Спасите злодейку! Или как никого не убить, став принцессой - Мира-Мария Куприянова

брюнета. И, слегка прокашлявшись, уже громче кинула в сторону потайной двери- Как самонадеянно с Вашей стороны считать, что я от кого-то прячусь! Какая глупость! Что только навело Вас на эту мысль…

— Может то, что весь замок уверен в Вашем отъезде, в то время как Вы сами обитаете в тайной комнате? — чуть насмешливо предположил мужчина- Открывайте же. Потому что мне приходится слишком громко кричать, чтобы Вы меня слышали. И тогда Вы рискуете «вернуться» из Темного Храма куда раньше, чем предполагали.

— Какой же Вы… упертый, — прорычала я, дергая за ржавый канделябр, который тут же привел в движение часть толстой стены- Как Вы вообще узнали, что я здесь?

— Пригласите войти? — вместо ответа выгнул нахальную бровь брюнет.

— И не думайте, — фыркнула я, уверенно шагая в темный пролет, ведущий на витую лестницу тайного хода- Это место не для посторонних. Это мое тайное логово, если хотите.

— В таком случае, Вам нужно было озаботится гашением магического фона, — кивнул он- Собственно, именно этот неучтенный момент и свел на ноль таинственность Вашего укрытия. Фонило Тьмой нещадно, смею заметить.

— До Вас никто не жаловался, — сварливо пробубнила я, подбирая подол, который мог быть прижат медленно сдвигающейся на место кладкой, — Итак? Чего Вы хотели? Похвалы за то, как талантливо разыскали меня?

— О, талант тут не при чем, — краешком губ улыбнулся нахал, облокачиваясь плечом о стену и перекрывая своей фигурой проход- Во-первых, как я уже говорил, Вы не уделили внимание гашению магического фона. Думаю, что ранее лишь случайное везение не давало совпасть присутствию Темных у Вас во дворце и помещению Вами Вашего убежища. Иначе этот вопрос возник бы куда раньше. Во дворце ведь нет других Темных, кроме нас с Вами, не так ли? Поэтому у меня почти не было вопросов в том, кто именно изволит практиковать со Тьмой. Тем более, что сам факт Вашего отъезда изначально казался мне сомнительным.

— Отчего же?

— Вы слишком умны и дальновидны, чтобы просто так оставить дворец на свою падчерицу, не так ли? Ведь Вы здесь чтобы контролировать ее? Чтобы она не перегнула палку со своими наивными и глупыми приказами? Или…

— Или?

— Или приказы отдает не она?

Я мысленно ахнула, впервые радуясь темноте лестницы. Однако, мирханец слишком проницателен. И следовало отреагировать так, чтобы он даже не подумал, что вторая часть его вопроса могла быть рассмотрена мной иначе, недели глупый анекдот.

— Намекаете на то, что я злоупотребляю контролем? — насупилась я, игнорируя заход на мою причастность к творящемуся в замке беспределу.

— Отнюдь, — тут же принял позицию он- Я был бы удивлен, не уделяйте Вы ему должного внимания. Все-таки, Вы правительница. А уж в свете известных Вам фактов относительно деятельности подпольной оппозиции в Вашей стране… Контроль просто необходим. И тем больше, чем Вы озабочены сохранением своего положения и жизни, если хотите. Так что, в том, что Вы все еще в замке я никогда не сомневался. Далее, я просто обратил внимание на всплеск силы, повторяющийся еженощно из одной и той же точки. Пары дней хватило, чтобы вычислить источник. А затем…

— Затем Вы, игнорируя приличия, ночью проникли в мою спальню, — возмущенно зашипела я- Нашли тайный ход и пришли сюда вламываться в мой кабинет!

— Ради справедливости, с никуда не вломился, а вполне учтиво постучал.

— Не было никакого стука!

— Просто кладка очень толстая.

— Однако Ваш голос-то я услышала!

— Потому кричал я оставленную Вами щель, — спокойно пояснил брюнет.

— Ладно, — устало прикрыта я глаза- Итак, теперь Вы здесь. Зачем же?

В темноте лестницы повисло молчание. А затем хрипловатый шепот царапнул мой слух, пугая легким дыханием, коснувшимся основания шеи:

— Может я просто соскучился?

Я машинально вздрогнула, отступая назад. Однако сразу уже уперлась спиной в холодную кладку закрывшегося прохода. И тут же почувствовала, как по обе стороны от меня уперлись в камень мужские руки, заключая меня в тесный капкан своих объятий.

— О..отойдите, — едва слышным шепотом пискнула я- Вы… пугаете меня.

— Неужели? — в хрипотце его баритона сквозила насмешка и (или мне просто так послышалось?) какая-то странная нежность- Как мало, однако, оказывается нужно, чтобы испугать саму Темную королеву Криалии.

— Вам показалось, — буркнула я, старательно вжимаясь в стену- Вы ошибаетесь.

— Не думаю, — чужое дыхание снова коснулась шеи, вызывая толпу невоспитанных мурашек- А ошибаются все остальные. Те, кто навесил на Вас ярлык жестокой, злой, бесчувственной женщины- и следом за дыханием, кончик его носа едва ощутимо потерся о мою кожу- Вы не холодная. Вовсе нет.

— Разве нет? — едва соображая от неожиданных ощущений, многократно усиленных темнотой и тишиной тайного хода, прохрипела я.

— Нет, — шелест его волос подсказал, что он покачал головой- Вы сильная, уверенная, смелая. Немного высокомерная быть может. Но не холодная. Точно нет. И я могу это доказать.

— Не уверена, что…

— Вы просто замёрзли среди людского равнодушия, осуждения и предвзятости. И стремясь доказать себе и окружающим, что не лишняя в этом враждебном мире, тянулись к любому вниманию, в конце концов начиная путать страх с уважением, тишину со спокойствием, а простую человеческую доброту с… любовью.

Я дернулась, внезапно ощущая обиду за королеву. Вот как, значит? Значит какой- то там… мирханец неясного социального статуса смеет предполагать, что я (точно я?!) настолько закомплексованная и недолюбленная особа, что для привлечения внимания стала творить всякие зверства и непотребства, ошибочно посчитав, что ненависть и страх окружающих лучше безразличия? За кого он меня принимает, в конце концов? Да я тренингов прошла больше, чем он книг прочел! Да я столько коучей по психологии прослушала, столько курсов оплатила… да я…

Ну да. Тоже имела некие проблемы. Но, слава Богу, жила в куда более продвинутом мире, между прочим. И интернет вовремя оплачивала!

От шквала обиды перехватило дыхание. Зато гормоны вместе с мозгами встали на место. И я гордо вскинула подбородок:

— Думаю, минутку психоанализа на этом можно и завершить, — сухо обронила я, отворачиваясь от незримо улыбающихся губ- Вы несете такую чушь.

— Я пытаюсь сказать Вам, что теперь все будет иначе. Теперь у