Развод. Гори все огнем - Иден Хол

Руслан уставший, прихрамывающий и держащийся за ребра, но все равно улыбается другу. Кажется, это их привычное поведение, когда ты врач, а друг пожарный, встречи неизбежны. Вот такое, когда одному требуется помощь другого.

Яркий свет в смотровой будто отправляет меня в прошлое в тот момент, когда все только начиналось. А сейчас я словно в другой жизни, а от старой скоро останутся только воспоминания.

Нас осматривают, берут анализы крови, многовато на мой вкус, но возмущаться нет сил. На ночь действительно определяют в палату и невероятным чудом, она одна на двоих в отделении неврологии. Глеб забирает нас в свое царство, чтобы не разлучать.

После капельницы и уколов мы оба отключаемся на соседних кроватях. Слишком истощены физически и морально.

Утро начинается поздно, успокоительное заставило спать нас крепко и долго. Все тело сковано от ушибов, хорошо, хоть голова уже так сильно не болит. Руслану пришлось наложить швы на затылок, разбившаяся бутылка разрезала кожу. Поэтому он спит на животе, свесив руку с края кровати.

Я дремлю, иногда открываю глаза и любуюсь его спокойным расслабленным видом. Потом вновь прикрываю. Нас долго никто не беспокоит, пока я не слышу тихий стук в дверь палаты. Приподнимаюсь с подушки, это Глеб Михайлович, навестил нас с какими-то бумагами в руках.

– День добрый, Татьяна Ковалева, – улыбается загадочно симпатичный доктор. Под той фамилией я лежала у него в первый раз.

– Добрый, но теперь я Миронова, – тихонько отвечаю, чтобы не разбудить Руса. Моя девичья фамилия мне нравится больше, не хочу больше иметь ничего общего с Костей и его фамилией.

Буквально пару дней назад мне сказали, что суд согласен на ускоренную процедуру развода и я вот-вот стану свободной. Осталась только бумажная формальность и кое-какие вопросы с разделом имущества, ведь с Костиными махинациями это все троекратно усложнилось.

– А лучше Волкова, – раздается с соседней кровати. Кто-то тоже проснулся.

В шоке поворачиваюсь к нему. Это он что сказал? Предложил мне…

– Конечно, лучше, особенно учитывая… – говорит Глеб и замолкает.

– Учитывая что? – Руслан приподнимает голову, глядит на него сонно, но сурово.

Я ничего не понимаю, но отчего-то начинаю волноваться.

– Вот, Татьяна, ты вправе сама решить, что делать с этой информацией, – лукаво уходит от ответа Горин и протягивает мне бумагу.

Я беру ее в руки и пробегаюсь глазами, это анализ. Это… меня бросает в жар. Я вижу то, что я вижу? Иммуноферментный анализ… хорионического гонадотропина человека…

Кажется, у меня сердце останавливается.

– Как такое может быть? – выдыхаю почти без звука.

– Я же сказал, что пока ни одно средство не давало стопроцентной гарантии, медицина еще не смогла добиться полного эффекта…

– Вы о чем?! – резко садится Руслан и тут же хватается за голову. – Садисты. Ммм. Моя голова. Что там у вас? Тань? – свешивает ноги с кровати, смотрит на меня, на Глеба, снова на меня.

Мои глаза наполняются слезами, я внезапно разучилась разговаривать, ни одного слова не могу из себя выдавить, они просто перестали передавать весь спектр мыслей и эмоций, что я сейчас испытываю.

Поэтому просто протягиваю Руслану лист.

Он берет его, читает, хмурится, а потом застывает, брови взлетают вверх, рот приоткрывается. Поднимает взгляд.

– Беременна?!

Я в таком же шоке, как и он, а быть может, даже в большем. Потому что я уже почти поставила на себе крест, надеялась только на то, что в Москве смогут предложить какое-то лечение или другие варианты. А оно…

Мы смотрим друг другу в глаза и в них обоюдное неверие в собственное счастье. Быть этого не может!

– Ты уверен? – Руслан первым отмирает, поворачивается к Горину, – это не может быть ошибкой?

– Нет, этот тест точный, плюс вы сами описали мне вчера симптомы, я потому и добавил анализ в список. Ну что вы как маленькие? Обнимитесь, поцелуйтесь! – машет на нас руками. – По вам видно, что уже пора имя придумывать.

Смеется, зараза. А я сейчас расплачусь.

Но мы с Русланом как по команде подлетаем с кровати и врезаемся друг в друга объятьями. Я не могу поверить! Это самое невероятное, что могло с нами случиться! Именно сейчас!

И вообще!

– Люблю тебя, – зацеловывает меня Руслан, – с ума сойти. Вот это подарок! Боже, Таня! – впивается в губы жарко и сладко.

– Руслан, – выдыхаю шокировано, – ты правда… ты хочешь этого?

– Шутишь? С тобой больше чем с кем-либо! Девочка моя, конечно же, хочу! Даже не сомневайся ни на мгновение!

– Я даже… не знаю, что сказать, – я вроде бы смеюсь, но и слезы почему-то бегут по щекам. – Все так внезапно. Мы же… не планировали, мы только… – я не могу мысли собрать, они все разбегаются от шока.

– Ты же так этого хотела! Разве можно упускать такой шанс? Мы себе никогда этого не простим! Я обещаю, ты не пожалеешь! И у нас есть всего одно крошечное препятствие.

– Какое? – хлопаю мокрыми ресницами.

– Ты все еще не Волкова, – улыбается мне в губы. – Но это поправимо. Ты же станешь Волковой? Тебе нравится моя фамилия? Мой дом? Мой ресторан? Мое… все?

– Мне нравишься ты, – шепчу в ответ, целую, закрывая глаза от накатившего волной счастья. – Остальное неважно.

– Настоящая Волкова. Принято. Я больше вас не отпущу. Вы теперь мои. А я ваш.

Эпилог 1

Таня

Не могу поверить, что пролетел уже почти месяц с пожара в ресторане, я иду по залу, вдыхаю знакомые ароматы кухни, машинально глажу пальцами гладкую поверхность деревянной барной стойки. Ей тоже немного досталось на пожаре, пришлось сменить почерневшую столешницу.

Присаживаюсь на высокий стул и машинально кладу руку на живот, он еще даже не выпирает, но от мысли, что внутри меня теплится маленькая новая жизнь, я просто взлетаю от счастья.

– Чаю или кофе? – подходит ко мне молодой бармен, Руслан недавно взял нового, чтобы распределить равномерно смены. Посетителей в последнее время стало намного больше, закрываемся сильно позже полуночи.

– Чаю с лимоном, Иван. Спасибо, – улыбаюсь ему тепло. Очередной спасенный Русланом парнишка, который чуть не попал в криминальную среду, потому что не мог найти нормальную работу.

Барменил по ночам в клубах, чтобы прокормить больную мать, пока она ночью чуть не сожгла случайно их квартиру. Через друзей пожарных Ивана привели к нам в ресторан, и Руслан его сразу взял на открытую вакансию.

Мой неисправимый спасатель.

У него работы, кажется, все прибавляется,