Пара для короля Аркавии - Хоуп Харт

Меня пронзает чувство вины. Несколько мгновений назад эмоции Вариана представляли собой смесь безнадёжности, печали и стыда. Этот суровый воин, сделавший всё возможное, чтобы обеспечить будущее своему народу, чувствует, что никогда не станет достаточно хорошим. Я хочу сказать ему, что проблема не в нём. Но мой желудок сжимается при мысли, что если бы Вариан был человеком мужского пола и мы встретились бы при нормальных обстоятельствах на Земле, я бы влюбилась в него по уши.

Что это говорит обо мне?

Возможно, я страдаю стокгольмским синдромом. Ведь я утешаюсь в объятиях человека, который виноват во всех моих проблемах. Я вздыхаю и на мгновение прячу лицо, прижимаясь сильнее, вдыхая его запах.

— Харлоу.

— Да? — Я прижимаюсь ближе. Как он так вкусно пахнет?

В его голосе полно веселья, когда он хватает меня за платье сзади, оттягивая от себя, с снисходительным выражением на лице.

— Нам пора идти, пара. Это необходимо сделать.

Я вздыхаю.

— Хорошо. Как насчёт такого? Я сойду с корабля сегодня, и ты позволишь членам ЧПА воссоединиться с другими людьми, не чувствуя себя так, словно они в клетке зоопарка.

Его лицо темнеет, и я поднимаю бровь. Если он ищет что-то, на чем я могу сосредоточиться, это идеальный вариант. Мой напарник рисковал своей жизнью ради меня. Я не хочу, чтобы он жил в изоляции в какой-нибудь странной тюрьме Аркавии.

— Смотри, — быстро говорю я. — Я понимаю, что некоторые из этих парней — плохие люди для Аркавии. Но если ты дашь им понять, что за ними постоянно наблюдают, это просто докажет им, что ты злодей. Если ты дашь им шанс, они могут тебя удивить. Кроме того, я уверена, что есть способы следить за всеми так, чтобы они об этом не знали. Видит бог, у тебя есть технологии.

Вариан думает, разозлившись, когда в дверь постучали ещё раз. Он открывает рот, чтобы зарычать на них, и его рога выпрямляются, когда я затыкаю ему рот рукой. Его глаза темнеют, и я вскрикиваю, когда его язык высовывается и ласкает мою ладонь.

— Это приемлемо, — говорит он, когда я убираю руку.

— Ты коварный король, — говорю я ему, затем вздыхаю, поднимаясь на ноги. — Думаю, тебе лучше починить моё платье. Давай сделаем это.

Глава 29

Харлоу

Аркавия прекрасна. С того момента, как мы покинули корабль, у меня открыт рот, а шея болит от стремления увидеть всё, что только можно.

Капсула, в которой мы находимся, впечатляет даже больше, чем всё, что я видела до этого на Земле. Стороны абсолютно прозрачные — материал, похож на стекло, — и они позволили мне изучать эту странную планету. Вариан решил управлять капсулой сам, а его охранники следуют за нами в своих больших капсулах.

Я выдыхаю. После моей панической атаки на корабле Вариан обращается со мной как с бомбой, которая может взорваться в любой момент, и я подняла брови, когда он ещё раз посмотрел на меня.

— Со мной всё в порядке, Вариан. Я обещаю, что у меня больше не будет срыва.

Он тянется к моей руке, нежно поглаживая мою ладонь.

— Я буду рядом, если у тебя случится срыв, маленькая человечка, — говорит он, и я киваю, возвращая своё внимание к пейзажу.

По словам Вариана, мы приземлились в столице. В отличие от Земли, Аркавия не разделена на разные страны. Несмотря на то, что существует множество регионов, вся планета доступна всем аркавианам без необходимости получения паспортов или виз. В столице базируются и парламент, и члены королевской семьи, и хотя у аркавиан есть своя собственная версия политиков, Вариан обладает высшей властью и должен подписывать новые законы или изменения к существующим законам.

— Ты когда-нибудь слышал поговорку об абсолютной власти, здоровяк? — спросила я, и Вариан просто насмешливо поднял одну бровь.

— Нашей планетой успешно управляли на протяжении тысячелетий. Нам не о чем беспокоиться, пока законный король на месте.

— Угу, — подтвердила я.

Он просто улыбнулся.

— Сама увидишь.

Я возвращаю своё внимание к настоящему, когда Вариан указывает вдаль, где высокое здание устремляется в небо. Его можно описать только как замок, за исключением того, что снаружи он, кажется, сделан из того же материала, что и эта капсула.

— Это стекло?

Вариан качает головой.

— Не в том смысле, который ты имеешь в виду. Хотя оно похоже на человеческое стекло, оно намного прочнее и устойчиво к грязи и пыли.

Я смотрю на башенки и шпили, отражающие солнце там, где они пронзают небо. Мы летим через город, но здания, сделанные из одного и того же прозрачного материала, окружены лесами.

— Я больше не в Канзасе, — бормочу я. — Когда я смогу увидеть брата?

Последние несколько дней были насыщены событиями, и у меня не было возможности увидеть, как Джош приспосабливается.

— Скорее всего, ты скоро его увидишь, так как вы оба пойдёте к целителям, — говорит Вариан, и я напрягаюсь при этом напоминании. Он бросает на меня взгляд.

— Не начинай спор сейчас, половинка моя. У нас будет более чем достаточно времени, чтобы обсудить, почему тебе нужен ални.

— Никаких дебатов, — бормочу я.

— Ты просто решил, что я что-то должна сделать, и я по-твоему последую твоему велению.

— Если бы только это было правдой.

Через несколько минут мы приземлились возле замка.

— Наши советники работают здесь каждый день, — объясняет Вариан. — Они принимают законы и обсуждают торговые соглашения. Наши апартаменты находятся в этом же здании, но далеко от моих советников.

Я киваю. Это облегчает задачу, когда ему нужно созвать совет.

— Теперь ты познакомишься с моими родителями, — говорит он, и мои ладони начинают потеть. Сильно. Нет ничего лучше встречи со своими родственниками-инопланетянами после межпланетного путешествия и полномасштабного кризиса.

— Не волнуйся, пара. Мой отец полюбит тебя.

— И твоя мама?

— Может быть, ей потребуется немного больше времени, но она никогда не заставит тебя почувствовать себя нежеланной. Она была в восторге, когда узнала, что я нашёл свою пару.

Ага. Что она почувствовала, когда я сбежала?

— Расслабься, — говорит мне Вариан, и я вздыхаю.

— Послушай, Вариан, то, что ты чувствуешь мои эмоции, не означает, что ты также можешь их контролировать. Любая женщина будет нервничать при первой встрече с родителями своего… парня.

— Парня? — Он хмурит брови, и я, должно быть, устала, потому что посчитала его милым. — Мне не нравится это слово.

— Да, думаю, к тебе это не относится.

— Слово, которое ты бы принял, — пара.

Вариан ловко маневрирует капсулой, и мы приземляемся почти без удара. Он протягивает руку и отстёгивает меня, наклоняется