Хирургическое вмешательство - Серена Никки

Дима, — Николай выглядел немного побледневшим. Анна подмечала малейшие изменения во взгляде и поведении Аверина. Она точно знала, что сейчас он очень переживает. — Я их осмотрел. Три зацепера. Один, который массовик затейник пострадал меньше всего. У меня просьба к тебе, Дима.

Аверин очень хотел побыть с Аней. Однако, срочно нужно было спасать двух зацеперов, а третьему хотелось дать такого ремня, чтобы на всю жизнь запомнил.

— Какая просьба?

— Займись заводилой горе компании. Поймешь, почему я поручил его тебе, как увидишь родителей парня, а я в операционную. Одного готовят, один уже в операционной.

— Добро, — Громов бросил взгляд на Анну и прошел к лифту. Не понравилось ему оправдываться перед ней за то, что женился на подружке. Да, женился, но так надо было. Он ведь уверен, что поступает правильно. Николай проводил друга взглядом.

— Аня, я загляну к вам после операции. Осмотрю будущего коллегу, а сейчас у меня парни, которым глупость обойдется очень дорого.

— Желаю удачи, — просто ответила Аня, — мы будем ждать вас, не переживайте.

Аверин глубоко вздохнул и произнес то, о чем уже давно думал.

— Аня, а давайте перейдем уже на «ты»?

— Давайте, — ответила Аня и тут же поправилась, — то есть, я не против, давай.

Аверин усмехнулся, высоко поднял брови и почесал себе затылок. Старая детская привычка так делать от растерянности. Как давно он перестал быть самим собой, а эта женщина пробудила в нем давно позабытого его. Аня стояла и улыбалась ему в ответ. Он по глазам понял, что приятен ей, и от этого стало тепло на сердце.

— Николай Владимирович! — с лестничного марша выскочила одна из медсестер. — Парню совсем плохо, идемте!

— Аня, извини, мы продолжим наш разговор, когда я освобожусь.

Аверин поспешил в реанимационный блок, а Анна проводила его взглядом. Она тут же набрала номер телефона Марьяны. Ответили не сразу, но подруга все-таки трубку взяла.

— Марьяна. И как это понимать?

— Анечка, а ты о чем?

— Ты замуж вышла сегодня, мне Громов сказал.

— Ах, вот ты о чем. Так брак фиктивный. Понимаешь, прилетел отец Димы, и он настоял. Это все ради Ванечки. Теперь его не заберут в детский дом, понимаешь?

— Ради Ванечки ты вышла замуж за Громова? Ну хорошо, опека отстанет, а дальше что?

— Не знаю, что. Димка говорит, что любит меня.

— Любит? А ты?

Марьяна шумно подышала в трубку и тихо ответила.

— И я кажется. Тоже. Его.

Аня довольно улыбнулась и облегченно выдохнула. Марьяна никогда не слыла ранимой хрупкой девушкой. На глупые поступки ее могли вынудить обстоятельства. Однако, те же обстоятельства потом жестоко могли поплатиться за то, что Марьяна шла на их поводу. Громов губы надул на ее резкие слова, но он просто еще не знал Марьяну, так как ее знает Аня. А Аня в данный момент больше переживала именно за него, а не за подругу. Марьяна кому угодно могла испортить жизнь, если посчитает себя обманутой.

— Да не переживай ты за Громова, — догадалась Марьяна о причине Аниных переживаний, — он хороший и наглядно это доказал. Надежнее человека в жизни мне больше не встретить.

— Ох, — устало вздохнула Аня, — как-то все навалилось сразу. Столько бед в одно время на нас обеих. Я тебе не сказала. Паша ушел.

— Навсегда?! — как-то резко выкрикнула Марьяна, — Далеко?! Надеюсь!

Аня не весело хохотнула. Сбылась мечта подруги.

— Уже в Находке. И не один. С Клавой.

— Оу, — раздалось из трубки, — уповаю на ее мудрость и терпение, и любовь к нему до гроба. Чтобы даже не вздумал вернуться. Свечку поставлю за их глубокие чувства друг к другу.

— Марьян!

— Ну что, Марьян?! Ты таким голосом мне это говоришь, словно это тебя расстроило?

Аня искренне удивилась, так что ахнула.

— Ну конечно я расстроилась! Я одна осталась, без мужа!

— Ай, ты без Паши своего только расцветешь еще больше. Он подавлял тебя, подружечка моя. Но я точно знаю, кто на тебя засмотрелся на празднике баб Нюры.

— Николай, — сразу же ответила Аня. На том конце трубки Марьяна охнула и подавилась слюной. Ей конечно же хотелось сделать открытие, но не вышло, — я тут в хирургии с Федей лежу и вижу, как он обходителен, и его застенчивость подкупает. Но…

— А почему ты так в себя не веришь? Ты очень миленькая девочка.

— Девочка? У меня четверо пацанов. Это не хвост. Я как кицунэ из Федькиного аниме с четырьмя хвостищами! Такими уже не увлекаются.

— А Николай, может, не знает, что у тебя четыре хвостика?

— Все он знает.

— Тогда ты ему действительно нравишься.

— Так не бывает. И не будем больше об этом. Он не на всю голову больной человек.

— Я тоже так думала, но видишь, бывает.

— И как у вас с Громовым все прошло? Я же знаю твои проблемы.

— Не знаю, я ему не собираюсь рассказывать, что с первым парнем в первую ночь у нас так вышло, что я осталось не тронутой. Мне страшно, Аня, но может, если до этого дойдет, Громов окажется более опытным, чем Вовочка.

— Может тебе с Громовым поговорить. Так, мол, и так, психологическая травма.

— Нет, еще чего? Этого я рассказать не смогу, мне очень стыдно. А может до этого и не дойдет, и не нужно ничего придумывать. Что мы все обо мне да обо мне. Как Феденька?

Марьяна всегда соскакивала с этой больной для нее темы.

— Поправляется. На операцию мы почти не опоздали. Воспаление развилось, поэтому тут и пролежим несколько дней. Главное, что теперь все позади. И он не останется бесплодным. Мелкие у родителей. Есть мысль их в Ростов привезти, прогуляться по городу. Ты сможешь присмотреть за Федором, пока я за ними съезжу?

— Конечно, смогу, Ванюшка парень понятливый приведу его на работу. Сейчас у нас блат.

— Скажешь тоже, ладно гражданка Громова, жду тебя в гости, соскучилась по тебе ужасно.

— Мы завтра приедем, а ты сможешь обернуться за день? Завтра прогноз погоды хороший обещали.

— Завтра не поеду. Феденьке еще перевязки нужны. В конце недели поеду, когда пойму, что с ним действительно все в порядке.

— Но в гости все равно жди.

— Жду, конечно.

Санитарка позвала на ужин, и Анна поспешила в палату.

* * *

В приемном покое от громких голосов стены буквально тряслись. Громов прооперировал того мальчишку, который пострадал меньше. Ну как меньше, он потерял только руку до локтя. При поступлении ее просто не было. Руку не привезли и не нашли, а время упущено. Поэтому Дмитрий просто спасал