Взрыв - Э. К. Хантер

Зрелище, которое навсегда останется в моей памяти, вместе с единственным другим воспоминанием, которое у меня осталось о них вместе, — когда Кай вынес Энджел из клуба "Грех" после того, как спас ее.

Момент, когда мои миры столкнулись.

Я не знала, как долго я стояла и смотрела, но я была прикована к месту, не в силах отвернуться, пока Кай рассказывал Энджел все о нашей свадьбе и о том, как прекрасно я выгляжу, а Энджел время от времени поправляла свои жесты.

Только когда она в сотый раз зевнула и он сказал ей, что пора спать и что они еще поговорят, я ретировалась, не желая, чтобы меня застукали за их наблюдением.

Пробравшись обратно в комнату Энджел со слезами на глазах, я подождала ее, и когда она вошла, на ее милом лице была теплая, довольная улыбка.

— Чему ты улыбаешься? — спросила я, изображая неведение.

— Я просто рада, что ты здесь, — показала она. Я собиралась уличить ее во лжи, но не смогла, слишком переполненная любовью к ним обоим, чтобы испортить момент.

Энджел забралась в постель и уютно устроилась под одеялом, сказав "спокойной ночи", устраиваясь поудобнее. Я легла рядом с ней, наблюдая, как ее глаза опускаются, когда она засыпает с легкой улыбкой на губах. Через несколько минут с ее стороны кровати донесся легкий храп.

Несмотря на то, что я планировала остаться рядом с ней на всю ночь, мой разум лихорадочно работал, отказываясь прекращать проигрывать образы того, как Кай жестикулирует. Прежде чем я осознала это, потребность увидеть его стала слишком сильной, и я снова стала пробираться по дому. Только на этот раз, чтобы разыскать своего мужа.

Он был в одной из гостевых комнат, которые Энджел показала мне ранее. Я распахнула дверь и обнаружила Кая, стоящего посреди комнаты, его брови были нахмурены, пока он стучал по своему телефону. Когда наши взгляды встретились, он швырнул телефон на кровать.

— Ты научился жестикулировать, — сказала я вместо приветствия, все еще ошеломленная увиденным.

На мгновение на его лице промелькнуло чувство вины, как будто я обвинила его в государственной измене.

— Да, — ответил он, прежде чем нежная улыбка появилась на его губах. — Она не должна была тебе говорить.

— Она этого не делала. Я видела, — ответила я, проходя дальше в комнату и закрывая за собой дверь. Взгляд Кая прошелся по моему телу, его глаза горели, как всегда. — Когда ты научился?

— Когда я был прикован к постели на несколько месяцев после ранения, — тихо ответил он после короткой паузы. Его слова задели меня за живое, и мое собственное чувство вины захлестнуло меня при мысли о том, что Кай не может встать со своей кровати.

— Почему? — не осознавала, пока не оказалась прямо перед ним, что прошла через комнату и запрокинула голову, чтобы посмотреть на него снизу вверх.

Черт возьми, он был великолепен. Мое нутро сжалось от потребности почувствовать его внутри себя. Единственный мужчина, который заставлял меня чувствовать то, что я чувствовала.

Любил.

Обожал.

Лелеял.

— Потому что Энджел — моя семья. Я хотел учиться для нее. Для тебя.

Как и тогда, когда я смотрела, как он жестикулирует, меня снова захлестнула приливная волна любви к мужчине, стоящему передо мной, и я была бессильна удержаться от того, чтобы показать ему, как сильно я его люблю.

— Кай. — Его имя сорвалось шепотом с моих губ, когда я обвила руками его шею и притянула его голову вниз, чтобы мои губы могли встретиться с его губами.

Он колебался секунду, но, не в силах сопротивляться, его руки схватили меня за бедра и притянули ближе, когда мой рот открылся, впуская его язык внутрь. Но когда наши языки закружились в чувственном танце, Кай отстранился, убирая руки с моих бедер и делая шаг назад, так что мне пришлось убрать руки с его шеи.

— Я чертовски пожалею, что сказал это, но мы не можем, — он помахал рукой между нами, на его лице отразилось разочарование. — Мы не можем продолжать трахаться и игнорировать наши проблемы, звезда. Нам нужно поговорить.

Я сделала шаг вперед, снова сокращая расстояние между нами. — Я знаю, Кай, и я обещаю тебе, что завтра, в самолете домой, мы поговорим.

Подняв руку, я положила ладонь ему на грудь между грудными мышцами, прямо там, где был шрам, но быстро отдернула ее, когда его челюсть сжалась, как будто мое прикосновение обожгло его.

— Было больно? — спросила я, озабоченно наморщив лоб.

— Это не то, что ты думаешь, — ответил он, проводя пальцем по моей щеке, его глаза были полны обожания. — Я собирался подождать, чтобы показать тебе.

— Что мне показать?

Он на мгновение остановился, но, по-видимому, придя к какому-то решению, Кай расстегнул рубашку, и когда он распахнул ее и снял, то обнаружила большую медицинскую повязку, примотанную скотчем к груди, прямо там, где был шрам.

Опасаясь худшего, я подняла глаза, чтобы встретиться с ним взглядом, но он улыбнулся мне сверху вниз. — Сними повязку, детка. Не о чем беспокоиться.

Нервничая, я отклеила ленту, удерживающую повязку на месте, и когда она оторвалась от его груди, у меня отвисла челюсть.

В центре грудных мышц, прикрывая сердце, у Кая была огромная новая татуировка, которая прикрывала линию шрама, проходившую между грудными мышцами. На одной стороне шрама была половина серебряной звезды, на другой — половина головы белого волка, и там, где два изображения пересекались вдоль линии шрама, они сливались, делая их единым целым.

Сказать, что это было потрясающе, было бы преуменьшением.

— Скажи что-нибудь, — попросил Кай после минуты молчания, в его голосе звучала неуверенность.

— Это....Прекрасно, — сказала я, отрывая взгляд, чтобы встретиться с его темными глазами.

Он улыбнулся редкой застенчивой улыбкой, которая согрела мое сердце. — Это мы, детка, — сказал он, снова проводя пальцем по моей щеке и вызывая огненную дорожку на моей коже. — Это ты и я, вместе на всю вечность, как я и обещал.

Слезы навернулись у меня на глаза, и я не могла найти слов, чтобы сказать. Мое сердце готово было разорваться от любви, которую я испытывала к этому сумасшедшему мужчине. Вместо этого я положила руки по обе стороны от татуировки и потянулась, чтобы поцеловать его. На этот раз не было никаких колебаний, когда он встретил мои губы и провел языком у меня во рту, его зубы слегка прикусили мою губу.

Кай поглощал мой рот, но я