На берегу - Лора Павлов

вернулись к реальности, и давление снова накрывало нас обоих. Надвигался день, когда мне нужно было уезжать, и многое по-прежнему оставалось неопределённым у нее. Она слетала на собеседование в NFL Today, и место ей понравилось, но она не хотела, чтобы ее загнали в рамки только одного вида спорта. Так что пока держала их в запасе.

— Значит, ты все-таки едешь в Нью-Йорк? Это же так далеко, — сказала Тиа, когда мы с Бринкли разговаривали с ней по видеосвязи. Мы съездили к ней на день сразу после возвращения из Кабо, и с тех пор она постоянно звонила по FaceTime — разговаривали почти каждый день.

— Да, но ты приедешь на матч, и мы будем общаться столько, сколько сможем, хорошо?

Сейчас я часто разговаривал и с Ромео, и они с Тией за несколько недель стали мне как семья.

— Звучит как план. Бринкли, у тебя же скоро важное собеседование?

— Ага. И Линкольн поедет со мной, так что мне будет немного легче — просто зная, что он рядом.

— Его пустят на собеседование вместе с тобой? — удивилась Тиа.

— Пустят, — усмехнулась Бринкли. — Я написала статью про него, и они хотят ее опубликовать, плюс предлагают мне постоянную должность. Но, думаю, из-за того что материал именно о Линкольне, они и попросили, чтобы он тоже был там.

У меня сразу же вспыхнули все тревожные сигналы. То, что они пригласили меня на собеседование, было странным. Насколько я знал, никто в редакции не знал, что мы встречаемся. Единственное, чего не сделал этот чертов Брин Локхарт — это не раскрыл нашу с ней связь, и за это я ему был по-настоящему благодарен. Не потому что мне хотелось всё скрывать, а потому что я ни за что не стал бы рисковать её карьерой.

Так что, на мой взгляд, было весьма подозрительно, что они захотели видеть меня на интервью. Бринкли смотрела на всё прямо: Sports Today для нее был вершиной, золотым стандартом в профессии, и она этого хотела. Она не собиралась сомневаться в их просьбах. Но я — собирался. Еще как.

— Я понимаю, что ты хочешь там работать, но, думаю, вам будет тяжело жить так далеко друг от друга, — сказала Тиа, убирая волосы за ухо.

— Мы справимся. Сделаем все, что нужно, — ответила Бринкли.

— Господи, вы такие милые, что аж зубы сводит. Кстати, новости: я рассталась с Лео. Он никогда не находит для меня времени.

Я поднял бровь. Подростковые романтические разборки — точно не моя сильная сторона. И, откровенно говоря, последнее, о чем мне хотелось говорить.

— Ну а как там с погодой? — спросил я, и обе расхохотались.

— Мы обсудим Лео позже, когда останемся вдвоем, — сказала моя девушка. Мне нравилось, как она старалась сблизиться с Ромео и Тией. Это многое для меня значило.

— Отлично. Позвоню позже, — Тиа послала нам воздушный поцелуй и завершила звонок.

— Она так напоминает мне саму себя в ее возрасте, — сказала Бринкли.

— Черт, детка. Если бы я был рядом тогда, когда был озабоченным подростком, я бы за тобой бегал как угорелый.

Она подошла ближе и встала между моих ног, пока я сидел за кухонным столом.

— А теперь ты просто озабоченный взрослый?

Я рассмеялся:

— Только из-за тебя.

И это была чистая правда.

29

Бринкли

— Все должно пройти идеально, — прошептала я, пока мы поднимались на верхний этаж в лифте.

Мы с Линкольном провели прошлую ночь в его пентхаусе в центре города. Он сказал, что не будет выставлять его на продажу, пока не станет понятно, где я буду жить. Если я возьму эту работу, то останусь у него, и мы будем ездить друг к другу туда-обратно.

— Тебе не о чем волноваться. У тебя есть история, которую они хотят. Стиль письма, который их уже впечатлил. У тебя уже есть отличное предложение от Football Live, и впереди еще одно интервью. Мяч на твоей стороне. Ты не нуждаешься в них, милая. Это им повезет, если ты согласишься.

— Я знаю, но именно это место я действительно хочу. Я мечтала работать здесь с подросткового возраста.

Он кивнул:

— Просто выслушай их. И не соглашайся на меньшее, чем ты заслуживаешь.

— Тебе бы, наверное, и хотелось, чтобы они сделали мне паршивое предложение, да? — в голосе у меня звучала явная шутка, но я сразу поняла, что ему это не понравилось.

— Я хочу, чтобы у тебя все получилось, если это действительно твое. Я же говорил, что мы все уладим, что бы ни случилось.

— Я пошутила. Но, очевидно, тебе было бы проще, если бы я просто переехала в Нью-Йорк. — Я пожала плечами. — Жаль, что редакция не здесь.

— Что бы ты ни выбрала, ты знаешь — я тебя поддержу.

— Знаю, — ответила я, оставаясь на расстоянии в паре шагов от него в лифте. — Сейчас нужно сохранять профессионализм, но через час я тебя так поцелую...

— Не дразни меня, милая, — усмехнулся он, приподняв бровь, как раз в тот момент, когда двери распахнулись. Он жестом пригласил меня выйти первой.

На мне была моя любимая черная юбка-карандаш, белая блузка и черный пиджак. Волосы убраны в аккуратный пучок. Я трижды переобувалась, прежде чем остановилась на бежевых лодочках. Я так сильно этого хотела, что буквально могла почувствовать вкус успеха.

Я не знала, зачем они попросили, чтобы Линкольн пришел со мной. Не хотела делать из этого драму, особенно после того, как увидела, как неловко он себя почувствовал, когда я рассказала ему об этом. Но статья была о нем, и они хотели ее. Это была часть сделки. Я никогда не работала с изданием такого уровня, так что, возможно, для них это обычная практика — приглашать клиента вместе с автором.

— Вы, должно быть, Бринкли Рейнольдс? — женщина на ресепшене выглядела лет на тридцать пять, высокая, с блондинистыми волосами и дружелюбной улыбкой. Ее взгляд тут же переместился на мужчину рядом со мной. — А вы, значит, Линкольн Хендрикс. Я ваша большая поклонница.

Я едва сдержалась от смеха, когда Линкольн нахмурился, прежде чем быстро натянул вежливую улыбку. Он не хотел, чтобы сегодня внимание было приковано к нему — он знал, как важен этот день для меня. Сотрудница провела нас по коридору и постучала в дверь перед тем, как мы вошли в просторную переговорную.

Там сидели трое мужчин в костюмах. Они сразу подошли к Линкольну, пожали ему руки и явно растерялись от волнения. Я сразу заметила, как он напрягся. Но я