Нас не должно быть - Алина Цебро

не к семи. Значило бы это что-то, было бы хорошо, но не значит. Скорее всего, просто раньше начнут резать торт. — Надо собираться, — я подхожу к зеркалу, трогая свои спутанные волосы. Сзади подходит мама. Мы с ней на одно лицо. Но мои черты всё же чуть плавнее, словно меня вылепили в стране зефирок. У мамы взгляд острее, строже. Думаю, модельная внешность моего отца дала о себе знать. Хотя братья строгостью пошли в маму, а модельностью — в папу. Лилиан тоже невероятно красивая, но если выбирать, кто зарабатывал бы на нашу семью телом, то тут выигрывает папа. Прыскаюсь, замечая, как мама начинает улыбаться и заламывать бровь. — Ничего особенного, — смеюсь, перехватывая её взгляд. — Просто подумала, что из папы вышла бы отличная эскортница. — Показываю на своё лицо. — Если бы мы вдруг обеднели. Мама улыбается в ответ, закатывая глаза, но тоже тихо смеётся. — Ну, твой отец часто дрался в молодости, как раз чтобы исправить своё эскортное лицо, — она прикусывает губу, явно что-то умалчивая. Тайна из прошлого? Я молчу. Не лезу. — Я приготовила для тебя платья, выберешь? — Покажи, — говорю, отворачиваясь от зеркала.

--

Погода невероятная, поэтому я нисколько не удивляюсь, что Ари выбрала самое красивое кафе на берегу озера. Вода переливается красивыми бликами, когда ко мне подходит папа. Он не разговаривал со мной по душам уже очень давно, но почему-то прямо сейчас мне хочется его послушать. — Привет, карамелька, — папа касается моей руки, привлекая внимание. Я вздыхаю. Смотрю на озеро, чтобы не видеть его глаз. — Он приедет? Папа смотрит на воду, будто собираясь с мыслями, чтобы сказать мне «нет». Я уже напрягаюсь всем телом, сжимая кулаки под столом. — Я не знаю. Не говорил ни с кем об этом. Но… знаешь, что я тебе скажу с высоты своего опыта и возраста? Я усмехаюсь, оглядывая его. Выглядит он на двадцать лет. Без преувеличения. Ну ладно, может совсем небольшое преувеличение. — И страх, и мечта заставляют тебя поверить во что-то, чего не существует. Я хмурюсь. Красиво, но непонятно. — Не знаю, рассказывала ли тебе мама такие подробности. Но я бесплоден. До сих пор. Хотя, как бы, у меня пять детей, — он снова смотрит на озеро, блаженно улыбаясь. И нет, я не знала такого о нём. Шок медленно накрывает с головой. — А мама твоя изначально хотела быть со мной. Просто я хотел ей и семью подарить, и детей. Хотел, чтобы она была счастлива. Но не со мной. Твой дед был психом, я боялся, что стану таким же. И становился. Без твоей мамы. Мне становится жалко папу. Но лишь ненадолго. В итоге-то они вырулили ситуацию. — Но вот в чём была загвоздка, милая. Если бы я не боялся тогда того, чего в итоге нет… То всё было бы иначе. Абсолютно всё. Но я никогда не буду жалеть, потому что в итоге у меня есть ты, мама и четыре головные боли, — я засмеялась в голос, прикладывая руку ко рту. Тупо, но очень хочется. Папа улыбается, продолжая: — А Ари и Хейг, казалось бы, обожают детей. Все организации благотворительные — это же их рук дело. Все комплексы, много оплаченных счетов в больницах на операции. Но своего собственного ребёнка они не хотели. Им нравилось путешествовать. И тут — раз, как гром среди ясного неба. Усыновили Люка. И да, мы знаем, что они его спасли, но… именно он пришёл в нашу семью. Я замираю. Папа тогда уже думал о том, что может произойти? Намекает на судьбу? — Я помню день, когда ты его увидела. Ты словно крылья на себе взрастила. Побежала, нет, даже полетела к нему навстречу. Начала диктовать правила, придумывать игры. Тебе было всё равно на то, что он не говорит, не играет, боится. Ты просто была собой рядом с ним. И он постепенно тебе открылся. Он замкнутый, а ты открытая, как яркий солнечный луч. И постепенно именно это заставило его выздороветь, а тебя не думать, что СДВГ — это болезнь, а принимать её. Я уже смахиваю слезы, понимая, что папа прав. Но он не знает самого главного… — Он музыкант по имени Эш. И он начал со мной общаться как Эш, понимаешь? В маске. Я… дура, что не узнала его сразу, но мне так хотелось, чтобы… не знаю… ощущать себя… — Снова словно с Люком? Я оборачиваюсь к нему резко, потому что он попал в яблочко. Я не могла подобрать нужных слов довольно давно, но папа не только подобрал, но ещё и правильно сформулировал. — Да. — Милая, Люк идиот, но он не из плохих побуждений это сделал, я уверен. Просто ответь себе на вопрос: «Тебе с ним хорошо?». А когда ответишь, подумай вот о чём. И без него тебе должно быть так же хорошо. Просто с ним — в тысячу раз лучше. Он целует меня в макушку и направляется в кафе, пока я остаюсь думать над его словами. Да, мне стало хорошо. Я даже начала радоваться мелочам вновь, уменьшила дозу таблеток, сплю сама. И я… дышу. Дышу миром, дышу собой, стала снова танцевать. Телефон в моей сумке вибрирует. Я достаю его и вижу сообщение… От Эша? Сердце мгновенно идёт в скачь, когда я включаю аудио сообщение, которое он мне скинул. Голос звучит тихо, на фоне играет красивая мелодия. Но его голос снова будто гипнозом сковывает.

Ты была моим желанием на Новый год, На упавшую ресницу и на день рождения. Желанием после каждой из падающих звезд, В общем, после каждого нелепого совпадения. Я загадывал тебя после задутых свеч, После того, как сдувал одуванчики тоже. А теперь я не могу контролировать при тебе свою речь, А ты после неё не хочешь дать мне по роже Но даже если бы ты была последней, кого я узнаю Я бы совершил 7 миллиардов ошибок 7 миллиардов людей и 7 миллиардов попыток, Зная, что с каждой попыткой я к тебе буду ближе. И когда-то для тебя буду близок, Я буду знать, что ты — шедевр на этапе эскиза Моя жизнь станет праздником, А ты в этом празднике — главным сюрпризом.

Глава 58

Я оборачиваюсь и сразу же сталкиваюсь с зелёными глазами. Они блестят так же, как и мои. Но Люк не произносит ни слова. Просто подходит быстро, решительно, и сгребает меня в свои объятия. Так крепко, что перехватывает дыхание.

— Я