Средневековая история - Галина Дмитриевна Гончарова

– Джейми!

То ли стон, то ли мольба… Ричард и сам не знал, что он хочет сказать.

Ну сотвори же ты чудо! Ты докторус! Ну!!!

Да доктор, увы, не бог и не маг.

– Прости.

В этот раз смерть выиграла вчистую. Джейми видел рану и понимал, что даже если сразу бы… нет, ничего он не смог бы сделать, разве что еще пару минут подарить…

Сволочи.

Оставалось спасать то, что еще можно было спасти. К примеру, самого Ричарда, которого в таком состоянии тараканы бы лапами запинали.

– За мной!

В критических ситуациях лекари умеют командовать не хуже генералов. А потому Джейми пинком открыл дверь в дом и внес туда тело Тиры. Положил на кровать, хотел втянуть Ричарда, но принц и сам зашел. Кажется, он плохо понимал, что происходит и на каком он свете. Понятное дело, шок.

Единственное, на что хватало его разума – не расставаться с Тирой. Ни в коем случае не расставаться…

Ричард опустился на пол рядом с кроватью, на которую лекарь положил тело девушки, и крепко сжал ее руку в своих ладонях.

Больно… как же больно.

Джейми что-то накапал в стакан, поднес к губам Ричарда.

– Залпом.

– Что это?

– Пей, – рыкнул докторус, окончательно забывая про субординацию. – Так надо!

Ричард кивнул и опрокинул стакан.

Джейми с удовольствием проследил, как его глаза становятся туманными и сонными. Хорошая штука – опиум, учитель Тахир лично из Ханганата выписывал. Дозировку он знает, а несколько часов сна Ричарду не повредят.

Что там за окном?

Джейми выглянул, и понял, что можно не беспокоиться. С двух сторон поселка друг к другу пробивались два гиганта.

Олав Хардринг вращал над головой здоровущий топор и ревел, как бешеный медведь, обещая врагам все кары земные и небесные.

Лейф Эрквиг обходился мечом. Но в его руках длинная полоса стали казалась невесомой, так легко она летала по сторонам. И оставлять живых врагов мужчины не собирались.

Непозволительная это роскошь, живой враг.

***

Джейми не собирался отходить от пациента и оставлять Ричарда беззащитным. В дурманном сне… нет уж! Да и потом его лучше одного не оставлять, факт.

В битве от него проку мало, лучше подождать здесь, пока все закончится. Арбалет зарядить, положить под рукой, и готовиться к любому исходу. Джеймс не знал, что происходит, но…

Это не повод помирать, словно баран на скотобойне!

Так что когда Лейф ворвался в дверь, его встретил наставленный арбалет. Вирманин сплюнул и стащил шлем.

– Джейми!

– Лейф! – с искренней радостью отозвался барон Донтер. – Все кончено?

– Да. Что тут?

– Что-что… плохо!

Лейф и сам уже увидел два тела. И сказать сразу, что одно живое, а второе нет…

– Ричард?

– Жив. Но Тиру убили

Джейми вздохнул, грустно и тоскливо. Последствия Лейф сам мог прекрасно домыслить. Сохранит ли принц рассудок после такого, Джейми не знал. Тут и лучший докторус не поможет, надо душу лечить, а как? Может, Тахир дин Дашшар или Лилиан Иртон и знали бы, что именно надо делать, а ему откуда?

Оххх…

– Холош!

Ладно, выразился Лейф гораздо более витиевато, но приводить его речь смысла не имело. У Джейми даже уши покраснели.

– Да уж, не маргаритки с ромашками.

– А Рик?

– Я ему снотворное дал. Часа на два его вырубило намертво.

– Зря…

Джейми безнадежно махнул рукой. Зря, не зря… чего уж теперь?

– Ты их вместе видел?

– Да.

– Тогда чего рассуждаешь? Он ее любит до безумия… вот, чтобы не рехнулся. Драться его, что ли, выпускать в таком состоянии? Он же первый удар пропустит.

Лейф медленно кивнул,

Да, пожалуй.

Случись что-то с Ингрид… Олайв, не допусти! Флейна, защити мою любимую!

– По-онял.

Да, пожалуй, это было самым милосердным. Или смерть в беспамятстве, или…

– Что с ним?

А это уже Олав Хардринг. Враги там, не враги, а дипломатию никто не отменял. Ну и душевное спокойствие. А то схватку бы вирмане выиграли, а войну с Ативерной себе на шею повесили. Первым делом Олав решил удостовериться, что Ричард жив. И слышал часть разговора Джейми с Лейфом. И слышал, и одобрял.

От смерти любимой лекарства нет. Только срубить – вот так, как Джейми поступил с Ричардом. А потом принц очнется, пусть сам разбирается, хочет он жить, не хочет… только вот на Вирме не надо самоубийствовать? Пусть до дома дотерпит!

Джейми удостоился одобрительного кивка и взгляда Олава.

– Спасибо, лекарь. Я пришлю женщин. Пусть позаботятся о ней.

– Лучше присылайте ко мне раненых, – отмахнулся Джейми. – Я далеко от домика не отойду, но помочь смогу, думаю, сейчас каждые руки на вес золота окажутся.

Спорить никто не стал.

– Я пришлю своих людей, побудут с ним, – кивнул Лейф на Ричарда. Мало ли кто, мало ли что, вдруг еще недобитые враги остались? И быстро вышел.

Олав только головой покачал.

– Бедный мальчик.

И Джейми был с ним полностью согласен. Именно так.

Бедный мальчик.

И плевать, что принц. Хоть три раза. Все равно ничего кроме жалости и сострадания Ричард сейчас не вызывал.

Что-то еще будет, когда он очнется?

***

Ребят Лейф прислал почти сразу же. Двое здоровенных вояк, больше всего похожих на двустворчатые шкафы. Обоих Джейми отлично знал, обоих лечил. Так что без лишней патетики показал им на Ричарда.

– Как заворочается – зовите.

И вышел.

Его ждали раненые.

Много раненых.

Не все отбились, в эту ночь на белый вирманский песок легли навсегда восемьдесят семь человек. Только своих. Врагов было как бы не втрое больше, и это только те, кто остался на земле. А сколько полегло на кораблях, которые сейчас печально чадя, догорали на берегу? И Джейми подозревал, что до утра убитых окажется намного больше.

Олав у него над душой не стоял, ушел в темноту, и оттуда доносились дикие крики. Вирмане, по своему обычаю, выбивали из кого-то информацию.

В буквальном смысле слова.

А Джейми работал.

Обработать, зашить, перевязать, осмотреть, обработать…

Кто сказал, что это – легко?

Не разгибая спины, разве что от одного к другому перейти, не поднимая головы, вытирая мокрым полотенцем руки, а потом и лицо, с которого, несмотря на ночную пору, градом течет пот…

Нет, легкой работой это не было.

Кто-то работал рядом с ним, вирманские женщины, как могли, заботились о своих раненых, но докторус все равно был нужен.

И Джейми вкалывал, не покладая рук, когда кто-то тронул его за плечо.

– Стонет.

Одного слова хватило.

Джейми кивнул, мол, сейчас приду, аккуратно дошил рану