Liebe. История одной любви - Лиза Вайн

Под предлогом тура по городу я легально проводила с Ханнесом по полдня на протяжении целой недели…

Мы гуляли с ним по Андреевскому спуску, посетили музей Булгакова, Николаевский костёл, Мариинский дворец, Пирогово и много других исторических мест.

Ханнес был в восторге от нашего фуникулёра, любая поездка на нём была для него каждый раз "событием"!

Мы часто и везде с ним фотографировались, держались за руки и целовались у всех на виду вне моего района. Наверное, мы слишком увлеклись друг другом, а потому потеряли всякую бдительность…

Через неделю родители вызвали меня на "серьезный разговор"… Они даже закрылись со мной в кабинете!

— Амира-донечка, один мой ученик видел тебя три дня назад, целующейся с Ханнесом под Аркой Дружбы народов! — начал папа со строгим непроницаемым лицом.

Мои коленки вмиг похолодели, подкосились, а ладони наоборот — вспотели. Пульс начал зашкаливать…

— А вчера наша соседка, баба Люда, доложила лично мне, как видела тебя входящей и выходящей через час из отеля Ханнеса, — подхватила мама, загнав меня тем самым окончательно в самый угол.

Тупая баба Люда, она что специально осталась там и засекла время?!

— Что у тебя с Ханнесом на самом деле???

Тупик… Места для отступления нет… Да и устала я изворачиваться, врать, бегать и прятаться!

— Хотите знать честно??? У меня с ним любовь и отношения!!! — отчаянно выпалила я и тут же прикрыла глаза от страха перед апокалипсисом.

Отец громко ударил кулаком по столу и заорал на всю квартиру:

— Я так и знал, что нельзя было отпускать тебя одну в Германию!!!

Повернувшись к маме, он гневно продолжил — Это ты во всём виновата, мать! И все эти твои дурацкие уговоры о её мечте-учёбе! Вот! Пожинай теперь свои плоды!

Мама всхлипнула.

Папа нервно заходил по кабинету, резко остановился, оглянул меня, как последнее ничтожество, и с горечью добавил — Но кто же знал, что она там вместо учёбы заблядствует???

— Пап, всё совсем не так! Мы любим друг друга по-настоя… — попыталась я оправдаться и подошла к нему, как в ту же секунду получила звонкую пощёчину от него.

Моя левая щека загорела и заболела так, будто её только что обожгли кипятком

— Молчи, Идиотка!!! Ты опозорила не только саму себя, но и всю нашу семью! Как ты могла лечь под него??? Разве я для этого растил, воспитывал и лелеял тебя?!

Никогда ещё я не видела его таким разъярённым, разочарованным и… Сломленным!

Он впервые в жизни поднял на меня руку!!!

От осознания этого стало так обидно, что я выбежала и заперлась в своей комнате, где начала рыдать навзрыд.

Ди, сидевшая за уроками, пересела ко мне на кровать, чтобы утешить. Но ни её объятия, ни слова о том, что всё у нас образуется, не помогли. Мой "всемирный потоп" вышел из под контроля…

Через два часа к нам постучался папа.

Открыв дверь и увидев рядом с ним Ханнеса, я бросилась последнему на шею.

Любимый прижал меня к своей груди:

— Моё Сокровище, прошу тебя, успокойся, мы сейчас всё вместе с твоим отцом решим… — затем он обхватил своими обеими ладонями моё заплаканное лицо и нежно обцеловал чуть ли не каждый сантиметр.

Папа, молча наблюдавший за нами, неожиданно смягчился и зачем-то пригласил нас всех за стол в зале. Дианку и Назара отправил погулять на улице…

За чаем с маминым пирогом отец стал выспрашивать Йона на ломанном английском о его чувствах ко мне, как долго мы уже вместе и какие у него долгосрочные планы на жизнь.

Любимый ответил ему всё, как есть и по порядку, так что мне не было стыдно за него перед своими.

— Ханнес, раз вы интенсивно вместе полгода, то пора закрепить ваши отношения законом, — прямо намекнул ему папа.

— Па, ты что хочешь заставить его жениться на мне??? — в ужасе у меня чуть не выпали глаза на тарелку с маминым пирогом.

Папа решительно кивнул нам обоим и чётко повторил на английском то, что стало бы единственным выходом из всей сложившейся ситуации… На его взгляд!

Ханнес тоже округлил глаза, когда до него дошло то, что от него ожидалось:

— Но мы с ней ещё слишком молоды для брака, пока студенты! К тому же, людям сначала нужно пожить вместе два-три года, притереться и только потом уже расписываться…

Он предельно ясно изложил свою точку зрения папе!

— Моя дочь не будет сожительствовать без штампа в паспорте! Я не пущу её обратно в Берлин, заморожу её учебный банковский счёт, — категорично заявил папа и пригрозил в конце "классикой" в нашей семье — И выдам её замуж здесь за первого встречного!!!

— Но это шантаж, и я на него не поддамся!!! — взбешённо воскликнул Ханнес ему в ответ, как только я ему перевела, резко встал из-за стола и вышел, громко хлопнув при этом нашей входной дверью…

37. Конец всему?

Ханнес

Я вскипел. Психанул. Как бык на красную мулету в руках матадора, я взъярился на непозволительный шантаж её самодура-отца.

Никто. Никогда. Не говорил мне в приказном тоне, что я должен был сделать… Даже мой властный отец!

Я не понимал, почему наш скоропалительный брак в столь юном возрасте показался ему единственным выходом из так называемого "бесчестия" его семьи.

Любое заключённое бракосочетание не было абсолютной гарантией долголетних отношений!

Международная статистика о разводах в мире только подтверждала мой тезис о том, что регистрировать отношения нужно в более зрелом и сознательном возрасте — к 29–35 годам.

Признаться честно, тогда я никак не ожидал, что о нас поползут слухи, а уж тем более, "грязные".

Какое собачье дело их соседям или знакомым до нас??? Или им делать больше нечего?!