Супруга для покойного графа - Лидия Орлова

— Ваше сиятельство, вы же понимаете, как важно читать сигналы, которые вам посылает даритель цветов. Иногда, отказавшись сразу от дара, можно избежать много проблем, а в иных случаях, отмахнувшись от жеста вежливости, наживают злейших врагов.

Алви, стоя рядом ждал, что я решу: остаться на очень важное, по словам леди Олиф, занятие или вернуться вместе с ним в замок.

Если бы дождь все ещё продолжал моросить, я бы имела повод перенести урок, а отказаться без причины от занятия с леди Олиф мне было стыдно. Я же должна соответствовать мужу! Тем более Алви сейчас слышал насколько важно «понимать язык цветов»!

Поэтому, со вздохом повернувшись к мужу, я сказала, что немного погуляю по саду. Тогда Алви, смущая всех, поцеловал меня, и направился к замку.

Лэла тоже была вынуждена покинуть нас, ей предстояло подготовить дополнительную гардеробную комнату для приема моих нарядов.

И мы с леди Олиф начали разбирать несколько самых удачных, по ее словам, сочетаний поздних осенних цветов, когда она неожиданно сказала:

— Ваше сиятельство, я хотела бы выразить вам свою искреннюю благодарность за понимание.

Я по привычке всегда с ней соглашаться сперва кивнула, а потом с удивлением на нее посмотрела.

— Вы не пожаловались графу Хартман на приготовленное мной зелье. Узнай граф Хартман, что я виновна в ухудшении вашего состояния, он бы меня уволил, в лучшем случае. Хотя с его-то трепетным отношением к вам, он, скорее всего, обвинил меня в покушении на вашу жизнь и, воспользовавшись законом, потребовал меня казнить.

Подобных глупых слов я от умной компаньонки не ожидала. Поэтому сказала в защиту мужа:

— Алви разумный и справедливый. Я вас ни в чем и не виню. И он бы не стал спешить с неправильными выводами.

— Ваш супруг обвинил бы, хоть я и не сомневаюсь в разумности и справедливости графа Хартман. Она все это проговорила таким уверенным тоном, что я сменила тему, спросив о цветовых сочетаниях и значении агератума и монтбреции.

Когда мы уже собрались возвращаться в замок, навстречу нам вышла госпожа Айвери и сообщила, что граф Хартман собрался уезжать и просил меня прийти в конюшню.

Вообще-то, никогда ранее Алви меня в конюшню не звал, но он никогда не покидал замка, не простившись со мной. Поэтому, не раздумывая над странной просьбой мужа, я поспешила на задний двор замка, туда, где находились конюшни.

А леди Олиф последовала за мной. Я предложила ей вернуться в замок, но она отмахнулась.

— Ваше сиятельство, я не помешаю вашему разговору с супругом. Просто постою в стороне. Неприлично молодой аристократке одной отправляться в конюшню, где много мужчин низкого сословия. Ваш супруг должен был это понимать.

Я остановилась, Алви в, общем-то, и не допускает моего общения с представителями противоположного пола. Я даже напрямую говорить с Лайонелом перестала с некоторых пор. Все указания я ему передавала через леди Олиф или Лэлу. И Кларк приближался ко мне, только когда рядом был мой муж.

— Простите, ваше сиятельство, я не указываю на ошибки графа Хартман. — Я медленно продолжила путь, своими извинениями леди Олиф сбила меня с важной мысли.

Почему-то, упоминание о большом количестве мужиков в конюшне заставили меня настороженно замереть. Даже захотелось развернуться и вернуться в замок. Неужели и меня стала проявляться интуиция? Маме ее предчувствия много нервов портили.

Но заставлять ждать мужа я не собиралась, и снова поспешила в нужном направлении.

У конюшен никого не было. Вообще. Даже лошадей никто не вел к закону и обратно. И тюки сена никто не разносил. Обычно оживленное место было абсолютно безлюдным.

— Разве не здесь вас должен был дожидаться супруг? — Спросила леди Олиф, а я пожала плечами. Одна из дверей конюшни со скрипом открылась, и я хотела шагнуть в ее сторону, только моя компаньонка, обхватив меня за запястье, начала отступать назад.

— В конюшне сейчас слишком много мужчин, нам лучше уйти отсюда, — сквозь сжатые губы произнесла она. — Оттуда доносятся голоса.

Я тоже начала отступать, хотя опасений компаньонки не разделяла. Я даже подумала, что правильнее было бы и позвать мужа. Но слишком заразным оказался страх моей компаньонки. Мы уже покидали это место, когда из конюшни вышел один человек и, издали поприветствовав нас низким поклоном, стал медленно приближаться. Он был в форменной одежде конюхов замка Хартворд, хоть лицо его мне и было незнакомо.

— Ваше сиятельство, — поклонился он, мне уже подойдя ближе, и, развернулся к леди Олиф, поздоровался и с ней. Но только она хотела что-то ему ответить, как он, неожиданно шагнув к ней, ударил ее кулаком в лицо. Моя компаньонка даже не успела вскрикнуть, как, уже бесчувственная, упала на мокрую землю.

Я подхватила юбки, чтобы бежать, но от удара ногой по ребрам отлетела в сторону и упала на собранную в кучку пожухлую траву. Крикнуть, чтобы позвать кого-то на помощь мне помешала рука, накрывшая мне рот. Конюх плотно прижал к моим губам грубую, пропахшую запахом навоза и табака ладонь. Приподняв с земли и прижимая спиной к себе, он потащил меня конюшни. Я не могла крикнуть. Даже подняться в полный рост не получалось. Но я, все же, пыталась освободиться от грубой хватки и ухватиться хоть за что-то, чтобы не попасть в конюшню, куда меня упрямо и пытались доставить.

Последним отчаянным жестом я ухватилась обеими руками за косяк входной двери в конюшню и выдержала несколько ударов по руке, не выпуская его.

Но ещё один мужик в одежде конюха подошёл ко мне спереди и ударил живот. Я, выпустив косяк, завалилась на спину. Придерживая руками, ушибленное место я поднялась вначале на колени, а потом с трудом встала на дрожащие ноги. В неосвещенной конюшне помимо тех двух конюхов, что уже поприветствовали мое сиятельство ударами, находились ещё два незнакомых мне мужика.

— Я графиня Хартман. Мой муж вас всех накажет. — Предупредила я их, переводя с одного на другого испуганный взгляд.

— После нашего-то веселого развлечения? От тебя будет стыдиться! — Расхохотался самый рослый из мужиков.

— Твой граф нам спасибо скажет, что мы показали, на ком он женат. — Я переводила взгляд с одного, кажется, пьяного человека на другого. И никак не могла поверить в то, что здесь происходит.

«Я же графиня! Жена мага!» — Хотелось мне кричать. Только горло сдавило от страха. Я никогда не была особо храброй. Сейчас же, стоя одна против четырех явно нетрезвых мужиков, я даже молитву не могла припомнить.

— Может, нас ещё денюжкой наградит твой граф. — Высоким голосом еще кто-то, веселя