Клеймо дракона - Шеррилин Кеньон

— Я вырос на историях об «Окаянном драконе», который якобы жестоко убил первого аркадианина и положил начало нашей войне. Отец внушал мне: мы никогда не должны стать такими животными. Мы должны стремиться к человечности, даже если она кажется похороненной. — Он перевёл взгляд на Дэйра и Стар. — Но, думаю, отец ошибался. Следовало больше ценить нашу драконью сущность, а не выдуманную человечность.

Дарион подошёл к Иллариону и вложил кулон в его ладонь:

— Я голосую за снятие клейма и уступаю место законному наследнику. Ты порождён из крови принца Евемона, а не моя ветвь семьи. Справедливо, если именно ты будешь создавать законы для нашего народа.

Илларион покачал головой:

«Я не могу принять это».

Дарион отступил, подняв руки:

— Теперь ты регис, «Страх-драга». Я отказываюсь от права на этот пост. Место твоё по праву.

Савитар оглядел остальных членов Омегриона:

— Для краткости — остальные согласны? Есть возражения?

Поднял руку Данте Понтис, регис пантер Катагарии. Его длинные тёмные волосы были собраны в хвост, а лицо напоминало разъярённого хищника.

— Я не против, но хочу спросить, — он повернулся к Максу. — Почему ты вообще был клеймён?

Макс с деланным равнодушием пожал плечами:

— Потому что мудак.

Данте усмехнулся:

— Учитывая, что я такой же, отношусь к этому с уважением. Но всё же, объясни.

— Настроение совета тогда было иным, — пояснил Макс. — Они были злы, их только что выпустили из клеток и рассказали о проклятии Мойр: что мы не можем выбирать себе пару, что она будет назначена, хотим мы того или нет, и что Мойры навеки обрекли нас на межвидовую войну.

«А человеческая рациональность тогда была в новинку, — добавил Илларион. — Они злились и нападали на всех подряд, особенно на меня и брата».

Макс кивнул:

— Когда они напали на меня, я ответил, как любой дракомас. Послал их к чёрту и атаковал в ответ.

Савитар фыркнул:

— Это всё равно, что накрасить губы свинье[18]. Скажем проще: отреагировал ты хреново.

— Ладно, — согласился Макс. — Я отреагировал хреново.

— Без преувеличений, — буркнул Савитар.

Макс сделал вид, что возмущён:

— Не понимаю, о чём ты. Миллион лет прошло с тех пор, как я в последний раз преувеличивал.

Савитар закатил глаза:

— В любом случае, — продолжил Макс. — Я сорвался из-за обвинений и… — он указал на потолок. — Следы драки до сих пор там. Мы чуть здание не сожгли.

— Вот тут и я отреагировал хреново, — с фальшивой улыбкой сказал Савитар. — В итоге Макса осудили, а я не был в настроении спорить с их решением. У нас у всех был паршивый день.

— Такие дни меня часто находят, — вполголоса вставил Макс.

— Да, прости, — Савитар скрестил руки на груди.

— Да уж, — саркастически заметил Данте. — Похоже на моё настроение, когда я прибил шкуру брата к стене клуба.

Савитар кивнул:

— Попросту говоря… вернёмся к нашим баранам. Или драконам. Согласны все?

— Да, — ухмыльнулся Фьюри. — Дэйр придурок, и его никто не любит.

Дэйр бросился вперёд.

Фьюри оскалился:

— Давай, мелкий ублюдок! Здесь и сейчас! Я готов потом выковыривать твою шерсть из зубов!

Вэйн схватил его и подтолкнул к Максу:

— У тебя случайно нет поводка? Или намордника?

— Нет, но думаю, стоило бы захватить с собой.

Дэйр уже рванулся в атаку, когда внезапная яркая вспышка осветила зал. Все замерли: рядом с Савитаром появились Кэдиган и Торн. Израненные, истекающие кровью, они рухнули у его ног. Едва живые.

Торн обнимал брата, словно едва успел вытащить их обоих из пасти смерти. Бледность его избитого лица подтверждала это.

Ошеломлённый Макс застыл. Оба были сыновьями могущественного демона, опытными воинами, прошедшими через бесчисленные битвы. Торн, древний полководец, обладал тысячелетиями военного опыта. И если они что-то умели…

Так это сражаться. Особенно с когтистыми, клыкастыми и крылатыми тварями.

Торн с прерывистым дыханием обхватил лицо брата с неожиданной нежностью:

— Ты всё ещё со мной, братишка?

— Ах, aye[19], boyo[20]. Только потому, что Джо надерёт мне arse[21], если я вернусь домой мёртвым.

Аналис Романо, регис снежных барсов и по совместительству врач, бросилась к Кэдигану. Торн передал брата в её руки и, поднявшись, стёр кровь с губ. Его взгляд переместился на Фанга, затем на Савитара.

— Помнишь ту ситуацию, о которой я говорил?

— Немного переборщил? — с сарказмом спросил Савитар.

— Как твой нрав на Олимпе во время вечеринки в полнолуние. Само собой, у нас серьёзная проблема. И наши имена выгравированы на этом яблоке веселья. — Торн положил одну руку на плечо Стикса, а другую — на плечо Ашерона. — Навещал маму в последнее время?

Ашерон заметно поморщился.

— Боги, что она опять натворила?

— Ну… — Торн крепче обнял их за шеи, — я просто должен узнать: чья это была блестящая идея — передать ей опеку над Аполлоном?

Стикс скорчил ту же гримасу, что и Ашерон мгновение назад.

— Этот идиот — я. Почему? Что я такого сделал?

Торн отпустил Ашерона, чтобы игриво шлёпнуть Стикса по лицу и помять его щёки.

— Мама Аполлими нашла ему нового товарища по играм, — сказал он тем же фальцетом, каким обычно разговаривают с маленькими детьми. — Она скормила его задницу Кессару. И разве мы не рады, мальчики и девочки, что у него появился новый друг?

— Боги, — повторил Закар слова Ашерона и отступил назад. — Пожалуйста, скажите, что она этого не сделала.

С саркастическим, истеричным смешком Торн отпустил Стикса, хлопнул в ладоши и отступил назад.

— Нет, погоди! Всё становится гораздо лучше! Ты ещё даже не слышал самого интересного. Сейчас охренеешь! Она решила, что было бы здорово превратить Аполлона в такую же кровавую сучку, как когда-то сделали из тебя, Закар. Да… да, именно так она и поступила.

Закар простонал и закрыл лицо руками.

Торн кивнул и похлопал шумерского бога по спине.

— По крайней мере, ты видишь приближающуюся катастрофу.

Ашерон впился в него взглядом.

— Просвети тех из нас, кто не видит.

Торн отошёл, чтобы продолжить:

— Короче говоря, Кессар питался от бога, и они заключили союз, чтобы объединить свои весёлые натуры и добрые души. В результате Аполлон напал на Олимп.

— Нет, — Ашерон покачал головой. — Я был там. Это Кессар напал на Олимп.

— Нет, тыковка. Это Аполлон вёл этих демонов. Вот как они сюда попали. Угадай с трёх раз, чего он хотел. И мир во всём мире — точно не один из его планов.

— Месть.

Торн саркастически хмыкнул, глядя на Данте.

— Слишком просто и само