На берегу - Лора Павлов

Я никогда не буду просто чьей-то девушкой.

Я это знаю. И Линкольн это знает.

И, черт возьми, как же приятно было сказать Лу Колсону, куда он может засунуть свое предложение. Он начал мямлить и паниковать, когда понял, что не получит не только статью о Линкольне, но и никаких интервью с ним в будущем.

Потому что Линкольн Хендрикс — мой парень. А иногда — начальница здесь я.

Я пришла в редакцию журнала Strive Forward на несколько минут раньше. В этот раз я не нервничала. У себя дома я нашла некий покой — разобравшись в происходящем. Посидела, поныла, дала себе прочувствовать всё, и поняла — это не меня отвергли. Просто какому-то мужику нужна была история о Линкольне. Это имело ко мне минимум отношения, если посмотреть на вещи трезво.

Я чертовски хороша в своей профессии, и я это знаю.

Так что следующая работа — либо примет меня такой, какая я есть, либо пролетит мимо.

Потому что работа меня не определяет. Мужчина меня не определяет.

Я сама по себе. А карьера — это приятный бонус. То, что будет меня развивать и наполнять.

А Линкольн... он — моя любовь.

Он делает мою жизнь лучше. Он любит меня так, как я даже не представляла, что можно любить. А я люблю его так же сильно.

Он не определяет меня. Он дополняет меня.

Что бы ни произошло сегодня — я знала, что со мной всё будет в порядке.

Рано или поздно я найду ту самую компанию, где мне действительно будет место.

Я не узнала девушку за стойкой — с тех пор, как я работала здесь в последний раз, прошло уже несколько лет.

— Мисс Рейнольдс, Одри Эндрюс готова вас принять, — сказала секретарь.

— Спасибо, — ответила я и пошла следом за ней к переговорной.

Одри ждала меня у входа, когда та распахнула дверь. Рядом с ней стояла женщина, и в следующую секунду моя наставница обняла меня.

— Я так рада, что ты согласилась прийти на собеседование. Это Мари Харди, наш главный юрист.

Секретарь с улыбкой прикрыла за собой дверь, а я пожала руку женщине рядом с Одри, и мы все сели за стол.

— Очень приятно. Я много о вас слышала. Мы безумно рады, что вы приехали и рассматриваете возможность работать у нас, — сказала Мари.

— Спасибо, что пригласили. Я действительно очень вдохновлена этой возможностью.

Одри раздала нам бутылки воды и села напротив.

Следующие сорок пять минут она хвалила меня и вспоминала каждую статью, которую я когда-либо написала. Было приятно, что мою работу оценили. И еще приятнее — что они обе все время называли меня правильно.

— Я сразу хочу кое-что озвучить. На случай, если это вызовет у вас сомнения, — я прочистила горло.

— Конечно. Говори, мы тебя слушаем, — Одри нахмурилась, будто переживала, что я собираюсь сказать.

— Статья, которую я написала о Линкольне Хендриксе, не обсуждается как часть переговоров. Я уже договорилась передать ее в Football Live — они специализируются именно на футболе, и, по моему мнению, это лучшее место для этого материала. — Я взяла бутылку воды и сделала глоток, ожидая, не положит ли это конец нашему разговору.

— Я читала ее, когда ты прислала мне черновик. Безусловно, это было великолепно написано. У тебя настоящий дар — вытаскивать из людей нужную информацию. Никакой мишуры. Это одно из того, что я больше всего ценю в твоей работе, — Одри улыбнулась. — И я полностью согласна: Football Live — идеальное место для этой статьи. Ты знаешь, что мы не ограничиваемся каким-то одним видом спорта. Мы рассказываем об атлетах. Мужчинах и женщинах. Все виды спорта интересны нашим читателям.

Я кивнула:

— Именно это мне и нравилось, когда я проходила здесь стажировку. Я хочу быть с вами предельно откровенной, чтобы между нами не было никаких недомолвок. Я также состою в романтических отношениях с Линкольном Хендриксом. Я больше не буду брать у него интервью. У нас личные отношения, и я хочу их сохранить. Так что, если это вызывает у вас какие-то сложности — нам больше не о чем говорить.

Они переглянулись и улыбнулись.

— Нравится мне твой характер. Встречаться с профессиональным спортсменом — это нелегко. Мари может это подтвердить, — сказала Одри с хитрой улыбкой.

— Мой муж — Майк Кабо, — сказала Мари.

— Тот самый баскетболист, который набрал больше всех очков в прошлом сезоне?

— Он самый. На работе я использую девичью фамилию. И прекрасно понимаю, как важно ставить отношения на первое место. Уважаю твой выбор больше, чем ты можешь представить.

— Значит, теперь мы не пишем ни о Величайших всех времен игроков НФЛ, ни о Самых ценных игроков баскетбольных площадок, — усмехнулась Одри. — Повезло вам обеим, что я люблю человеческие истории. И наши читатели тоже. Мы ищем тех, кто добился всего вопреки. Атлета, которого никто не воспринимал всерьез, но он не сдался и добился успеха. Тебя это все еще привлекает, Бринкли?

— Еще как, — ответила я.

— Я волновалась, что ты не захочешь переезжать, но раз Линкольн теперь живет здесь, у нас появился шанс, — сказала она с улыбкой.

Следующие три с половиной часа мы разговаривали о любви к спорту и спортсменах, которые нас вдохновили. Мы с Одри по очереди делились историями о любимых статьях.

Когда я вышла из офиса, я уже точно знала — я нашла своё новое рабочее место.

Все встало на свои места.

Я встретила нескольких сотрудников — кого-то знала еще по прошлым годам, кто-то присоединился позже. Они сделали мне отличное предложение. Я забрала контракт с собой, чтобы изучить его, и договорилась прийти завтра, чтобы подписать и официально начать работу.

Одри и Мари обняли меня на прощание — тут никто не заморачивался на пафос.

Это было в моем стиле.

Я знала, что расцвету здесь. А именно этого я и искала.

И бонусом — компания находилась в том самом городе, где теперь жил человек, которого я любила.

Я спустилась на лифте вниз и села на скамейку в просторном вестибюле. Достала телефон, открыла семейный чат и набрала сообщение.

Все прошло просто идеально. Они потрясающие. Это именно то, что я искала.

Джорджия

Я так и знала! Тебе просто нужно было найти свое место, Бринкс. Ты уже подписала с ними контракт?

Решила немного поиграть в недотрогу. Сказала, что принесу его