Перерождение императрицы - Ансия Рете

Погубит. Любовь к Арнеру погубит ее. Пусть сейчас у него и есть к ней привязанность, но потом все изменится. Однажды на ее место придёт Элиза, и император не сможет противостоять настоящим чувствам.

Вошла служанка, слегка кланяясь.

—Ваше Величество, ваша семья только что прибыла во дворец императора.

Уже началось. Элиза рядом с Арнером - худший кошмар для Рубелии.

* * *

—Вы сообщили императору о нашем приходе?

Спросила в который раз Матильда, отказываясь от предложенного служанкой чая. Они сидели в этой комнате уже несколько часов, но так и не добились встречи с императором.

—Да, мадам.

Кивнула служанка, собирая чашки.

—Тогда почему не впустили нас до сих пор?

Девушка даже не стала отвечать. Она взяла поднос, идя ко входу. Служанка переглянулась со стражником. Оба устали от выходок Грохматов. Как у их

мягкой и изящной в манерах императрицы могли быть такие грубые и неотесанные родственники?

—Император занят государственными делами. Он не может вас принять сейчас. Возвращайтесь к себе.

Сообщил стражник, пытаясь отослать их, но женщины были настойчивы.

—Я уверена, что о нашем приходе даже не сообщили, — огрызнулась Элиза, бросая на стражника недовольный взгляд. — Император - достойный человек, он никогда не откажет в ауедиенции семье жены.

Хоть ей и не нравился тот факт, что Рубелия является женой императора, но он должен был сыграть роль. Однако стражник остался неподвижным.

Когда она станет императрицей и вернёт себе законное место, то не оставит его на этой работе.

Двери открылись, и стражник обернулся. Он удивлено посмотрел на вошедшего и поклонился.

—Ваше Величество.

Элиза вскочила, ожидая увидеть Арнера. Ее улыбка сошла на нет, когда она заметила довольную Рубелию.

—Ваше Величество.

Мать и дочь поклонились, хоть внутри и проклинали девушку. Зачем императрица пришла во дворец мужа?

—Вот так встреча, — улыбнулась Рубелия, садясь напротив них. — Думаю стража ошиблась, приведя вас во дворец императора.

Она прожигала взглядом родственников, которые стушевались.

—Иначе зачем семье императрицы видеть ее мужа?

Задумчиво спросила Рубелия. Она знала, что Матильда и Элиза пытались приблизиться к Арнеру. Хотели сместить ее, чтобы проложить Элизе путь к трону. В прошлой жизни Рубелия приняла этот факт, как очевидное. Она не шла против решения мужа взять наложницу. Да и кто бы ее послушал?

На этот раз Рубелия не будет сидеть в тени. Она слишком дорого заплатила за молчание.

—Ваше Величество, мы хотели узнать о здоровье императора. Он же был сильно ранен. Вот, даже фруктов принесли.

Матильда мягко улыбалась, показывая на подарок.

—А где же моя корзинка, матушка? Помнится, я тоже была ранена.

Она посмотрела на Элизу, как бы спрашивая "из-за кого это произошло?". Сестра задрожала всем телом, тяжело сглатывая.

—Ах, та ситуация, — растерялась Матильда, а после придвинулась ближе к императрице. — Рубелия, пожалуйста прости свою сестру. Она заволновалась и не смогла помочь тебе.

—Почему пришли только сейчас?

Прошло столько дней после происшествия в лесу. Совесть взыграла, раз решили показаться?

—Элиза прибывала в шоке. Только сегодня смогла прийти в себя.

Матильда достала платок, вытирая слезу. С виду она могла показаться заботливой матерью.

—Как ты, сестрёнка?

Наиграно заботливо спросила Рубелия. Она оглядела Элизу, замечая, что та хорошо подготовилась для встречи с императором.

—Уже лучше.

Процедила сквозь зубы девушка.

—Не могу я смотреть на твои страдания. Был бы рядом с тобой любимый человек, он бы помог тебе.

—Это верно, верно.

Матильда кивнула, поглаживая спину дочери. Мол, смотри я же говорила, что Рубелия все ещё наивная девка.

—Раз такое дело, я могу позаботиться о твоей женитьбе. Многие аристократы будут рады сочетаться браком с сестрой императрицы.

Вот опять. Сестра императрицы. Дочь графа. Элиза всегда была приложением к кому-нибудь.

Девушка смотрела на хитрую императрицу. Та будто напрямую говорила, что судьба Элизы в ее руках. Смотри, она может выдать тебя замуж за любого, а может и по-другому испортить жизнь.

—Ах, насчёт этого не нужно торопиться.

Нервно махала руками мачеха.

—Она уже не так молода.

Напомнила Рубелия. Элиза была старше ее, но все ещё не в браке. Для аристократов было редкостью, когда младшая дочь первая выходила замуж. Считалось, что тем самым она перекрывает путь счастья старшей сестре.

—Ваше Величество, мы рады, что вы так заботитесь о своей сестре.

Пыталась восстановить положение графиня, но дочь остановила ее.

—Матушка, прекрати! — вскочила Элиза, смотря на императрицу суровым взглядом. — Разве не видишь, она издевается над нами?

—Элиза, замолчи.

Пыталась успокоить ее мать.

—Ну уж нет. Молчать не буду, все скажу, — ее глаза яростно горели, смотря на сестру. — Да, моя вина есть в том, что я оставила тебя на той скале. Но и ты не невинная овечка. По столице ходили слухи о твоём предательстве. Как ты заманила императора в ловушку и пыталась убить.

Элиза не стеснялась в выражениях. Она позабыла о том, что перед ней сидит императрица, которая все ещё выше ее по положению.

—Была бы ты умнее, Элиза, то не сказала бы этого. Моя вина снята. Но твоя все ещё есть.

Рубелия встала с дивана, оглядывая мать и дочь.

Ей было невыносимо находиться с ними в одной комнате. Как она прожила с ними столько лет?

—Рубелия не могла бы ты простить свою сестру?

Вновь вмешалась Матильда. Она пыталась давить на мягкость падчерицы.

—А она извинялась?

Приподняла бровь императрица.

—Элиза!

Настойчиво проговорила графиня. Ничего страшного, если им придётся унизиться перед Рубелией. Высокие цели не покоряются с гордо поднятой головой.

—Нет, матушка, я не буду просить прощения у императрицы без власти.

Огрызнулась Элиза, складывая руки на груди.

Она ненавидела Рубелию. Почему никто этого не понимал? Элиза жила спокойно, пока ее сестра могла дышать.

—Думаешь, ты можешь хоть что-то сделать мне? Ты подчинена вдовствующей императрице и без ее позволения и шага не сделаешь.

Какая прозорливость. Сестра была в чем-то права. В этом дворце все подчинялось вдовствующей императрице.

—Элиза, успокойся.

Держала ее мать. Девушка была так яростна в своих жестах, что казалось она хочет напасть на императрицу.

—Пусть моя власть и не так огромна, но ее достаточно, чтобы наказать твой грубый язык.

Прошипела императрица, глядя с презрением на сестру.

—Рубелия.

Ахнула Матильда, не веря своим глазам. Как могла тихая девчонка стать такой уверенной?

—Ваше Величество, — исправила девушка мачеху грозным голосом. — У меня есть титул, графиня. Смеете ли вы звать меня по имени, которого