Клеймо дракона - Шеррилин Кеньон

— Ты умеешь говорить, я так и знал! Мне нужно, чтобы ты поговорил с моим отцом.

— А нам нужен проводник, пока твой отец не узнал об этом и не отправил сюда новых стражей, — отчеканил Макс. — Пожалуйста. Они всех убьют. Нас с братом всегда ловили, когда мы пытались сбежать. Мы знаем, что в лесу есть тайный проход, но не можем его найти.

Царевич кивнул.

— Следуйте за мной.

— Евемон! — закричала Елена. — Ты не можешь этого сделать! Если боги сказали...

— Они разумны, Елена! — резко перебил её муж. — Посмотри на них! Половина из них — аполлиты. Я не могу приговорить их к смерти. Особенно после того, что мы уже сделали с ними. — Он с горечью посмотрел на Макса. — Я их царевич. Мой долг — защищать их.

— А как же наши дети? — её голос дрогнул. — Кто защитит их, когда боги убьют тебя за гордыню?!

Евемон поцеловал её в лоб.

— Всё будет хорошо, моя драгоценная. Никто меня не убьёт. — Он повернулся к Максу и остальным, затем повёл их через тёмную пещеру. — Следуйте за мной. Я помогу вам обрести свободу.

Елена злобно взглянула на Макса у самого выхода из подземелья.

— У меня плохое предчувствие.

Макс проигнорировал её, сосредоточившись на том, чтобы вывести всех как можно быстрее. Он не верил, что стражники не нападут, несмотря на приказ царевича.

Когда последний пленник вышел, Максу стало чуть легче дышать. Они почти спаслись. Выбрались из этой жуткой тюрьмы.

Верный слову Евемон привёл их в маленький лагерь в лесу, где Макс и Илларион позаботились о ночлеге и еде для всех.

— Спасибо, — сказал Макс, оборачиваясь к царевичу, и собрался идти к Иллариону, но Евемон остановил его.

— Все эти недели ты молчал. Притворялся немым. Почему?

— Мне, как и всем пленникам, нечего было сказать, — холодно ответил Макс. — Твой дядя вырвал нас из наших домов ради тебя. И аполлитов, и зверей. Никто не спрашивал, чего мы хотим. А потом нас превратили в это... — он с отвращением посмотрел на своё человеческое тело. — Возможно, ты мечтал о силе дракона, Ваше Высочество, но ни я, ни Илларион этого не желали. Никто из нас не желал. Теперь, когда в твоих жилах течёт кровь моего брата, ты понимаешь, что мы чувствуем.

— У вас строгий кодекс чести и родства... — тихо произнёс Евемон. — И всё это из-за него?

Макс склонил голову.

— А теперь ты говоришь, что ваши боги приговорили нас к смерти за ваши деяния. Как, по-твоему, я должен к этому относиться?

— Я поговорю с отцом, — твёрдо сказал Евемон. — Он разумный человек.

Макс приподнял бровь.

«Разумный?.. Царь, который решился на дикие эксперименты с аполлитами и людьми?»

— Он любит нас, — серьёзно сказал Евемон.

«Всё верно, любит. В этом-то и беда».

— Именно любовь заставляет умных поступать крайне неразумно, — заметил Макс.

Евемон кивнул, но заверил:

— Если вы с братом пойдёте со мной, он убедится, что вы способны говорить и мыслить. Это всё изменит. Обещаю. Пожалуйста, помогите мне всё исправить.

Макс был настроен скептически. Всё было гораздо сложнее, чем казалось Евемону. Он это точно знал. Но, глядя на опустошённые лица других пленников, он понимал, что обязан попытаться.

Для них.

Илларион пробрался сквозь толпу к Максу.

«Ты же не веришь его лжи».

— Мы должны попытаться, — тихо ответил Макс.

Покачав головой, Илларион не хотел участвовать в этом, но он слишком любил своего брата, чтобы позволить ему совершать глупости в одиночку.

Итак, они вместе направились обратно ко дворцу во главе с Евемоном.

Впервые они вышли из подземелья на территорию дворца, ведущую к покоям царской семьи.

Они только что добрались до сада, когда к ним приблизился человек, поразительно похожий на Вэйна.

— Что происходит? — нахмурившись, спросил он.

— Мы идём к отцу, — коротко ответил Евемон.

Незнакомец явно не одобрил его слов, его взгляд стал мрачным.

— Что ты натворил?

Царевич устало вздохнул:

— Линус, пожалуйста. Мне нужно с ним поговорить, а времени у нас почти не осталось.

— Ты слышал, что жрец сказал отцу! — резко возразил Линус. — Мы разгневали богов. Если ты немедленно не вернёшь их на казнь, они потребуют и наши головы! Ты что, хочешь умереть?

— И что помешает им сделать это после того, как остальные исчезнут? — холодно спросил Евемон. — Боги капризны, ты же знаешь это. Я им не доверяю.

Линус указал на Макса, затем на Иллариона:

— Но ты доверился животным?

— Они не просто животные, — твёрдо произнёс Евемон. — Они умеют говорить.

Линус усмехнулся с недоверием:

— Теперь ты просто смешон. Ты случайно не съел испорченный лотос?

— Он говорит правду, — вмешался Макс.

У Линуса глаза полезли на лоб при звуке его голоса.

— Ты умеешь думать и говорить?

— Конечно, — спокойно ответил Макс.

Глаза Линуса опасно потемнели, и он шагнул вперёд.

— Это из-за тебя Дагон сделал это со мной?

— Что? — не понял Макс.

Вместо ответа Линус резко повернулся к Евемону:

— Или это сделал ты?!

— О чём ты, брат? — Евемон нахмурился.

Линус сверкнул на него уничтожающим взглядом.

— Ты всегда был любимым сыном отца. Если бы твоей жизни не угрожала опасность, я уверен, он позволил бы мне умереть… как и нашей матери.

Евемон устало покачал головой.

— У меня нет времени разбираться с твоими комплексами. Отойди.

— Ах, да! У тебя никогда нет времени, да? — презрительно бросил Линус и перевёл взгляд на Елену. — Ты забрал невесту, которая предназначалась мне, а теперь присвоил моё истинное звериное обличье. Я должен был стать драконом, а не ты!

— Что за безумный бред ты несёшь? — Евемон явно не верил своим ушам.

— Елена была моей невестой!

Она вызывающе вздёрнула подбородок:

— Я отказалась от твоей руки сразу после нашей встречи. В тебе есть жестокость, Линус, которая пугает меня. С договором или без него, я бы никогда не породнилась с вашей семьёй, если бы не встретила Евемона и не убедилась, что, в отличие от тебя, у него есть душа.

Закричав от гнева, Линус бросился на неё, но Макс успел поймать его и резко оттолкнул.

— Прекрати. У нас тут серьёзное дело!

У Линуса отвисла челюсть.

— Значит, это правда… Ты всё это время мог говорить! Ты мог убедить Дагона дать мне желаемый облик, но предпочёл промолчать? Ты убил своих, лишь бы я тоже не стал таким, как ты? Это же сделал ты, верно?!

— Что? — Макс ушам своим не поверил.

Линус вырвался и оттолкнул его.

— Вы все мне отвратительны! Вы никогда не даёте мне желаемого!

«Он сумасшедший, брат. Мы должны уйти», — прошептал Илларион