Жестокий наследник - Ана Уэст

Я сильнее впиваюсь ногтями в кожу, и по моим щекам текут слёзы. У меня быстро начинает болеть челюсть, которую он удерживает открытой своим твёрдым членом, когда он внезапно притягивает меня к себе и прижимает моё лицо к мягким завиткам волос у его паха.

Я не могу пошевелиться.

Я не чувствую ничего, кроме ощущения его толстого члена, глубоко застрявшего у меня в горле. Я начинаю вырываться, пытаясь освободиться от его хватки, потому что рефлекс дышать преобладает над всеми остальными ощущениями, но он не позволяет мне этого сделать. Моё сердце бешено колотится, по спине стекает пот, а лёгкие кричат, требуя невозможного. И вдруг он смягчается и отпускает меня.

Я сильно кашляю, хватаю ртом воздух и жадно втягиваю столь необходимый мне прохладный воздух, пока он проводит большим пальцем по моей нижней губе. Из-за слёз я плохо вижу и смотрю на его тело, пытаясь разглядеть серые якоря в этом море бездыханного удовольствия.

— Хорошая девочка, — говорит он мне, и я невольно улыбаюсь, прежде чем его член снова оказывается у меня между губ, снова проникает в моё горло, и мир вокруг меня взрывается.

Пульс в моём лоне посылает по венам волны удовольствия, и я опускаю левую руку с его бедра, чтобы залезть под платье. Я провожу пальцами по своей промежности, погружаясь в складки и дразня клитор, пока он трахает меня в горло и так сильно сжимает мои волосы, что у меня перед глазами вспыхивают звёзды.

Первое прикосновение моих пальцев вызывает сдавленный стон, который вырывается из моего горла, и Киллиан стонет в ответ. Я парю, держась за его руки, погружая пальцы глубоко в себя, но этого всё равно недостаточно. Этого недостаточно, чтобы я была близка к оргазму, даже когда толчки Киллиана становятся дикими и беспорядочными.

Он приближается к разрядке и с ещё более громкими стонами делает невозможное – подходит ко мне вплотную. От этого движения моя голова слегка запрокидывается, позволяя ему глубже войти в моё горло, а затем он замирает, погрузившись в меня.

Его член дёргается у меня в горле, и я сглатываю, чувствуя, как тепло разливается по моему пищеводу, а его пальцы впиваются мне в затылок, удерживая на месте. Я крепко сжимаю его бедро правой рукой, впиваясь ногтями в его плоть, пока он трётся о моё лицо. Затем он отстраняется, и последняя струя его семени наполняет мой рот, покрывая язык солёной жидкостью. Я инстинктивно сглатываю, и из моего горла вырывается стон, когда он наконец высвобождается.

Я тяжело дышу, с тихим стоном заглатывая его, и моё сердце бешено колотится в груди, навёрстывая упущенное. Я быстро смахиваю слёзы, чтобы видеть его. Он отпускает мои волосы и отступает, тяжело дыша, а затем мрачно усмехается.

— Не смогла удержаться и потрогала себя, да? — Комментирует он и задевает ботинком запястье моей левой руки, всё ещё спрятанной под платьем. Я с тихим стоном вытаскиваю пальцы из промежности и облизываю губы, ощущая его вкус на языке.

— Как я и сказала, — хриплю я, — ты не единственный зависимый.

Я откидываюсь на пятки и сжимаю промежность, чувствуя, как по телу пробегает дрожь удовольствия. Этого недостаточно. Недостаточно просто позволить ему использовать меня, мне тоже нужна разрядка. Я слишком долго была в отказе.

Киллиан проводит рукой по волосам, облизывая нижнюю губу, а его член по-прежнему твёрд, блестит от моей слюны и дразнит меня. Затем он опускает руку ладонью вверх, предлагая мне опереться, чтобы встать. Я с благодарностью принимаю его помощь и поднимаюсь на ноги, дрожа от усилий, чтобы удержаться в вертикальном положении.

Эта мысль молнией проносится у меня в голове, когда он обхватывает мою щеку и страстно целует меня, сплетаясь со мной губами и проникая языком в мой рот, чтобы он почувствовал свой вкус на моих губах.

Я бы тоже не отказалась почувствовать свой на его, я ждала достаточно долго.

Меня охватывает жар, а нервы звенят от желания, которого я жаждала с тех пор, как он ушёл. Я хватаю его за рубашку, стягиваю её с плеч и толкаю его обратно к дивану.

Он спотыкается на ступеньках, и его удивлённый возглас отдаётся во мне эхом, пока он пытается понять, что происходит. Пока его ноги не упираются в диван, и я с силой толкаю его, стараясь не задеть синяки, покрывающие его торс. Он падает на диван, раздвинув бёдра и раскинув руки, а я забираюсь к нему на колени.

От этого движения его член касается моего разгорячённого лона, и я устраиваюсь у него на коленях. Мы оба глубоко вздыхаем, и его глаза расширяются, когда он осознаёт происходящее.

— О, Кара, — глубоко урчит Киллиан. Звук такой низкий, что он эхом разносится по его телу, вызывая покалывание в кончиках моих пальцев, лежащих на его обнажённой груди.

Я слегка провожу рукой по тёмно-фиолетовым синякам, а затем поднимаю пальцы и прижимаю их к его губам, чтобы заглушить любые возможные жалобы.

— Оставайся так, — задыхаясь, приказываю я. — Теперь моя очередь. Поднявшись на колени, я опускаюсь вниз, чтобы обхватить его член и аккуратно расположить его под собой. От моего прикосновения его бёдра вздрагивают, и я тихо вздыхаю, устраиваясь поудобнее и подстраиваясь под него.

Экстаз накрывает меня, как приливная волна, когда я опускаюсь на его член. Каждый его толстый дюйм полностью заполняет меня, его выступы ласкают мои жаждущие стенки, и у меня перехватывает дыхание.

Мне это нужно. Чёрт, как же мне это нужно!

Его большие руки ложатся мне на бёдра и крепко сжимают их, когда я сажусь к нему на колени, полностью одетая. Из моей груди вырывается долгий, низкий стон, а сердце бьётся так яростно, что я уверена: Киллиан видит, как оно пытается вырваться из грудной клетки прямо в его руки.

Наши взгляды встречаются, и он наклоняется, чтобы поцеловать меня, но я отталкиваю его, положив обе руки ему на плечи. Его глаза темнеют от отказа, но я начинаю двигаться, и все мысли покидают его.

Поднявшись на колени, я резко опускаюсь обратно, задавая ритм и не давая ему подняться, чтобы он не смог меня поцеловать.

Я знаю, что это не настоящая власть.

У него более чем достаточно сил, чтобы получить желанный поцелуй и лишить меня контроля,