Психо Фейри - Жасмин Мас

Все вокруг раздували из мухи слона.

Аран тихо произнесла:

— Ну… вообще-то первый раз я тоже списала на совпадение. Но два пророчества, которые зачитывают себя сами в двух совершенно разных мирах — это уже хреновый знак.

— Это просто стишок с рифмой, — жестко отрезала я.

Судя по всему, я оставалась единственным здравомыслящим существом в этой компании.

Ксеркс покачал головой:

— Пророчества фейри, которые подчиняют себе тело носителя и зачитываются сами по себе — это не шутки. Ходят слухи, что это голос одной давно вымершей расы. Расы, которая обладала способностью полностью подчинять себе чужую волю.

Его челюсть была плотно сжата, а длинные светлые волосы красиво развевались вокруг его мощной фигуры. Фиолетовый взгляд буквально прожигал насквозь.

У меня челюсть отвалилась.

— Давно вымершей расы? — пискнула я. — Это какой еще?

Ксеркс устало потер лицо ладонями:

— Никто точно не знает. Поговаривают, те фейри владели запретной магией — магией смерти, которая была слишком опасной, чтобы ее использовать. И по какой-то причине кто-то из них очень сильно заинтересовался вами двоими.

В этот момент у меня случился ментальный микроинсульт, и я мысленно упала на землю, забившись в панической истерике. Ну, по крайней мере, в своем воображении. В реальности же у меня просто задергался глаз, и я тихонько пукнула.

Бывало ли у вас такое, что в чье-то тело вселялся дух опасной вымершей расы и начинал с вами разговаривать?

Вот! А со мной это случилось.

— Что конкретно там говорилось? — спросил Джакс.

— Ну, мне кажется… — начала я.

Джакс бесцеремонно перебил меня:

— Я вообще-то Аран спрашивал.

Я удивленно вскинула брови от такой наглости. Не обязательно быть таким грубым, шкаф неотесанный.

— Там была строчка: «Кровь несет боль, в слабых сея страх», — певуче произнесла Аран, в точности копируя зловещий тембр того мрачного голоса.

Ашер с досадой провел татуированными пальцами по своим рогам:

— И что, блядь, значат эти слова?

Аран уже открыла рот, чтобы ответить, но тут влезла я:

— В смысле «что значат»? По-моему, все предельно ясно. Кровь приносит боль и убивает слабых.

— Что? — Ашер уставился на меня с каким-то странным выражением лица.

На самом деле, на меня сейчас косились абсолютно все, включая Кобру, у которого кровь все еще продолжала капать по подбородку.

— Откуда ты это знаешь? — прищурился Ксеркс.

— Откуда, маленькая альфа? — по-медвежьи рыкнул на меня Джакс.

Три альфы и Ксеркс синхронно сделали шаг вперед, окончательно заблокировав свет от ламп под высоким потолком и бесцеремонно нарушив мое личное пространство. Я огляделась по сторонам, гадая, не провалилась ли я случайно в какой-то очередной портал.

Я что, несу какую-то тарабарщину?

Или я все-таки умерла на арене, и это такой извращенный загробный мир?

— Откуда знаю что? Она же только что сама это сказала? — при всей моей любви к спонтанным допросам, сейчас мне больше всего на свете хотелось найти ванну с горячей водой и отмокать там ближайшие суток двое.

Кобра тихо произнес:

— Ты только что сказала это на древнем языке высших фейри.

Он облизал окровавленные губы и уставился на меня с такой бешеной, обжигающей интенсивностью, словно собирался препарировать мой череп и по косточкам разобрать весь мозг. Все остальные стояли с разинутыми ртами.

Ксеркс опасно сузил свои фиолетовые глаза:

— Способность понимать этот язык есть только у тех, кто рожден фейри.

По затылку пробежал неприятный, колючий холодок.

— Э-э, нет, она говорила абсолютно нормально. Это точно не был другой язык. Я бы, наверное, заметила.

— Нет, Сэди, это был древний язык фейри, — Аран пялилась на меня так, словно у меня выросла вторая голова.

Внутри все неприятно оборвалось.

— Но я ведь обсуждала это с тобой в прошлый раз? — окончательно запутавшись, спросила я.

Аран в панике потянула себя за бирюзовые пряди, ее глаза были неестественно огромными:

— Я тогда была в таком шоке, что даже не сообразила! Там говорилось про трон, а ты знать не знала, что я принцесса. У меня просто мозг отключился от стресса.

Я заговорила быстрее, пытаясь защититься:

— Ладно, допустим, я поверила, и я могу говорить на языке фейри. Но ты ведь тоже на нем говоришь? Подумаешь, событие.

Резким движением я натянула капюшон огромной толстовки Ашера себе на голову и туго затянула шнурки, будто это чертово худи могло защитить меня от всего дерьма, которое на меня сыпала вселенная.

Аран заговорила медленно, взвешивая каждое слово, словно от этого зависела наша жизнь:

— Нас с пеленок учат тому, что понимать этот язык могут только фейри.

Я пожала плечами:

— Ну, у меня всегда были способности к языкам. В школе я без проблем щелкала диалекты северных земель.

Аран пропустила мою реплику мимо ушей:

— Когда ты была маленькой, у тебя когда-нибудь срывался огонь с пальцев? Ты могла почувствовать ветер и направить его? Заставляла землю двигаться? Создавала ледяное оружие? Если у фейри есть магия, она проявляется в раннем детстве, — последнюю фразу она произнесла совсем тихо, а ее взгляд стал отстраненным и далеким.

— Нет, нет, нет и еще раз нет, — отрезала я.

Учитывая, что Дик херачил меня весь мой сознательный возраст, какой-нибудь стихийный магический элемент пришелся бы мне очень кстати. Так что я могла с абсолютной уверенностью заявить: никаких суперсил у меня нет.

— Ты уверена? — в голосе Аран сквозило откровенное недоверие.

Я была уверена на все сто процентов.

Когда я вспоминала свое детство, перед глазами всплывала одна и та же картина: ремень Дика, с размаху впивающийся в мою плоть, и лужи крови вокруг меня.

Я несчетное количество раз срывалась, когда лазила по высоченным деревьям. Магия воздуха мне бы тогда чертовски помогла. Я обжигала пальцы, когда сутками батрачила у открытого огня на кухне. Я выросла в краю, где кругом были только снег и вода, но так и не сотворила ни единого ледяного штыря. Я часами ковыряла лопатой промерзшую, твердую как камень землю без чьей-либо помощи.

Я всеми фибрами души знала: я не фейри.

Тогда какого хера я понимаю их язык?

Я развернулась и быстрым шагом заковыляла прочь от этой компании. Если им так хочется паниковать — флаг им в руки.

Я — спокойный, собранный огурчик с идеальным ментальным здоровьем и непоколебимым внутренним стержнем.

Я хромала в сторону жилого сектора, а эта пятерка молча плелась за мной. Никто не проронил ни слова.

Наконец, оказавшись в сияющих коридорах огромного комплекса фейри, я ускорила шаг и рванула к первой попавшейся отдельной уборной. Стряхивая дрожь с пальцев, я захлопнула за собой дверь маленькой