Призыватель шторма - Ниша Дж. Тули

— Ага, специально для меня. — Я смеюсь. — Не понимаю, как ты умудрился спланировать идеальный вечер, даже не зная, что у меня сегодня день рождения.

Он лукаво улыбается. — Что сказать? Я просто настолько хорош.

Я хихикаю и снова его целую, и мы теряемся друг в друге под сиянием огней.

Через мгновение я чувствую, как телефон Рука вибрирует. Обычно он не носит его с собой, но, когда достаёт устройство, я вижу: это не стандартный телефон Эмери.

Наверное, он привёз его с собой из Завесы.

Рук разблокирует экран, быстро читает сообщение и поднимает голову.

— На Облачный Шпиль напали.

Глава 33

— Что? — спрашиваю я, пока Рук лихорадочно набирает что-то на экране. На его лице вспыхивает паника.

— Нэйви только что написала.

— А твоя семья? — спрашиваю я. — С ними всё хорошо?

— Не знаю. Нам надо возвращаться.

— Конечно. — Мы быстро спускаемся по лестнице и спрыгиваем вниз. Лишь добравшись до улицы, я вспоминаю, что остаток торта так и остался наверху.

— Кто напал? — спрашиваю я, пока мы быстрым шагом идём по улицам.

— Пока точно не знают, но всё указывает на Щит. Она пишет, что Джастин и родители целы.

Он проводит рукой по волосам и глубоко вдыхает, и его облегчение мгновенно становится моим.

— Слава Небесам, — говорю я. — Но как они вообще нашли Облачный Шпиль?

— Это нам и предстоит выяснить. — Он так резко останавливается, что я делаю ещё несколько шагов, прежде чем замечаю. — Мне нужно к ним. Прямо сейчас.

— Хорошо, — медленно говорю я. — Но ты уверен, что это хорошая идея? Твоя семья вполне способна справиться сама.

Он ничего не отвечает и снова идёт, а я спешу догнать. По дороге в Эмери Рук ещё несколько раз переписывается с сестрой. В нашей комнате он сразу начинает собирать сумку, бросая туда вещи почти не глядя. От одной мысли, что мы разлучимся, мне становится плохо. Может, какая-то часть меня боится: если он уйдёт сейчас, то больше не вернётся и я никогда его не увижу.

— Я пойду с тобой, — говорю я. Наверное, это ужасная идея, но слова вырываются раньше, чем я успеваю их остановить. Рук замирает, и его лицо мрачнеет.

— Нет, тебе нужно остаться здесь. Если ты опять исчезнешь, они поймут, что что-то не так. Не думаю, что второй раз тебе удастся убедить их в своей невиновности.

Его слова будто ударяют меня по лицу.

Похоже, он это замечает, потому что тут же пересекает комнату и берёт моё лицо в ладони. — Пожалуйста. Останься. Иначе я буду слишком переживать за тебя. Здесь ты в большей безопасности.

— Я думала, ты говорил, что в Завесе мне будет безопаснее.

— Тебе нигде не безопасно, Поэт. Но сейчас здесь ты хотя бы можешь не высовываться.

— Я буду волноваться за тебя, — шепчу я.

Он мягко меня целует. — Я вернусь так быстро, как смогу.

Его телефон звонит, и Рук отстраняется, чтобы ответить.

— Пап, — выдыхает он, снова проведя рукой по волосам.

Из динамика доносится неразборчивый поток слов верховного командира Атиры, а Рук начинает мерить комнату шагами.

— Я еду… — начинает он, но отец снова что-то говорит. — Но… я… — Рук отвечает обрывочными фразами, каждые несколько секунд проводя ладонью по лицу от раздражения. — Пап.

На том конце продолжают говорить, а потом всё заканчивается.

Рук опускает телефон. — Он сказал мне остаться здесь, — произносит он пустым голосом. — Придерживаться плана.

Некоторое время я молчу. Я согласна с Саммитом, но видно, как сильно Рука задел приказ отца. Он раздражённо выдыхает, садится на край кровати и, сжав телефон обеими руками, смотрит на погасший экран.

— Все точно целы? — спрашиваю я. Он кивает, и волосы падают ему на глаза.

— Есть несколько раненых, но погибших нет. Почти уверены, что всех нападавших взяли. Угроза устранена. Я им не нужен.

Я подтягиваю стул и сажусь напротив Рука, протягивая руку к его ладони. — Кто это был?

— Щит часто отправляет разведывательные группы искать наши поселения. Когда их устройства попадают в определённый радиус, мы глушим сигнал, чтобы они не могли сразу связаться с городом. Обычно мы успеваем остановить их прежде, чем они передадут координаты. У Облачного Шпиля зона глушения самая большая. Так близко они ещё никогда не подбирались.

— Думаешь, генерал Сол их навела?

— Отец так не думает. Она знала об Облачном Шпиле много лет. Зачем выдавать его сейчас, когда мы заключили союз?

— Значит, либо совпадение, либо кто-то получил эту информацию через неё?

— Похоже, это самые вероятные варианты.

— А если она пострадала? Может, нам как-нибудь связаться с ней?

Рук качает головой. — Папа этим занимается. У них есть способы связаться друг с другом, если понадобится.

— И что теперь?

— Придётся подумать о переезде.

— Как? Это же чудовищно сложная операция.

Он кивает. — Да. Но мы всегда были к этому готовы. Понимали, что однажды нас могут обнаружить, как бы осторожны мы ни были.

— Куда вы поедете?

— У нас заранее отмечены другие места. Понадобится время, и, возможно, переезд вообще не потребуется, но кто-нибудь уже начнёт оценивать варианты.

— Но это же твой дом, — тихо говорю я. — Это несправедливо.

Он мрачно смотрит на меня. — Такова жизнь в Завесе, Поэт. Всё временно. Всё всегда стоит на грани того, что у тебя это отнимут.

— Ненавижу это. Всё это ненавижу.

— Знаю. Но бессмысленно мучиться из-за того, чего мы не можем изменить. Нам нужно найти лекарство и убраться отсюда. Если Щит хочет и дальше скрывать его от собственного народа — их дело. Но когда лекарство окажется у нас, в моём мире изменится всё.

В его мире. Не в моём.

Будущее снова встаёт между нами.

Вопрос о том, что будет, если — и когда — мы найдём лекарство.