Имя моё - любовь - Марьяна Брай

с домом стоял «домик» размером три на три метра, не больше. Он тоже имел крышу, как у гриба, упирающуюся в заросли травы. На этой же поляне, собранная из здоровенных бревен, стояла конюшня.

Я прислушалась и, не услышав ни единого голоса, вернулась в дом. Подвесила над очагом котел для чая и заметила, что соседний котелок накрыт крышкой, из-под которой чуть заметно струится пар. Там оказалась великолепная каша, в которую лорд щедро добавил вчерашнего мяса.

— Решил поиграть в слугу? — предположила я и хмыкнула, — У богатых свои причуды. Ну ничего. Главное, нам с вами разрешили жить, как и раньше, вместе, — я повернулась к детям, продолжая облизывать ложку с кашей.

Знахарка пришла ближе к вечеру. Мы с детьми успели уже заскучать в доме, но вынести их на улицу я не решилась.

Женщина, вопреки моему представлению о том, как может выглядеть знахарка, оказалась не старой, не дурной Бабой Ягой, а вполне симпатичной женщиной лет пятидесяти. Поразили меня ее хорошие зубы. Здесь это было большой редкостью даже для знати.

Она, судя по улыбке, заметила мой взгляд.

— Кора одного дерева… — только и сказала она.

— Что кора? — не поняла я.

— Зубы. Ты тоже чистишь их внутренней стороной коры? — спросила женщина.

— Нет, у меня от природы хорошие, — только и нашлась я, что ответить, — но я бы хотела знать, что это за кора? Она есть здесь в лесу?

— Здесь нельзя выходить в лес. Медведи тут огромные! — она показала руками, как будто исполняла танец «Каравай»: «Вот такой вышины, вот такой ширины…».

— А! То-то все строения из огромных деревьев! — озвучила я свои предположения. — А как же ты пришла одна?

— Меня медведи и прочие лесные жители не трогают. Я тут своя!

— Ясно. Лорд сказал, что ты поведешь меня в малый дом. А как я оставлю детей? — запереживала я.

— Они пойдут с нами: им тоже полезно погреться. Вы же вместе мерзли в воде? — она смотрела мне в глаза, будто читала в них всю мою историю.

— Это лорд сказал? — я плохо представляла себе их диалог.

— Нет, — она засмеялась, — я и сама вижу. Они недолго, но мерзли. Там они будут плакать сначала, а потом привыкнут. Вот увидишь. Они хоть и недолго были в воде, но прогреть их надо. И страхи убрать надо. Они же все твои страхи себе забрали!

— Ладно, веди куда надо, только… если чего случится с детьми… — пригрозила я.

— Все будет хорошо, — пообещала мне женщина и повела в тот небольшой домик. Из трубы шел дым. Я даже не знала, что она его затопила, прежде чем зашла в дом.

Глава 44

Этот самый домик с печами, по сути, был местом, где разделывали и готовили дичь, пойманную на охоте. А сейчас обе печи топились, и внутри было как в бане.

Знахарку звали Маура. Она скоро принесла туда детей, и когда вошла я, крепко захлопнула дверь. Там было не душно и не особо жарко, но сидеть там под ее руководством пришлось, наверное, минут сорок. Детям было весело: они плескались каждый в своем ведре, а мы со знахаркой сидели на лавках в рубахах.

Когда мальчикам надоела эта процедура, Маура быстро ополоснула каждого и отнесла в дом. Потом, предварительно открыв печь, отчего стало в этой импровизированной бане жарко, принялась растирать меня пучками травы.

Когда я, пошатываясь, вернулась в дом в свежей, но огромной рубахе, дети спали на кровати лорда вповалку.

Напившись горячего отвара, я тоже заснула рядом с ними. Сквозь сон слышала, что знахарка хозяйничает в доме, гремя котелками, но открыть глаза не было сил.

Проснулись мы уже на закате. С улицы было слышно голоса мужчин, которые что-то громко обсуждали. Я встала и выглянула в окно. Пятеро всадников спешивались. Вокруг них суетились мужчины.

Распереживавшись, что у меня нет чистого платья, я бросилась в свою комнату и нашла своё изгвазданное чистым. Мауры в доме не было. Но что-то похожее на рагу и разваренное на кости мясо в котелках еще было теплым.

— На твоих щеках появился румянец, — с порога заявил вошедший лорд. Как только мальчики его услышали, слезли с кровати и заторопились навстречу.

— Да, знахарка сотворила чудеса! И у меня в груди больше не болит, и дети порозовели, как маленькие поросята, — мне неудобно было смотреть на лорда. Но, подняв голову, я обрадовалась, что он наклонился к мальчишкам.

— У нас была хорошая охота. Сейчас люди разберут наши трофеи и проводят моих гостей в замок, — лорд поводил носом, — хорошо, что у нас есть еда. Мне кажется, я съел бы целого оленя!

— Маура приготовила, прежде чем исчезнуть. Мы спали после ее бани все вместе, — было несколько неудобно, что сама я ничего так и не сделала.

— Хорошо. Пока вы накрываете на стол, я попрощаюсь со всеми и присоединюсь к вам, — лорд улыбнулся мне, как другу и вышел.

Было непонятно, какого черта он остается в доме, когда у него гости, которых нужно принять в замке. В голове роились предположения, но основным, наверное, был его страх, что я снова сбегу с детьми.

Я одела мальчиков, подложила дрова в очаг и, пока еда разогревалась, поставила на стол тарелки, нарезала хлеб и сыр. Осмотревшись, нашла кувшин с напитком, напоминающим крепкое пиво, и тоже поставила на стол.

Ужинали мы молча. Я помогала есть то одному, то другому, постоянно посматривая на своего сына. И теперь или потому, что мне об этом сказали несколько человек, или же и правда сама замечала сходство с собой.

Недовольных, рассчитывавших на игры после еды детей я отвела в комнату, где спала сама. Усадила на кровать, чтобы хозяин дома мог отдохнуть.

Лорд и правда быстро закончил ужинать. А как только я убрала со стола и ушла к детям, забренчав поясом, начал раздеваться. Я рассказывала детям сказку о колобке, которую, наверное, слышал и он. Через несколько минут из соседней комнаты послышалось ровное дыхание.

Я вышла из своей комнаты, только чтобы взять воду, горшок для детей и зажечь свечу. Выспавшись днем, вся моя семья до поздней ночи не спала. Чтобы дети не шумели, мне пришлось долго еще выдумывать продолжение сказки про колобка, который женился на лисе, завел целый выводок лисобоков и стал чуть ли не царем леса.

На следующий день лорд обрадовал меня, сообщив, что за нами приедет Алиф и отвезет всех домой к Марте. Я не могла дождаться момента, когда обниму своих