

— Чтобы все узнали, какой я особенный? — хмыкнул Рейгард. — Нет, нам запрещено учиться на артефакторике. Мы можем заниматься ею факультативно, участвовать в соревнованиях, но без риска для семейной тайны.

— Ничего себе… — протянула Лина и, покачав головой, едва слышно добавила: — Тогда понятно…

Да, конечно, ей стало понятнее, почему Рейгард так взвился, когда она победила его на соревнованиях. Не только потому что он — дракон. Взвилась семейная гордость, точнее даже гордыня.

Вот только это всё, естественно, не оправдание.

— Например, я, когда учился в академии, создал для девушки, которую любил, особенные серьги, — признался Рейгард и сразу заметил, что Лина задержала дыхание. — Защитные. Я боялся, что найдётся умелец и использует на ней ментальную магию. Девушка и сама неплохо её блокировала, но не идеально. Я вплёл в формулу защиту от такой магии, но не только. Поскольку я делал эти серьги, думая об этой девушке,