Академия Высших: студенты - Марта Трапная

– Я отправил наши куртки в сушилку, и она считает, что они высохнут только к утру, – как ни в чем не бывало сказал Мурасаки. – Уступаю твоей одежде почетное право первой побывать в моей стиральной машине. Можешь ее туда забросить. Ты разберешься сама? Или тебе помочь?

Все коттеджи были одинаковыми, как и вся техника в них, так что Сигма легко нашла мини-прачечную. Мокрая одежда Мурасаки была сложена в корзину, и Сигма почти не задумываясь рассортировала – брюки к брюкам, белье в бельевой отсек, а рубашки и футболки – в третий. Она выставила режимы, нажала пуск и только потом сообразила, что наверное, Мурасаки не порадуется, что она трогала его одежду... Всю его одежду. Она бы точно не обрадовалась.

– Есть проблема, – сказала Сигма, заходя в комнату. – Я поставила нашу одежду стираться вместе. Но если ты против, только скажи, я остановлю стирку и разберу обратно. Вдруг у вас есть приметы, что тот, кто видел чужие трусы сможет читать чужие мысли или видеть чужие сны.

Мурасаки засмеялся.

– Я так и думал, что тебе захочется посмотреть на мои легендарные трусы.

Сигма пожала плечами.

– Не могу сказать, что я их рассматривала. Просто бросила в бельевой отсек.

– Здесь должна быть шутка, что моим трусам повезло больше, чем мне, – фыркнул Мурасаки. – Но я считаю, что мне тоже очень повезло. Я собираюсь заварить чай, а еще у меня есть мед и замороженные булочки. Если их разморозить в печке, они даже похожи на свежие. Будешь?

– Только если за компанию. Мы же недавно ужинали.

– После пробежек я всегда очень голодный.

– Учту на будущее, – пообещала Сигма.

Она забралась на стул, поджав ноги под себя, и смотрела, как Мурасаки возится с булочками, чашками, медом. С улицы больше не доносилась ни рева, ни грома, и Сигма слышала только уютные кухонные звуки – позвякивание посуды, звонок таймера на печке, когда разогрелись булочки, шум закипающего чайника. Впервые за последние дни Сигма почувствовала себя спокойно. Может быть, конечно, дело было в прекрасных результатах теста. Да ладно, кого она обманывает? Дело было во всем одновременно – и в том, что она решила почти все задачи, и в том, что она снова видит Мурасаки и что как минимум до утра не надо никуда идти, не надо думать про учебу и можно просто расслабиться.

Мурасаки поставил на стол блюдо с булочками, непривычно большой чайник с чаем, плошку с густым белым медом, как будто состоящим из крупинок, и две небольшие чашки на блюдцах – тонкие-тонкие, словно из бумаги. Улыбнулся, налил чаю в обе и одну придвинул Сигме. Этот чай был желтовато-зеленым, с изумрудным оттенком. Сигма никогда такого не видела.

– Тебе может не понравится. Говорят, это или любовь с первого глотка, или отвращение на всю жизнь.

Сигма с интересом поднесла чашку к губам и вдруг отставила.

Мурасаки удивленно поднял брови.

– Не будешь пробовать?

– А вдруг мне не понравится?

– И что тогда?

Сигма пожала плечами.

– Ну, вдруг тебя это обидит?

Мурасаки шутливо обнял чайник.

– Нет, что ты. Мне же тогда больше достанется.

Сигма сделала аккуратный глоток. По вкусу напиток был похож именно на тот самый чай, к которому она привыкла дома. Только дома он заваривался до цвета темного янтаря – рыже-коричневый, с краснотой. Но вкус был знакомым. Сигма улыбнулась. От этого вкуса, который она первые дни в Академии пыталась найти и так и не смогла, ей снова показалось, что она дома.

– Тебе не повезло, – улыбнулась Сигма. – Я отберу у тебя всю заварку. Или ты мне скажешь, как он называется и где ты его покупаешь.

– Что, такая сильная любовь?

Они встретились взглядами – и застыли. Сигма почувствовала, как пересохли губы, как выпрыгивает сердце из груди, как взгляд Мурасаки становится все мягче и теплее. Бесполезно уже что-то говорить, поняла вдруг Сигма. Они никуда не денутся друг от друга. Может быть, не сейчас, не сегодня. Но может быть, и сейчас, и сегодня.

– Да, – сказала Сигма. – Разве ты не видишь?

– Всегда полезно иметь дополнительное подтверждение, – серьезно сказал Мурасаки и тут же рассмеялся.

Булочки, впрочем, Сигма не попробовала, просто пила чай.

– Все-таки странно, – сказала Сигма, – как за целый год я тебя ни разу не увидела.

– Еще как увидела, – покачал головой Мурасаки. – Просто не замечала. Помнишь, однажды мы сидели рядом в библиотеке, у тебя была какая-то древняя книга, из которой выпадали страницы мне на колени, ты их так равнодушно собирала и вкладывала обратно.

Сигма задумалась.

– Это ты только что придумал?

– Нет, все так и было. Там были какие-то таблицы, и ты листала книгу туда и сюда.

– А, – сказала Сигма. – Да. Вспомнила. Это был старинный справочник, я сравнивала, как изменился наш метаболизм. И если это был ты, ты мне постоянно мешал. И даже исподтишка выдернул страницу, думал, что я не замечу.

– Да-да, а ты отобрала и огрела меня этим справочником по голове.

– И ты пересел от меня подальше, – вздохнула Сигма. – Вообще не помню, как ты выглядел.

Мурасаки засмеялся.

– Потрясающая способность к концентрации. То есть я там сидел с тобой, флиртовал, предлагал встретиться, а ты запомнила только, что ударила меня по голове?

– А ты со мной флиртовал? – изумилась Сигма.

– Нет, я просто сидел как истукан, пока девушка трогает мои колени, – расхохотался Мурасаки. – Сигма, как ты себе это представляешь?

– А что такого? – спросила Сигма, прямо глядя в глаза Мурасаки. – Что сложного? Мне намного сложнее представить, как мы с тобой сейчас будем ночевать. Потому что, честно говоря, я устала и хочу спать.

Мурасаки пожал плечами.

– А здесь что сложного? Я тебе могу предложить на выбор кровать или диван. Будь я на твоем месте, я бы выбрал кровать, потому что я спать совсем еще не хочу.