Академия Высших: студенты - Марта Трапная

– Ах, Мурасаки, как непривычно видеть тебя в одиночестве… – раздался радостный голос Марины.

Сигма подняла голову и покосилась на Мурасаки. Марина присела на край его кресла, хотя рядом стояли пустые.

– А это потому что я не в одиночестве, – ответил Мурасаки.

– Ты чем-то расстроен? – встревожилась Марина. – Все хорошо?

– Марина, у меня проблемы с моим проектом. Я над ними думаю. И Сигма думает. Видишь, даже отсела подальше от меня, чтобы не мешать мне думать. И тебе я советую сделать то же самое, – Мурасаки был убийственно серьезен и даже ни разу не улыбнулся.

Марина фыркнула и поднялась.

– Удаче тебе в решении твоих проблем. Мы вечером собираемся пойти в «Цветы и тени», только наш курс. Тебя ждать? Или ты теперь водишься со второкурсниками?

– Нет, Марина, меня не ждать, – Мурасаки улыбнулся, но так холодно, что даже Сигма поежилась. – Спасибо за приглашение.

Марина вздохнула, демонстративно посмотрела на Сигму, Сигма ответила ей равнодушным ничего не выражающим взглядом. Типа, она тоже вся погружена в решение проблемы. Ей не до этих ваших посиделок в «Цветах и тенях». Не забыть только спросить у Мурасаки, где этот клуб и что в нем особенного помимо названия. Но Марина ушла, и Сигма вернулась к темам. Вот, кстати, у нее минус еще и по этим вашим непонятно зачем нужным методам математической логики, хотя если спросить Мурасаки, он наверняка сможет объяснить. Сигма посмотрела на Мурасаки. Нет, для начала надо хотя бы понять, что ей непонятно.

– Пошли обедать, – вдруг сказал Мурасаки над самым ее ухом.

Сигма вздрогнула.

– Что тебя так увлекло?

– Алгебраическая логика. Зачиталась классификацией.

– Есть проблемы? – спросил Мурасаки.

Сигма поднялась и потянулась.

– Пока нет. Даже странно.

Мурасаки улыбнулся.

– Жаль, а то я мог бы тебе что-нибудь объяснить. На каком-нибудь живом примере.

Сигма улыбнулась.

– Давай лучше не на живом. Живых жалко, знаешь ли.

В столовой, едва они заняли столик и Сигма расставила свою еду, Мурасаки серьезно посмотрел на девушку.

– Сигма, ты, конечно, умная девушка, но я бы хотел… – Мурасаки успел перехватить руку Сигмы со стаканом кофе, но сам кофе веером выплеснулся на стол, заливая обед. – Ты с ума сошла?

Мурасаки вскочил, и сдвинул свою еду, чтобы стол быстрее впитал пролившуюся жидкость. Сигма как ни в чем ни бывало, открыла свой контейнер с салатом и начала есть.

– Но за что? – спросил Мурасаки, когда поверхность стола снова стала сухой и даже капельки кофе на контейнерах с едой куда-то исчезли.

– Теперь я понимаю, почему ты завалил практику коммуникаций, – сказала Сигма. – Кстати, теперь все будут тебя жалеть, что тебе попалась такая психованная напарница для курсового проекта.

– Сигма, – Мурасаки взмахнул палочками, – не уходи от ответа. Мне все равно, будут меня жалеть или нет. Мне не все равно, почему я завалил практикум. И ты, как мой напарник, могла бы мне объяснить. По-моему, я не сказал ничего обидного.

– Слушай, Мурасаки, – Сигма подцепила вилкой маринованный гриб и внимательно на него посмотрела. – Проклятье, у нас такие грибы были ядовитыми, – она бросила гриб обратно в контейнер и закрыла салат. – Так вот, ты конечно, умный мальчик, но на самом деле ты идиот.

– Обидно, – вздохнул Мурасаки.

– Да, – согласилась Сигма. – Конструкция «ты умный, но…» на самом деле означает сомнение в умственных способностях того, на кого она направлена. Хотя формально ты утверждаешь прямо противоположное. Что делает ситуацию еще более обидной.

– Хм, – сказал Мурасаки и открыл свой контейнер. – Я взял себе другой салат, без грибов. Хочешь, поменяемся?

– С водорослями, да? – уточнила Сигма. – И орехами?

Мурасаки кивнул. Сигма покачала головой.

– Нет, спасибо. После наводнения не могу есть ничего, что пахнет морем. Но ты ешь, до меня его запах не доносится.

Мурасаки улыбнулся.

– Знаешь, – задумчиво сказала Сигма, рассматривая содержимое уже второго своего контейнера, – а ведь я не верила, что у тебя проблемы с общением. То есть… у всех нас бывают ситуации, когда не знаешь, как себя вести или что сказать, или когда неправильно оцениваешь ситуацию и в итоге ведешь себя неадекватно… Но вот чтобы такие проблемы, чтобы не сдать практикум… Я только сейчас увидела.

– Хорошо бы ты все это поняла до того, как решила меня облить кофе.

– Ладно, в следующий раз сначала буду думать, а потом обливать тебя кофе, – Сигма дернула плечом, и решилась, наконец, попробовать ломтик поджаренного картофеля. Картофель оказался слишком мягким внутри и Сигма отодвинула и этот контейнер.

– Ты что, опять не хочешь есть?

Сигма вздохнула.

– А что ты мне хотел сказать, если опустить, что я дура?

– Я тоже тебя сейчас начну обливать кофе, – зашипел Мурасаки. – Ты можешь мне ответить, что у тебя с аппетитом?

Сигма придвинула к себе тот стакан кофе, который взял себе Мурасаки, сделала большой глоток и вызывающе посмотрела на Мурасаки.

– Все нормально у меня с аппетитом. Просто мне не нравится эта еда.

– Так, – сказал Мурасаки. – Значит, просто не нравится?

Сигма кивнула и еще раз отхлебнула кофе.

– Тогда давай сделаем так. Я расскажу тебе то, что собирался, а ты съешь свой обед. Можно без салата, если ты решила, что повар решил тебя отравить.

Сигма молча смотрела на Мурасаки. Мурасаки поморщился.

– Ты видела, какой ливень на улице? Где ты собираешься искать то, что тебе нравится? Через полчаса освободятся наши аудитории. Ты много нарешаешь на голодный желудок? Я вообще не представляю, как мы будем домой возвращаться, если этот дождь не утихнет. Нам еще ужинать здесь придется. А ей еда не нравится!

– Мурасаки, – тихо ответила Сигма. – Ты вовсе не обязан думать, поела я или нет. Заботиться обо мне. Ты должен был мне просто помочь с математикой. Ты отлично помогаешь. Давай и ограничимся разговорами про математику.

Мурасаки швырнул палочки на стол.

– Ну, знаешь!