Рассвет ярости и гнева - Мелисса Рёрих

— Если понадобится, я с этим разберусь, — ответила Тана и решительно прошла через пропускные пункты, оказавшись в шумном вестибюле портальной станции.

Стражи остались позади, и пока они пробирались сквозь толпу, путешественники старались держаться от них подальше. Но только когда их проводили в ожидающий автомобиль, между ними завязался разговор.

— В чем дело, Тана? — спросил Теон, устраиваясь на кожаном сиденье.

Тана поерзала, взяла стакан воды, который протянул ей Гатлан, и передала его Теону.

— О том же, о чем в последнее время говорят все, — ответила она.

— Прости мое невежество, но на собраниях, где я присутствовал, обсуждалось слишком много тем.

— Насколько я понимаю, у тебя часто находились «дела поважнее», чем посещение собраний. Так или иначе, твой отец охотится за Источником, который его покинул. И твой долг вновь напоминает о себе, — сказала она, делая глоток из своего стакана. — Но тебе стоит подготовиться. На этом собрании снова будут решать судьбу твоего не-Источника.

Теон не смог сдержать резкий смешок.

— Они хотят решить судьбу Тессы? Похоже, ей все равно, что они там скажут, если слухи правдивы.

— Убедись сам, — сказала Тана, поднимая руку и указывая в окно.

Теон повернулся, вглядываясь сквозь тонированное стекло, и если бы с детства его не приучали всегда сохранять самообладание, черты его лица выдали бы потрясение, которое пронзило самую глубину души.

Там, где когда-то возвышался Пантеон, господствуя над всем Акрополем, теперь не осталось ничего, кроме обломков камня и мрамора. Колонны, ступени, статуи, стеклянные элементы — все было разрушено. И дело было не только в Пантеоне: они находились на улице у подножия холма, и разрушения охватили все окружающие здания. Радиус разрушений был настолько велик, что в него попало даже здание Трибунала.

И все, о чем он мог думать, — о том, как жаль, что его там не было, чтобы увидеть это… Увидеть ее… То, как она все это обрушила. Боги, она, должно быть, была поистине завораживающим зрелищем: дикой, яростной, неукротимой и потрясающей.

— Есть жертвы? — хрипло спросил Теон.

— Только жрицы и несколько представителей Наследия, — ответила Тана. — Ни одного фейри.

Он бросил на нее взгляд, потом снова уставился на руины.

— И где, собственно, они собираются проводить собрание, если все значимые здания превратились в развалины?

— В поместье Селесты, — ответила она. — После нелепых и бесконечно долгих дебатов, разумеется.

— Разумеется, — усмехнулся он и снова откинулся на сиденье. Если так, то ехать им не меньше двадцати минут. — А тебя послали встретить именно меня?

— Моя мать убедила их, что у меня больше шансов тебя уговорить, но они не возражали бы и против применения силы, если потребуется.

— Ну разумеется, — сухо произнес он, сжимая пальцами стакан с водой. — Есть сведения, что ее видели там. Джоув и Леди.

Тана кивнула.

— Моя мать видела это своими глазами. Тесса и Лука. Тристин Блэкхарт. Еще три женщины и двое мужчин. Они в смятении, Теон. И пока они обсуждают ее судьбу, они заодно обсуждают и твою.

— Мою? — он замер, пораженный.

— Она — твой Источник.

— Которого у меня отобрали, — рявкнул он, и в груди вспыхнула знакомая ярость.

— Им нужно найти кого-то, на кого можно возложить ответственность, — спокойно пояснила она. — Они должны показать королевствам, что предпринимают хоть какие-то действия.

— То есть ты везешь меня на мой собственный гребаный суд?

Тана пожала губы и ее молчание стало достаточным ответом.

— Я не думал, что расплата по моим долгам будет заключаться в том, чтобы отвечать за чужие ошибки, — добавил он, стискивая челюсть.

У него не было времени на все это дерьмо.

— Чужие ошибки? — переспросила Тана.

— Тессу у меня забрали. Даже твоя мать согласилась, что ей лучше оставаться со мной, но настоял на своем именно Рордан. Это он допустил, чтобы все это произошло. Она была под его опекой, когда начался весь этот пиздец, но отвечать за это должен я?

— Ты сам выбрал ее как Источник, — осторожно заметила она.

— Я не знал, кем она была. А те, кто сейчас восседает на тронах, не могут сказать того же, — выплюнул он.

— Ты… ты хочешь сказать, что они все знали с самого начала?

— Рордан — уж точно, клянусь богами. Леди? Не уверен, знали ли они, кем она является, но они точно знают, что метки Источника — это грубое искажение других, куда более священных меток.

Тана притихла. Прошло не меньше пяти минут, прежде чем она тихо, словно боясь, что их могут подслушать даже здесь, спросила:

— Ты хочешь сказать, что не согласен с тем, как управляют Деврамом?

— Я не…

Он осекся и провел рукой по волосам, а потом выругался про себя за то, что растрепал прическу перед тем, как предстать перед правителями мира.

Стоит ли признаваться в этом Наследнице королевства, с которым они враждуют? Впрочем, в конечном счете, а какая уже разница?

Он и так уже замышлял восстание вместе с Акселем. Рано или поздно это все равно всплывет. Поэтому он глубоко вдохнул, посмотрел ей прямо в глаза и произнес:

— Да, пожалуй, так и есть.

Автомобиль остановился, и Тана положила руку на бедро Гатлана, останавливая его, когда тот потянулся к двери.

— Будь сегодня осторожнее, Теон. Переживи это. И, возможно, мы сможем продолжить этот разговор.

У него не было времени спрашивать, что она имеет в виду. Гатлан распахнул дверь и вышел, затем помог выбраться Тане. Теон последовал за ними, мгновенно вживаясь в ту роль, к которой его готовили всю жизнь: холодную, мрачную, безразличную.

Наследник Смерти.

Фейри проводили их внутрь, забрав пальто у Гатлана, а затем повели по коридору в большую гостиную. Он едва сдержался, чтобы не закатить глаза, увидев, как обставлена комната: с одной стороны, стояли шесть мягких кресел, по периметру на диванах сидели Наследники со своими Источниками, а в центре комнаты возвышалось одинокое кресло с высокой спинкой.

Теон прошел мимо него и занял пустое кресло, предназначенное для Лорда королевства Ариус.