На берегу - Лора Павлов

Я не позволю ничему испортить этот день.

— А вот и звезда шоу — Бринкли Рейнольдс, — сказал он, протягивая ко мне руку.

Мужчины переключили внимание на меня и представились. Лу Колсон — президент и человек, с которым я вела переговоры. Даррел Фишер — главный юрист. Стив Монти — главный редактор. Мы уселись за длинный стол: трое мужчин с одной стороны, мы с Линкольном — с другой.

— Ваша статья — одна из лучших, что я читал за последние годы, — сказал Лу, и моё сердце тут же забилось быстрее. Он был очень влиятельной фигурой в индустрии, и такой комплимент от него был наивысшей похвалой.

— Спасибо. Для меня это очень много значит, — старалась я говорить спокойно, хотя внутри все дрожало.

Ты справишься. Соберись.

Я поймала взгляд Линкольна — он был полон гордости.

— И то, что мы наконец сможем показать читателям немного больше о вас, Линкольн, — это обеспечит нам невероятные продажи, — продолжил Лу, переведя взгляд на Линкольна. — Очевидно, мы хотим опубликовать эту статью и любые будущие материалы, которые мисс Рейнольдс согласится о вас написать.

Будущие материалы? Мы никогда об этом не говорили. Ни с ним, ни с ними.

Линкольн выпрямил спину.

— Это и есть вся история. В дальнейшем она, скорее всего, будет писать о других спортсменах.

Я чувствовала, как от Линкольна исходило напряжение, и поняла, что пора брать ситуацию в свои руки. Это было мое собеседование, и мне нужно было себя продать.

— Я также написала материал о Брин Локхарте, который пересылала вам, — начала я, стараясь говорить четко и уверенно. — Я открыта для любых интервью, которые вы захотите мне поручить. Готова выезжать в поле, освещать игры, общаться со спортсменами. — Я сделала паузу и глубоко вдохнула, потому что до боли хотела доказать, что справлюсь с этой работой. — Я мечтала работать в этом журнале столько, сколько себя помню. Я готова сделать всё, чтобы стать лучшей в своём деле. Обещаю, я вас не подведу.

Рука Линкольна легла на моё бедро под столом — он пытался меня поддержать.

— Приятно это слышать, Бейли, — сказал Лу.

Что?..

Он только что назвал меня не тем именем? Бейли?

— Ее зовут Бринкли, не Бейли, — резко бросил Линкольн, и я сразу поняла, насколько его взбесило то, куда все катится. Мне нужно было срочно перехватить инициативу.

— Простите, — пробормотал Лу. — Мы готовы выкупить у Бринкли все будущие материалы о вас, и в дальнейшем можем рассмотреть вопрос о постоянной должности.

Почему они все еще обращаются только к нему? Это мое собеседование. Я почувствовала, как сжимаются кулаки под столом, ногти впились в ладони — я пыталась не сорваться.

— Мы ведь договаривались, что сегодня речь идет о полноценной должности? Об этом шла речь в письмах и по телефону, — я приподняла бровь и посмотрела Лу Колсону прямо в глаза.

— Верно. Это начальный разговор, при условии, что мистер Хендрикс согласен на дальнейшее сотрудничество в рамках других материалов с вами.

— Ну давайте уже по-честному, господа. Ради чего мы тут сидим? Вы просто тянете время и тратите ее, к черту, силы и мое время тоже, — резко бросил Линкольн, вскипев.

— Линкольн, — прошептала я, глядя ему в глаза. — Я справлюсь.

Потому что теперь нам обоим было ясно, ради чего все это.

Они использовали меня, чтобы добраться до него.

Им никогда не была интересна я.

— Так что это вообще такое? Вы просто хотели затащить сюда Линкольна?

— У нее несомненный талант. Мы действительно хотим предложить ей работу в будущем, в зависимости от того, насколько вы готовы участвовать. Эта статья сделает ее заметной, и только потому, что она о вас, — ответил он, снова глядя только на Линкольна, будто меня за столом и не существовало. Будто я не говорила всего этого только что.

У меня кружилась голова. Веё это было полным провалом.

Ты не позволишь кучке самодовольных ублюдков себя прижать.

— А вообще работа в этом журнале есть? Кроме интервью с Линкольном Хендриксом? — это был вопрос на миллион прямо сейчас.

— Мы хотели бы сосредоточиться на Линкольне пока что.

— Да пошли вы. Вы морочите ей голову, и это по-настоящему подло, — Линкольн резко встал, повернулся ко мне и протянул руку. — Пойдем. Здесь ничего не будет.

Во мне бурлила злость. Эти мужчины были настоящими ублюдками, но я могла справиться с ними сама. Мне не нужно было, чтобы мой парень за меня говорил.

— Я справлюсь, — бросила я ему с вызовом. Но на самом деле… все катилось в пропасть.

— Нет, милая. Тут не с чем справляться. Они просто используют тебя, чтобы добраться до меня. И я этого не допущу.

Он подал мне руку, и я ее взяла. Сердце так грохотало, что я слышала стук крови в ушах.

— Мистер Хендрикс, уверяю вас, мы действительно рассматриваем для нее возможность должности в будущем, — промямлил кто-то из них.

Линкольн не ответил, и они даже не попытались заговорить со мной.

Я резко развернулась, чувствуя, как в горле подступает ком. Но, к счастью, злость победила ту грусть, что рвалась наружу. Я ткнула пальцем в Лу Колсона:

— Вам должно быть стыдно. Вы вызвали меня сюда, даже не собираясь нанимать.

— Это не так. Давайте спокойно обсудим...

Но мы с Линкольном уже шли к выходу.

Он повел меня по коридору к лифту и тихо втолкнул внутрь. Нажал на кнопку первого этажа, а я стояла, уставившись на него в полном недоумении.

Как все могло так пойти наперекосяк?

Линкольн сделал шаг ближе, но я подняла руки.

— Не надо, — сказала я, прикрывая рот ладонью, чтобы сдержать рыдания.

Слезы были такими тяжелыми, что я моргала снова и снова, отчаянно стараясь держаться. Мне не хотелось, чтобы он меня утешал. Я не могла ясно мыслить. Если бы он меня обнял — я бы просто развалилась.

Когда двери открылись, я подняла голову и с высоко поднятым подбородком прошла через вестибюль.

Мы молча дошли до парковки. Он открыл дверь пассажирского сиденья, и я скользнула внутрь.

Мы собирались остаться в городе на ночь — он утром улетал в Нью-Йорк. Планировали отпраздновать за ужином и обсудить дальнейшие шаги.

Я думала, что буду размышлять над предложением о работе и завтра снова встречусь с ними, чтобы подписать контракт.

Лу Колсон ясно дал понять в переписке и телефонных разговорах, что они собираются предложить мне