Психо Фейри - Жасмин Мас

То есть, я в порыве чистой ярости ломаю ему нос, а этот псих считает, что сейчас самое время строить мне глазки и трахать меня взглядом?

— Как только захочешь поразмяться, котенок, только свистни, — он продолжал слизывать кровь с губ, а я продолжала задаваться вопросом, в какой момент моя жизнь свернула не туда.

— С рукой все в порядке? — тихо спросил Джакс и осторожно взял меня за запястье.

Он недовольно цокнул языком, осматривая мои уже начинающие опухать костяшки. От тепла его мозолистых пальцев, нежно поглаживающих мою испачканную в крови руку, по телу лавиной побежали мурашки. М-да. Похоже, у меня с головой проблемы ничуть не меньше, чем у Кобры.

Лицо мгновенно обдало жаром, когда я сообразила, что у нашего шоу вообще-то были зрители. Ашер, Ксеркс и Аран пялились на нас так, словно смотрели экстренный выпуск новостей, где диктор только что объявил, что мир перевертышей окончательно захвачен фейри. Один Джакс выглядел так, будто ничего другого и не ожидал.

— Ну, похоже, пророчество только что сбылось, — сухо заметила Аран, глядя на то, как Кобра с лицом, залитым кровью, продолжает слизывать ее как законченный фрик.

В горле заклокотал истерический смешок.

Ну уж нет, это было бы слишком просто.

— Принцесса, о чем она говорит? — татуировки на шее Ашера расширились, когда он сжал челюсти и с хрустом размял пальцы. Его янтарные глаза горели глухим раздражением.

Я продемонстрировала ему оскал, не скрывая сквозящей во взгляде агрессии:

— Не думаю, что ты сейчас в том положении, чтобы что-то требовать. И вообще, не смей называть меня принцессой.

Он мог сражаться со мной плечом к плечу, мог смягчать мое падение, мог быть моей личной сучкой, если ему так угодно. Но что бы он ни делал, именно из-за него мы застряли в этом гребаном мире и вынуждены выгрызать свои жизни зубами. Такое не прощают.

Ашер ничего не ответил. Его янтарные глаза безэмоционально смотрели на меня, однако иссиня-черные рога (один целый и один обломанный) на его голове заметно увеличились в размерах. Верный признак того, что он в бешенстве.

Ашер мог сколько угодно строить из себя вспыльчивого парня на публику, но гнев невозможно сыграть настолько фальшиво. Я бы жизнь поставила на то, что внутри у него сейчас все кипело от ярости. Он просто был чертовски хорошим актером.

И вдруг меня накрыло безумное, дикое желание довести его до ручки. Мне захотелось тыкать в него палочкой до тех пор, пока он не сломается, пока не начнет орать мне прямо в лицо и не покажет свое истинное нутро.

— Что, язык проглотил? — я шагнула вперед и впечаталась своей грудью в его широкую грудную клетку.

Мои собственные раны тут же отозвались резкой болью, но я проигнорировала ее. Это была меньшая из моих проблем. Злость от слов Кобры и этот их дебильный сексуальный пакт бурлили в моих венах.

— Так и будешь стоять и смотреть, как я тобой командую?

— Остынь, маленькая альфа, — примиряюще пробасил Джакс, перехватывая меня под мышки и деликатно оттаскивая от Ашера.

Ну а что я могу поделать?

Знаете ли, когда вас насаживают на копье, это в корне меняет взгляды на жизнь.

Я покровительственно и снисходительно ухмыльнулась Ашеру:

— Что, пусть другие решают твои проблемы? Тебе нужно больше информации, чтобы снова нас предать?

Внутри сладостно екнуло, когда я заметила, как у него на виске дернулась жилка. Наконец-то его янтарные глаза полыхнули настоящей яростью, а черные рога выпрямились еще сильнее.

Покрытый ожившими татуировками, Ашер медленно двинулся на меня. В груди Джакса предупреждающе заклокотал рык. Я сделала шаг в сторону, потому что Джакс своей тушей попытался заслонить меня от Ашера.

К счастью, Ксеркс вовремя перехватил Ашера за предплечье, удерживая взбесившегося альфу. Ашер неестественно замер, косясь на омегу. И на долю секунды мне показалось, что он сейчас набросится и на него тоже. Он глубоко вздохнул и закрыл свои янтарные глаза.

Затем произошло абсолютное преображение: его широкие плечи расслабились, а из взгляда мгновенно исчезло это убийственное пламя. Он благодарно посмотрел на Ксеркса, и я поняла, что этот приторно-пряный аромат корицы и сахара, исходящий от омеги, начисто погасил его ярость.

— Так, это все, конечно, безумно весело и занимательно, но нам нужно одеть Сэди и уложить ее в постель. Она сейчас просто грохнется от истощения, — перебила всех Аран, закатив глаза с максимальным драматизмом.

При упоминании моего полуголого состояния Ашер резким движением сорвал с себя черное худи. Я настолько залипла на его открывшуюся взору глубокую линию пресса, уходящую в штаны, и яркие татуировки, покрывавшие каждый сантиметр его рельефных мышц, что даже забыла повыебвываться, когда он бесцеремонно натянул свою мягкую толстовку мне через голову. Этот мужчина был просто ходячим произведением искусства.

Черное худи упало мне чуть ли не до колен, окутав уютным теплом, и я изо всех сил старалась делать вид, что не втягиваю носом его умопомрачительный шлейф. От него пахло хвоей и прогретым солнцем лесом. Аромат дикого соснового бора мгновенно заполнил мои легкие, напомнив о величественных горах и бескрайних лесных массивах родного мира оборотней.

Ашер повернулся к Аран:

— О каком пророчестве ты говорила?

Я уже открыла было рот, чтобы заявить, что моя подруга ни хера не станет рассказывать его предательской заднице, но Аран, тревожно перебирая свои лазурные волосы, выдала:

— Еще одно пророчество фейри. Оно только что вселилось в нашего доктора и зачитало себя нам с Сэди. Там было очень много про кровь, и звучало это максимально жутко.

Я одарила ее испепеляющим взглядом, но она упрямо смотрела в сторону, избегая встречного зрительного контакта.

— Еще одно? — подал голос Джакс, и глухой рокот в его груди стал заметно тяжелее. Его серые глаза хищно сузились, а золотые побрякушки тихо зазвенели, когда он шагнул вперед.

Аран сглотнула, немного попятилась назад и предпочла промолчать. Когда Джакс злился, это было по-настоящему страшно. Пришлось спасать подругу.

— Да там, в тренировочной крепости, Тетушку тоже переклинило прямо посреди сеанса психотерапии, и она зачитала нам рифмочку. Ничего особенного, обычная херня, — быстро затараторила я, стараясь говорить как можно непринужденнее.

Джакс оглушительно рявкнул. От этого глубокого, мощного баса трава под моими ногами едва заметно задрожала.

— Пророчествами фейри не шутят, — Ксеркс выгнул идеальную золотистую бровь, глядя на меня как на полную дуру.

У Джакса, Кобры и Ашера глаза горели потусторонним светом, а грудные клетки тяжело вздымались от ярости.

— Да ладно вам, Аран — принцесса фейри, и она говорит, что все нормально. Скорее всего,