Любовь на поражение - Анна Олеговна Ковалева

А я кайфую даже от этого ее бешенства. Даже такие эмоции воспринимаю как ласку, купаюсь в ней.

И представляю, как нам будет классно в койке. Спалим же всё к херам, как только дело дойдет до интима…

Жаль, что этого самого интима на горизонте не предвидится, а обломится мне, похоже, только удар по драгоценным фаберже.

Но похер, главное, увезти Вику подальше от этого типа.

— Руслан, послушай. — Вика нервно передергивает плечами и поправляет растрепанные мной волосы. — Это не то, о чем ты подумал. И он не мой парень.

— Не надо, — Руслан кривится. — Оставь эти отмазки. Жаль, Вика, я-то думал, что ты другая. Особенная, чистая, неземная. А на деле такая же, как все. Лживая шкура, готовая запрыгнуть на любой член без разбора.

Вика мигом бледнеет, явно потрясенная услышанным, а я с трудом подавляю в себе желание впечатать рожу ублюдка в стену.

Нет, рано еще. Пересчитать зубы уроду я всегда успею. Сперва надо показать Вике, с кем она связалась.

Чтобы не обвинила меня потом во всех грехах. А то сейчас я для нее явно враг номер один.

— Да что ты? — ухмыляюсь, делаю шаг вперед и склоняю голову набок. — Если Вика для тебя была такая особенная и святая, зачем притащил в этот гадючник? Даже отель не снял, хотел быстро оприходовать в этой вот комнате?

— Дима!

— Да глаза разуй уже, Вика! — рыкнул я. — И осмотрись вокруг! Ты же не дура, в конце концов! Можешь сложить два и два. Думаешь, он тебе здесь Лермонтова и Блока читать собирался?

Вика обдает меня колючим взглядом, но замолкает и комнату всё же осматривает.

Видит алкоголь, кальян, явно заправленный чем-то забористым. Морщится, оценив интерьер комнаты, и отбрасывает от себя ленту как ядовитую змею.

И я вижу, как злость в ее глазах сменяется разочарованием и брезгливостью.

Аллилуйя! Дошло, наконец!

А этот мерзавец тем временем пожимает плечами.

— Ну и что такого? Разве секс по добровольной основе — это преступление?

— Что же ты меня об этом не предупредил? — вот теперь Вика обдает холодом своего приятеля. — Я на секс не подписывалась. Ноги бы моей здесь не было, но ты меня обманул!

— А ты не предупредила, что у тебя парень есть, — фыркает этот подонок. — Так что считай, что мы квиты, цыпа. И потом, секс я этим вечером не планировал. Я хотел сделать из тебя свою Музу… Создать свою Афродиту, вышедшую нагой из пены морской…

Тут я немного торможу, пытаясь осознать, что имеет в виду этот больной. Зато Вика понимает всё сразу и буквально взвивается:

— Руслан, ты в себе? С какого перепуга ты решил, что я буду позировать тебе голой? Разве я дала какой-то повод?

Чего, бля, он хотел сделать? Нарисовать Вику голой и потом выставлять ее портреты перед какими-то упоротыми травкой дрочерами или продать старым извращенцам?

Ну все, Русланчик, ты труп…

— Ну как, — парень похотливо ухмыльнулся и начал делать странные пасы руками, — ты же тоже художница, наши вкусы совпадают почти на сто процентов. Ты же должна видеть и чувствовать вселенную, уметь расширять сознание и отдаваться на волю вдохновения…

Тут мы с Викой невольно переглядываемся, и, кажется, впервые сходимся во мнении. По Русику плачет комната с обитым войлоком стенами…

Ну, или хороший рехаб…

Разминаю пальцы и собираюсь идти чистить уроду хлебало, но на плечо неожиданно ложится ладонь Вики…

— Не надо, Дим… Не трогай его. — стоит и серьезно так смотрит на меня. Всю душу своими глазищами вытаскивает наружу.

— В смысле не надо?

— Зачем тебе проблемы? Снова в камеру попасть хочешь? Тебя вроде не за этим в Каменогорск отправляли. Так что не пачкай руки зря. Он этого не стоит.

Ядовитая ревность снова поднимает голову, подначивает, намекает, что Вика просто защищает этого больного выродка, потому что он сильно приглянулся.

Но в следующий момент неуемная ревность отправляется в нокаут.

Потому что моя Колючка подходит к столу, берет миску с фруктами и взбитыми сливками и просто надевает ее Русланчику на голову.

А сверху полирует вином, вылитым из графина…

— СУКА!!!!

— Это подарок от Музы. Приятного вечера, придурок, — ядовито выплевывает Метельская и пулей вылетает из комнаты.

А я… А я всё-таки даю мудаку пару раз в табло, один раз в живот и один — по яйцам. Руслан падает на пол и верещит как девчонка, а я склоняюсь над ним и рычу:

— Еще раз сунешься к Вике — убью, нахрен. Понял?

— Ммм… — промычал, зажимая окровавленный нос.

— И жаловаться ментам не советую. Меня в любом случае отмажут, связи предков порешают. Даже если я тебя убью, то не сяду. А вот тебе худо будет… Так что не наживай проблем. Усек?

Конечно, тут я сильно утрирую. Отец с меня либо три шкуры спустит, либо засадит в камеру надолго, но этому упырю-то это неизвестно.

Поэтому блеф срабатывает на ура. Руслан чуть ли не ссытся от страха и молча кивает.

А я поднимаюсь и вылетаю из комнаты.

Мне надо найти Вику, пока она не нарвалась на очередного шизика или обдолбанного извращенца.

Глава 49 Точка срыва 2

Вика

А ведь Руслан мне понравился. Правда, понравился.

Мы тогда в парке посидели в кафешке, попили кофе, разговорились. И постепенно у меня возникла симпатия.

Не влюбленность, нет, но симпатия. Рус оказался интересным собеседником, и в итоге расположил к себе.

От поездки в машине отказалась, всё-таки осторожность взяла вверх, но разрешила проводить до остановки.

Ну и номер свой оставила. Решила, что можно пообщаться в сети. Да и слова Ани внезапно вспомнились.

Вот и подумала, а вдруг Руслан — моя судьба? Почему бы не узнать друг друга поближе?

Он написал мне пару часов спустя, я ответила, и так завязалась переписка. Мы много общались в мессенджерах и соцсетях, ну и встретились несколько раз.

Посидели в кафе, погуляли по городу, разговаривали. Оказалось, что у нас очень много общего, помимо таланта к живописи.

Нам нравились схожая музыка и фильмы. И даже любимые авторы были