Возлюбленный враг ("Тени Алых парусов") - Регина Грез

помню горькую концовку. Милый Отто, мы с тобой обречены, время нас непременно осудит. Хотя сейчас я не вижу на нас вины, но ее найдут те, кто захочет найти, при желании можно найти даже черную кошку в темной комнате, даже если ее там и не было никогда, понимаешь?

— Не понимаю... о какой вине ты говоришь? Ася, может, я и виноват в чем-то, но точно не ты.

— Если бы все было так просто… Слушай, я только что поняла. Может, нам с тобой, вот именно нам с тобой уготован покой, о котором писал Булгаков. Ты читал Булгакова? Ну, конечно же, нет, но там все было ясно - успокоение надо заслужить. Мастер написал Книгу, а Маргарита пошла на бал к Сатане, они сделали что-то важное в самом высоком смысле и были вознаграждены за это Тем, кто все решает. А что сделать нам с тобой? Чем нам заслужить покой, Отто?

— Ты говоришь очень странные вещи! У тебя, наверно, опять горячая голова? Что нам сделать… что сделать… ну, не добраться мне до Адольфа, а если бы вдруг случилось чудо и фюрера сместили, ты уверена, что сразу бы установился мир? Тебе легко рассуждать с высоты двадцать первого века, а я знаю всю подноготную. И я знаю в чем истинная причина нашего поражения, русские холода и дороги тут не главная причина. Он допускал ошибку за ошибкой...

Голос Грау понизился до зловещего шепота, еще бы, он говорил сейчас ужасающие в политическом смысле вещи, за которые его следовало бы немедленно расстрелять.

— Ася, я понял потом, он же - фанатик, безумец, одержимый совершенно бредовыми идеями захвата «Третьего Рима», он погубил всех наших мужчин - героев, истинных патриотов, он не умел мыслить стратегически и не слушал умных советников. Ему боялись перечить, ему верили, как пророку… Зачем надо было метаться между Ленинградом и Москвой, зачем кровавый рывок к Сталинграду, нам хватило бы Киева и Ростова. Надо было укрепиться там и переждать морозы…

Да, эти ваши чертовы морозы! У солдат замерзала смазка в пулеметах и автоматах, отказывала тормозная система в технике. Ганс писал, что у него нет подходящей обуви… и эти зверства на захваченной территории. Не-ет, людей надо было расположить к себе, убедить пряником, а не кнутами. Они уже устали от коммунистов, они бы нас приняли. Только чуть-чуть помочь...

Я чуть с дивана не свалилась от бурного монолога. Грау сейчас подозрительно смахивал на фанатика. попробую встряхнуть его сарказмом.

— Ах, бедняжка Ганс! Фюрер забыл выдать ему валенки перед зимним походом на Русь! Все, не продолжай, иначе мы снова начнем ругаться.

— Знаешь, что самое страшное, - продолжал бормотать Отто, как заведенная пластинка. - Они все еще живы. И наши и ваши. Они пишут письма домой и верят, что война скоро кончится, по-разному для каждой стороны, но кончится. Гитлер думал, что Союз - это цепь лагерей и собак в человеческом обличье для охраны демона Сталина, а что думал Сталин… доблестная Красная Армия остановит вторжение за пару месяцев и все вернется на круги своя. Командование Вермахта отводило на взятие пограничных рубежей Советов не более получаса, а их защитники держались сутками... неделями.

Гитлер ждал цветов и благодарных слез простого русского народа, жаждущего избавления от гнета большевиков, но вы почему-то встали одной стеной, даже прежние враги объединились, чтобы нам противостоять. Можно воевать со страной, но как победить народ, нацию… идею... братство. Это заведомо невозможно!

Отто смотрел мимо меня пустыми глазами, сильно побледнел, и я всерьез испугалась за его душевное состояние. Попыталась изменить направление его мысли, сузить плацдарм.

— Самое страшное для нас с тобой - то, что зашли в тупик! Ты об этом не думаешь? Все - стенка, куда двигаться дальше, Грау? Как дальше жить? Где-то далеко набирает обороты война, а мы тут сидим в благополучной пока еще Польше и говорим-говорим-говорим одно и то же, я скоро сойду с ума. А еще этот Вальтер скоро приедет и начнет приставать.

— Я его убью! И увезу тебя, спрячу… - очнулся Отто.

— А Франц? - уныло спросила я.

— Возьмем его с собой! Мы сами его воспитаем. Не фашистом, не коммунистом, а Человеком, понимаешь? Мы построим новое общество на правильных идеях.

— Грау, ты шутишь? Некуда бежать, здесь повсюду ваши люди, в серой мышиной форме или черной со скрещенными костями под серебристым черепом - нас остановят. И потом, мне надо вернуться в свое время, просто необходимо, Отто!

— А чем ваше время лучше? Что, на планете уже прекратились войны? Русские распустили армию и перестали выпускать «Катьюши»? Русские стали жить в чистоте и порядке, богато и счастливо? И довольны все?

Он так странно произнес это слово - «катьюши»... У меня даже перехватило дыхание и повеяло чем-то родным, оттуда… из другой жизни. Но ведь Отто прав - там, в моем времени мы - русские, продолжаем воевать то с одними, то с другими… кровавый Афганистан… Чечня и весь Северный Кавказ в огне… потом Осетия... теперь Сирия и что-то на Украине непонятное и страшное назревает.

Русские по-прежнему гибнут, защищая свои интересы, свои идеи. Русские хотят мира, но для этого снова и снова идут на войну. Солдаты идут на войну, обычные молодые парни, не успевшие создать семью, продолжить себя в детях.

Конечно, внутри страны сейчас более - менее спокойно, хотя бы взять наш провинциальный сибирский городок - даром что столица нефтяного края, а то же мещанское тихое житье. Правда, в последние годы город активно разрастается, строятся новые дома, и в них заезжают молодые семьи, ожидая появления детишек.

Но кто может дать гарантии, что однажды и к нам не прилетит какой-нибудь новоявленный «Гюнтер Штольц» на своем истребителе, прикрывая стаю бомбардировщиков, и наш маленький мещанский рай не превратится в адское пекло, новую "Хиросиму".

Нет, так уже не будет в двадцать первом веке, о чем я говорю… Сейчас все может быть гораздо быстрее и ужаснее. Оружие нового поколения, самые современные разработки. Одно нажатие кнопки и целого города нет. Вместо людей пойдут в атаку умные машины.

Господи, страшно даже представить! Одно решение чьей-то холодной безжалостной воли и нет целого города.

В гостиную забежала Вита с тряпочкой в руках. Сделала нелепый реверанс перед Отто и защебетала, опустив подведенные глазки:

— Вы позволите начать здесь уборку, герр офицер? Или мне прийти позже, кажется, я вам помешала.

— Начинайте, мы уже уходим! - махнул рукой Грау.

Я заметила ехидную улыбочку польки, когда она проводила нас взглядом, не упустив из вида даже маленькую коробочку, которую